Название: Путь Гения
Фэндом: ориджиналы
Автор: [J]Демон Пофигист[/J]
Бета: Torreador
Пейринг: Салах/Вильям. Салах/Фокс, Салах/LV-476(Лео)
Рейтинг: NС-17
Категория: слэш, гет
Жанры: фэнтези, фантастика, экшн (action)
Предупреждения: насилие, изнасилование, нецензурная лексика, секс с использованием посторонних предметов, смерть второстепенного персонажа
Размер: Миди
Статус: в процессе написания
Размещение: с разрешения
Саммари:Гениальный ученый Салах де Микенски изобретает не только робота с человеческой душой, но и бессмертие.
жизнь и страсть ученого. А также к чему привел его истинный путь
Примечания автора: Я планировал Миню. Честно.
Вступление только для завязки сюжета. Про LV-476 будет ближе к концу

для визуализации
[показать] - LV-476(Лео)
[показать] - Салах де Микенски
[показать] - Фокс Вронских (только глаза серые)
[показать] - Вильям Вронских
[показать] - Яцек Геде (судья)
[показать] - Ясон Геде (мер)

Пролог

-Вот ты где. Лео, заходи в дом, а то замерзнешь, – накинула на плечи светловолосому мужчине теплый шерстяной платок пожилая женщина. – Ты все скучаешь по нему?
-Я так и не сумел попрощаться с отцом, – сел на колени у могилы ученого Леонард. – Я не сумел его спасти от этого чокнутого судьи! Ведь мне бы тот удар даже не навредил.
-Не вини себя. Я вот тоже в тот день не сказала Салаху, что беременна. И он так и не увидел своих тройняшек. Он умер, защищая свою семью.
-Он, гениальный ученый, создал меня и вложил в мою голову самого себя для того, чтобы я продолжил его дело. Иногда так тяжело понимать что ты – часть его. Часть его разума и души, которая до сих пор живет и творит. При том, что сам гений мертв.
-Знаешь, создав тебя, он подарил миру два гениальных творения. Идеальных друзей и бессмертие.
-Да, кстати. Ваше молодое тело уже готово. Можем приступить к «перемещению», как только пожелаете.
-Ну, давай. Пошли в дом. Тебя уже заждались. Детям не терпится послушать ту самую историю, как вы с моим благоверным вывели Белого Судью на чистую воду.
-Эх. Они слышали ее сотню раз. За двадцать лет можно и запомнить, – засмеялся Леонард.
-Ты лучше рассказываешь. Да и тройняшкам ты отца заменил.
-Я никогда не буду таким же, как Салах.
-Потому что ты и есть честь Салах. Пошли домой.
Леонард, поднявшись с колен, направился в дом. Отогревшись у камина, он повел рассказ, который сотню раз слышали дети гения. О тех страшных временах, когда деньги решали все. Абсолютно все. И поистине талантливым и честным людям, которые черпнули лиха от тех самых богатеев, доводилось биться о каменную стену, чтоб добиться правды. И как один гениальный ученый… да что там. Гений своего времени подвиг простых людей выйти на борьбу против зажравшихся коррупционеров и победил. Но это победа стоила ему жизни.
Тем не менее, Салах де Микенски стал легендой своего времени. Давший миру не только Телепорт и «Вечных Людей», но и нечто более.

Глава 1: Холодный прием.

