[310x248]

Когда-то, отдыхая в Латвии, под Сигулдой, я посетил страшное место, которое называлось "Саласпилс". Правда, мирная деревня Саласпилс никакого отношения к концентрационному лагерю, который здесь располагался, не имела. Просто так назывался концлагерь. Но самое страшное, как я потом выяснил, это то, что здесь содержались маленькие дети. Если говорить о страшных условиях, в которых они содержались, значит ни о чем ни говорить. Здесь был детский ад. Здесь врачи - изуверы, если можно вообще этих людей называть врачами, ставили ужасные опыты над заключенными, здесь выкачивали кровь из маленьких детских рученок. Кровь стынет, сердце останавливается, когда читаешь, видишь и слышишь, что здесь творилось. В советские годы правительство Латвии признавало участие латышских фашистов в этих зверствах. Некоторые из них были осуждены. Правительство Советской Латвии даже построило здесь большой мемориальный комплекс. Что же произошло сейчас? В данный момент нынешнее руководство республики полностью отрицает факты страшных злодеяний в Саласпилсе, делает героями бывших нацистов, участников убийств. Подобный курс, который проводится в республике, являющейся членом Евросоюза, позорит эту организацию и, может быть, даже делает невозможным пребывание Латвии в составе Союза. 

Ниже я привожу свидетельства историков, связанные с событиями в Саласпилсе.

"Латвийские историки заявляют, что Саласпилсский лагерь, не более чем «воспитательно-трудовой», то есть по-сути, та же тюрьма, в которой и «погибло-то всего-ничего» — 2 тысячи человек (согласно «историку» Х. Стродсу — это официальная позиция латвийской истории). Другие, например, руководитель центра документирования (!) последствий тоталитарных режимов, говорят, что в Саласпилсе «не был убит ни один человек». Согласно последнему, это был «пересылочный лагерь», куда «в порядке соблюдения конвенции от 1907 о ведении войны, которая предусматривает перемещение гражданского населения из мест боевых действий, переправлялись целые семьи из фронтовых районов Украины и Белоруссии».

Что означало нацистское «соблюдение конвенции о перемещении», можно узнать из следующего свидетельства.

К началу июля 1944 года было принято решение о ликвидации Каунасского концлагеря. Комендант всех концлагерей в Литве оберштурмбанфюрер Гёке вызвал к себе бывшего главу «Совета старейшин» и объявил ему:

«Мы хотим избавить евреев от опасности оказаться в прифронтовой зоне… Каунасские евреи будут размещены в хорошо организованных лагерях в Германии, в стране высокой цивилизации и культуры. Это будут даже не лагеря, это — образцовые лагеря… поэтому вы должны убедить евреев не прятаться. А собраться в назначенном месте для эвакуации. Мы желаем добра всем евреям…»

Началась облава. Всех, кто сопротивлялся отправке в Германию, расстреливали на месте. Все места, где могли скрываться евреи, — подвалы, погреба, чердаки, — забрасывали гранатами, дома обливали бензином и поджигали. Все схваченные в ходе этой «акции» узники лагеря были разбиты на колонны и отправлены на Запад. Число их оказалось меньше, чем при последней переписи, и Гёке приказал продолжить облавы.

Так чем же был Саласпилс — расширенной полицейской тюрьмой или лагерем смерти?

Ответ на этот вопрос могут дать сохранившиеся документы. Однако, как заявляют сами латвийские «исследователи» — документов почти не сохранилось. Это правда — вместе с уничтожением лагеря, осенью 1944 года, избавлялись и от документальных свидетельств.

Но, к счастью, есть достоверные свидетельства, с помощью которых можно, хотя бы приблизительно, представить реальность тех дней. Есть и свидетельства выживших. Тогда ещё детей.

Строительство лагеря было начато в октябре 1941 года близ одноименного поселка. Немецкое название, данное лагерю — Кайзервальд, однако известен он стал, как лагерь Саласпилс.

[310x283]

Как сообщал командир эйнзатцгруппы «А», действовавшей на территории Латвии, Шталекер в очередном отчете: «С декабря 1941 года из рейха [...]поступают транспорты с евреями. Из них 20 000 были направлены в Ригу [...]Строительство лагеря идет при участии всех евреев и [...]весной все эвакуированные евреи, которые переживут зиму, могут быть собраны в этом лагере». В строительстве лагеря были задействованы и евреи из Рижского гетто.

Первыми узниками Саласпилса стали граждане Германии, Австрии. Чехословакии, Польши и других оккупированных стран, в основном евреи и антифашисты.

[310x233]

Как показал на суде Йекельн, шеф полиции и СС в Прибалтике: «В Саласпилсский концлагерь прибывало по два-три эшелона с евреями каждую (!) неделю. По мере поступления эти партии ликвидировались. Так беспрерывно продолжалось с декабря 1941 года по середину 1942 года. В каждом эшелоне насчитывалось не менее тысячи человек. Я предполагаю, что всего нами было расстреляно до 87 тысяч евреев, прибывших в Саласпилсский лагерь из других стран». Так же, Йекельн заявил, что «из общего количества арестованных мы очень многих, кого не в состоянии были привлечь работать на себя, расстреливали».

Слова Йекельна позволяют утверждать, что точной документации в лагере не велось, к чему очень часто аппелируют латвийские историки. С мая 1942 года в лагерь стали доставлять заключенных из Рижской центральной тюрьмы, латышских антифашистов, советских военнопленных, а с 1943 года также и цыган.

