Лет 10-15 назад имя Ираклия Андроникова было в нашей стране одним из самых популярных и уважаемых. Его любили все - от власть предержащих (он был отмечен Ленинской премией) до простых советских людей, которые буквально ломились на его выступления.
Древо знаменитого грузинского рода Андроникашвили восходит к династии греческого императора Андроника-Комнена. Потомок царя Комнена, вошедший в русскую культуру как Ираклий Андроников, появился на свет в 1908 году в Петербурге, где в то время учился в университете на юридическом факультете его отец Луарсаб Николаевич Андроникашвили. После университета и учебы за рубежом ему предлагали работу в Петербурге и Москве, он же решил служить своему народу на грузинской земле. Главным его делом была политическая адвокатура. Луарсаб защищал рабочих в знаменитом деле батумской демонстрации 1902 года. Сыграл заметную роль в оправдании матросов Черноморского флота выступивших с политическими требованиями, в 1906 году защищал участников ростовского восстания. Во всех этих процессах он участвовал не только бескорыстно, но и затрачивая собственные средства на поездки и подготовку документов. О его ораторском искусстве ходили легенды. Незаурядные дарования Луарсаба Андроникашвили послужили причиной его знакомства с интеллигентной петербургской семьей Гуревичей. Глава семьи Яков Григорьевич Гуревич - выпускник историко-филологического факультета Петербургского университета, был основателем знаменитых Бестужевских курсов, автором учебников по истории. В 1893 году открыл в Петербурге собственное среднее учебное заведение - частную гимназию (в городе она была известна как "Гимназия Гуревича").
Гостями в доме Гуревича бывали писатель Салтыков-Щедрин, поэт Полонский, адвокат Кони, с которым был знаком и Луарсаб Андроникашвили. Здесь же Луарсаб встретился с дочерью Якова Гуревича Екатериной - своей будущей женой. У них родились два сына: Ираклий и Элефтер.
Ираклий увлекался всем. В своей "Телефонной книжке" Евгений Шварц писал: "В Ираклии трудно было обнаружить единое целое (это относится к юному Ираклию. - М.Г.), он все менял форму, струился, как туман или дым. От этого трудно было схватить его отношение к окружающим. Он страдал. Его водили к гипнотизеру, чтобы излечить нервы..." Как ни странно, это лечение дало толчок к развитию артистического таланта. Он так хорошо изображал лечащих его докторов, что для своих слушателей сам стал волшебником-гипнотизером.
По рекомендации Евгения Шварца Ираклий оказался на должности секретаря редакции детского журнала "Еж". Но, увы... "Он сидел над коротенькой заметкой в четверть странички долго, как над стихами... Он не мог обойтись без чужой оболочки, сказать хоть два слова от себя...", - писал Маршак.
Много лет спустя мнение Маршака по поводу литературных способностей Андроникова изменилось. Однажды он сказал: "Тебе обязательно надо попробовать писать, я думаю, у тебя получится". И у него получилось. Ираклий Андроников стал замечательным рассказчиком. Он оставил нам множество интересных рассказов о себе, о замечательных людях, с которыми он встречался. Его литературный русский язык заслуживает особого внимания. Красота изложения материала завораживает.