Бывает так, что ты просто ненавидишь человека. Причем за что - и сам не знаешь. Просто ненавидишь его и все тут. Вильяму Вронских - молодому гению нравилось издеваться над своим не менее талантливым компаньоном Салахом де Микенски.
Вот и сейчас, после очередной вколотой в кровь экспериментальной вакцины, Салах, бледный, лежал на разобранной кушетке в углу лаборатории.
Наверное, первое, что раздражало Вилла, так это то, что этот чертовски красивый араб, с лицом, словно у статуи, поражал всех своими гениальными идеями и расчетами. И что самое гадкое, так это то, что Салах машинально записывал все на арабском или итальянском, да и к тому же в зеркальном отражении! Если по-арабски он еще нормально писал, то записи на итальянском были написаны слишком мелко, так еще и в обратном порядке. Хотя сам компаньон никогда не скрывал своих идей и даже делился ими с тем же Вильямом и своими друзьями. Правда то, что Салах хотел создать, мог создать только он.
Еще этот Салах изобрел световые бомбы! С виду вроде легко ломающаяся болванка и пустышка, но если кинуть на пол или в стену - помещение озарял ослепительный взрыв, рассыпающийся искрами. Он изобрел сыворотку Фокса (к слову, названую в честь старшей сестры Вильяма и подруги Салаха - жуткой любительницы, что-то сжечь или взорвать)
-Ну как вы тут? - Вошла в просторную комнату сероглазая брюнетка. – Черти горящие! Ты опять над беднягой издеваешься!
Бросив пакет, гостья подскочила к трясущемуся мелкой дрожью человеку на кушетке.
-Фокс, это все ради науки. И тем более он сам не против был.
-Ты, ушлепок, знаешь почему он не против. – Вытерла холодный пот с лица Салаха Фокс.
-Ну вколол я ему те феромоны. Зато теперь доказано, что любовь – чисто химический процесс организма.
-На правах старшей сестры я имею право отшлепать тебя ремнем. Так что не нарывайся.
-Ф-фокс – хрипло вздохнул Салах – у тебя шикарные волосы.
-Ну все. Потянуло турка на романтику – резко поднялся со своего кресла Вильям
-Не турок, а араб. Они даже внешне немного отличаются – Фыркнула Фокс
Девушке давно хотелось приручить этого гения-араба. И все бы удалось, если бы не гребанные эксперименты младшего братца, от которых его коллега готов был под поезд нырнуть, лишь бы угодить любимому. Но вся эта любовь была фарсом в чистом виде!!! Вильям ненавидел Салаха. (при чем за что – не известно) В то время как Салах обожал Вилла. И все это те гребанные феромоны.
Но Фокс бесило больше то, что братец смеется над тем, что издревле считалось святым. Благо он смеялся только над любовью.
В моменты «просветления» Салах был настоящим романтиком, каким еще поискать придется. Он обожал рок и классическую музыку, так же мог с восхищением и сутками рассказывать о Леонардо да Винчи – своем кумире. Фокс даже знала, что свое детище, которое грозилось прославить своего творца далеко за пределы Флорена, араб собирался посвятить именно да Винчи. А пока этот глупыш страдал от ненависти своего коллеги.
Нужно было срочно увозить его отсюда. И как обычно, что-то мешало этому уезду.
Во-первых – сотрудничество Вильяма и Салаха двигало прогресс Флорена огромными шагами вперед.
Во-вторых - сам Салах под действием тех гребаных феромонов, или что там Вилл ему вколол, не хотел уезжать.
Самое паскудное, что один всегда страдал, пусть даже физически, а второй продвигался на этом.
-Все, Салах, тебе пора в больницу. Или туда, где сможешь отлежаться в спокойствии неделю.
-Скоро все пройдет – хрипел араб – мой организм и не такое испытывал

Несколько дней спустя.

Салах, опираясь на трость, хромал по парку. Почему он не увернулся от того падающего шкафа? Благо его новая разработка сделали кожу и кости прочней. Правда, кожа становилась непробиваемой только от выброса адреналина в кровь. Так что можно сказать он отделался легким испугом.
Чтобы сейчас сказали его братья и отец. Влюбится, в какого-то паренька, который к тому же за что-то ненавидел его.
А ведь он когда-то крепко влюбился в Фокс. Нужно бежать, сломя голову, из этого клятого Флорена к себе на остров.
Но такой побег сочтут трусостью. Что ж. Нужно признаться во всем, пусть даже в письме и уходить в свободное плаванье. Тем более давно было воплотить свою мечту в реальность и создать, пусть даже копию своего кумира да Винчи.
Рисовать у Салаха выходило довольно сносно, но далеко до шедевров гения.
И особенной гордостью араба было то, что он выучился писать и работать левой рукой так же, как и правой. Да, было сложно. Приходилось даже правую руку к телу привязывать, чтоб левая лучше разрабатывалась.
Витая в раздумьях, Салах не заметил как налетел на человека. И не кого-нибудь, а главного судью Флорена Яцека Геде.
-Простите. Совсем потерялся в расчетах – удержал за руку высокого молодого мужчину со светлыми волосами.
-Микенских, вы неважно выглядите. Что-то случилось? – обратил на себя внимание судья.
-Производственные травмы.
-Не умете вы врать – улыбнулся Яцек – уж побои и специально нанесенные травмы я отличу от обычных ссадин и случайно сбитого колена.
-Спасибо за беспокойство. Но все и в правду в порядке.
-Вильям снова на вас опыты ставит? Об этом все знают. Он недавно на какой-то вечеринке хвастал, что может сделать с вами что угодно, благодаря какой-то там вакцине
Почему-то на душе у араба стало слишком гадко и появилось желание придушить своего коллегу. Но тогда за убийство он сядет. А этого не хотелось.
-Значит все-таки правда. Поберегите себя и дайте прогрессу отдохнуть немного.
-Я подумаю над этим.
-А приходите-ка через несколько дней на прием. Можете взять с собой спутницу. Приглашение пришлю завтра. Заодно и развеетесь.
На том ученый и судья распрощались. Салах, решил для себя, что в благодарность таки завершит одно свое изобретение и подарит его Яцеку.