Фюреру и рейхсканцлеру Адольфу Гитлеру, главная ставка.

11 июля 1941 года во вновь освобожденной Латвии впер­вые собрались представители различных слоев и профес­сий, чтобы выразить признательность всего латышского народа славной немецкой армии и всем немцам, участвовавшим в освобождении Латвии, и особенно — великому, победоносному предводителю немецкого народа и всех индогерманских наро­дов Адольфу Гитлеру.

Надежды всего латышского народа участвовать в освободи­тельной борьбе Европы мы возлагаем на решение Адольфа Гитлера.

Латышский народ полон решимости участвовать в строи­тельстве новой Европы и с покорностью ждет соответствую­щего решения Адольфа Гитлера.

Альфред Валдманис, руководитель делега­ции;
полковник-лейтенант Виктор Деглав, делегат;
Густав Целминь, делегат

Официальная латвийская историография также не признает в истории концлагеря массовых убийств детей. Она отрицает и то, что в лагере было множество детей. Однако наиболее печальную известность этот лагерь получил именно из-за отдельного содержания детей.

Детей в лагере держали отдельно от родителей. Некоторых из них продавали хозяевам хуторов для «трудового использования» — стоимость одного ребенка составляла от 9 до 15 оккупационных марок. Ослабевших детей, на которых не нашлось покупателя, просто расстреливали.

Также, врачи концлагеря использовали детей-заключенных для проведения медицинских опытов, например испытания различных ядов, или для получения донорской крови, направлявшейся затем в госпитали, где лечились офицеры СС. Ежедневно, у каждого ребенка забиралось до полулитра крови, вследствие чего дети быстро погибали. Всего в лагере такой процедуре было подвергнуто 12 тысяч детей, у которых было взято более 3500 литров крови. Мученической смертью погибли не менее 7 тыс. советских детей (всего до 12 тысяч), частью сожженных, а частью захороненных на старом гарнизонном кладбище у Саласпилса.

Сюда же, в Саласпилс, иногда доставляли для расстрела советских военнопленных из шталага 350, расположенного в Риге и других лагерей. Около Саласпилса обнаружено одно из самых массовых захоронений убитых военнопленных.

Администрацию лагеря составляли в основном немцы. Охрана Саласпилса, вахтенная служба пулеметной башни в центре лагеря и команды, непосредственно проводившие казни, состояли из солдат и офицеров Латышской полиции и Латышского легиона СС.

[350x241]

Это те самые «борцы за свободу и независимость Латвии», которые сегодня маршируют в центре Риги со свастиками на рукавах, те самые «герои, которые спасали Латвию от большевиков».

Из Справки МГБ Латвийской ССР от 11 октября 1946 года: «Арайс и один из его ближайших помощников, бывший капитан латвийской армии Цукурс, развивали у сотрудников команды звериные инстинкты: часто хватали младенцев [...]и на виду у всех у себя на груди разрывали их». По словам некоторых очевидцев, Цукурс при этом кричал: «Дайте мне напиться крови!»

А вот рассказ сослуживца Цукурса, офицера латвийской армии: «Однажды вечером, когда я вместе со своей группой по работе вошел в гетто, я увидел его сидящим на лошади. Он был в летной форме с пистолетом в руке и стрелял по евреям, которые были согнаны вместе».

[350x239]

Одним из «аргументов» латвийских историков, который, по их мнению, свидетельствует о небольшом количестве жертв, является отсутствие захоронений. Есть известное кладбище, и все количество жертв вычисляется ими, исходя из его размеров — 2000 погибших. И никакие свидетельства очевидцев, говорящих о десятках тысяч погибших не могут на нее повлиять.

На самом деле на территории Латвии установлено, как минимум, 58 мест массовых захоронений, где, только по предварительным данным судебно-медицинской экспертизы (в отличие, от абстрактных кабинетных выкладок латвийских псевдоисториков) составило свыше 300 000 человек.

К этому стоит добавить, что еще летом 1942 года рейхсфюрер СС Гиммлер приказал создать особый штаб «1005», который занимался поиском и уничтожением массовых захоронений жертв нацистского террора в «Остланде». Работы было много и до Риги штандартенфюрер СС Блобель, возглавивший штаб, добрался только к январю 1944 года.

«В январе 1944 года, — рассказал на суде Йекельн, — ко мне в Ригу приехал из Берлина сотрудник гестапо Блобель, с сообщением, что лично от Гиммлера получил совершенно секретный приказ о сожжении всех трупов расстрелянных нами за это время на территории „Остланда“ людей [...]Блобель сообщил, что с помощью выделенных ему людей намеревается раскапывать могилы, затем складывать труппы вперемешку с дровами [...]и облив бензином, сжигать их [...]

Миссия Блобеля была настолько секретной, что даже выданная ему команда была зашифрована номером 1089. эта команда использовала для раскопки могил опять же евреев, содержавшихся в Саласпилсском и других [...]лагерях. После окончания раскопок, евреи, участвовавшие в этом, тоже расстреливались и сжигались вместе с остальными трупами».

В октябре 1944 года, чтобы замести следы совершенных здесь преступлений, концлагерь Саласпилс был уничтожен, а его персонал — как немцы, так и латышские полицаи, — эвакуирован.

В память о погибших в 1967 году на территории лагеря был создан мемориальный комплекс. Под траурными плитами собрана земля из 23 подобных лагерей действовавших на территории Латвии в годы оккупации.

mywebs.su