Тем же вечером.

Вечер для Вильяма Вронских не сулил никакого разнообразия. Разве что Салах стал его избегать. А если это не выходило территориально, Салах уходил в себя, машинально записывая в блокноте что-то на итальянском в зеркальном отражении. И постоянно, что-то мастерил.
И зачем он прикупил десяток другой линз для глаз? И странно было то, что левой рукой он что-то мастерил, а правой записывал на клочках бумаги. Хотя по обыкновению он писал левой, а мастерил правой. И в кожаном блокноте. И с техникой, а не тончайшим материалом.
Плюнув на все, Вронских засобирался домой, подколов коллегу, который даже ничего не услышал, что тому надо еще пара другая механических рук, чтоб все успеть
Выходя на улицу, Вилл направился к автобусной остановке. Ученого не смущало даже то, что было как-то слишком безлюдно и тихо.
Ожидая своего автобуса, Вильям Вронских почувствовал, как дыхательные пути опалило чем-то едким, а доступ свежему воздуху перекрыла плотная ткань.

Глава 2: Преступления и наказание

Очнулся Вилл прикованным к стене.
Руки охватывали кожаные браслеты-наручни. Видимо, у пленителя не было желания травмировать жертву. Или это только до поры до времени?
Вверху шло, какое-то веселье и играла громкая музыка. Судя по стуку обуви - в доме гостей было не мало. А значит его кто-то да и услышит.
Вильям попытался закричать, но понял, что не может. Во рту был кляп. Причем старые носки.
Причем дедовские,… хотя нет.
Вильям попытался вырваться, но ноги что-то придавливало, но не ломало. Как будто тяжелых коробок картонных положили.
Вильям пытался выкрутиться, как мог. И сначала ему даже удалось расстегнуть левый наручень, но тут вошел пленитель.
Он не бил и не предпринимал каких либо действий насильницкого характера, лишь сильней развел руки Вильяма в стороны, прикрепив левую, как палатку, колком к полу, и накормил чем-то. Если бы Вильям знал, что это последняя еда на ближайшую неделю …


***

-Что-то от братца ни слова, ни духу – поставила на стол пакет с едой Фокс. – Салах, Вильям не говорил куда поедет?
-А? – Оторвался от работы над линзами араб – оставил записку что едет за какими-то иностранными материалами
-Ну ладно. Странно все это. Он даже дома не ночевал.
-Нашел какую-то девицу у нее и переночевал. А утром уехал – стукнул кулаком по столу араб.
-Такое ощущение, что ты ревнуешь.
-Знаю, что неправильно, и все это эффект от какого-то из уколов, и мое подорванное здоровье, но я люблю его. И в тоже время не могу находиться рядом. Я решил уйти в вольное плаванье. Как говорится с глаз долой из сердца вон.
-Я понимаю.
-Вот дождусь, возвращение Вила, все выложу на чистоту и уеду на свой островок. А сейчас пора бы собираться. Нас на прием пригласили. Надеюсь, ты составишь мне компанию.
-С радостью. И кто пригласил?
-Яцек Геде. Встретились с ним в парке.
-Везет тебе. Вот так встретится с главным судьей. Я тогда побегу собираться.
-Хорошо. Жду в 10 у входа в парк. А от туда недалеко и до дома судьи.

Вот и само торжество. Яцек излучал, как и положено судье и брату мера, само спокойствие и умиротворенность.
Прием проходил довольно сносно, жаль, что брат не сумел прийти. Хотя его понять можно. Мер Флорена - важная должность. Ясон постоянно жаловался на то, что не может побороть коррупцию. Меером он служил первый год, а предыдущий совсем запустил власть. Теперь вот братьям Геде приходилось держать Флорен в жестких ежовых рукавицах. Один ужесточил наказания за нарушения законов, второй медленно, но уверенно без суда и следствия увольнял любого, кто попадался на взятке. Но Самому Яцеку казалось недостаточным просто упечь рецидивиста за решетку на пожизненное. Он, втайне от брата приплачивал охранникам, чтоб те издевались над заключенными, которые сидели за убийство, распространение наркотиков, изнасилование и прочие тяжелые нарушения. Жаловал только воров. Ведь не всем же везет с работой и деньгами. А жить на что-то надо.
-Как вы относитесь к заключенным? – Сспросил его один из гостей – не слишком ли жестоки наказания в наших тюрьмах
-Эго боль и отчаяние должны быть бездонными – отпил из бокала шампанского Яцек Геде – только тогда заключенный заслужит свободы
-Так вы предлагаете пытать заключенных? – испугался его собеседник, подавившись тем же шампанским
-Они не меняются, выходя из тюрьмы. Я сотни раз судил этих никчемных. Но такими, же никчемными они и остаются. Недавно я был в гостях у наших двух знаменитостей Вильяма и Салаха. Знаешь ли. Там и слепому видно, что Вильям издевается над Салахом в самой жестокой форме. Но я восхищаюсь этим арабом. Он держит форму даже после самых жутких экспериментов. Вот Вильяма я бы наказал. Да только без обвинения Микенски в пытках, мои руки связаны. А вон, к слову, и сам Микенски.
Разглядывая не богато, но хорошо убранный дом, Салах и Фокс здоровались с некоторыми своими знакомыми. Но ученого охватило беспокойство. Или это действие одного из тех многих опытов, что ставил на нем Вильям.
Немногим позже Салах презентовал Яцеку свое завершенное изобретение. Линзы, даже при хорошем зрении делали его совершенным. Используя эти два кусочка пластика, человек мог разглядывать мелкие предметы, находящиеся за сотню миль. А регулятором служило сужение зрачка и прищур глаз.
Неожиданно даже для себя Салах нашел в одной из гостевых комнат блокнот Вильяма в кожаной обложке, отделанной под крокодиловую кожу. Этот блокнот делался на заказ и только он перевязывался вокруг кожаным ремешком, на котором был специальный замочек.
Стоило Салаху взять его в руки и начать листать, узнавая в нем дневник коллеги по почерк.
«Я ненавижу этого турка». «Да будь ты проклят Салах и все твои творения! Я работал над этой чокнутой леталкой года три! Ломал мозг без выходных 24 часа в сутки в попытках доделать его а ты, выкидыш верблюда, доделал ее за сутки. Я поражаюсь. Почему у тебя все работает!». «да Винчи… Лео то, Лео се. Ты затрахал со своим каляколкой. Можно же тащится от него молча!» . «Робот с человеческой душой. Ага. Как же. Идеальных Людей никогда не было нет и не будет»
Салах захлопнул блокнот и кинул его на стол. Наверняка Вильям был в гостях у судьйи, выпил и забыл дневник тут.
Гаденыш ненавидел его за то, что он, араб с итальянскими корнями, видел немного больше чем другие. И да. Этот сучий потрох обозвал его кумира каляколкой. В тот момент Салаху хотелось избить своего коллегу. Вот пусть только вернется, и он поплатится за все.
Нужно срочно было проветрится. Освежить мозг.
Направившись в сад, Салах кипел от злости.

***
Неделю спустя

Есть хотелось жутко. И та скудная пища, что им доставалась. Была лишь для того, чтоб жертвы не сдохли.
Именно они. Вильям, пусть даже и не видел. Но слышал еще двоих, находящихся в этом подвале парней. У мужчин более тяжелое дыхание, нежели у женщин.
К вкусу старых носков за неделю Вильям успел привыкнуть. Ткань как ткань, только с солоноватым привкусом.
Тот, кто его пленил всегда приходил тихо, словно призрак. Он был белый и с красными глазами. И эти длинные белые волнистые волосы.
А потом, когда Призрак разделил всех своих жертв по разным помещениям, началось самое страшное.
Видимо похититель нашел среди вещей его дневник и, цитируя их ему с утроенной жестокостью, повторял все то, что он когда-то творил с Салахом.
Вилл с ужасом ожидал того дня, когда этот Призрак дойдет до записи, в которой он, Вильям, придурок полный, описал первое действие феромонов на организм Микенски.
Тогда он воспользовался состоянием коллеги и помутненным разумом и просто изнасиловал араба. Причем жестоко. У того по сей день болела поясница и после холодной воды драло горло. Только вот Салах ничего не помнил об изнасиловании, а Фокс об этом никогда не узнает.