В искусство приходят по разному. Правда, есть апробированный путь: увлечение с детских лет рисованием, кружок при школе, студия при доме пионера и школьника, и художественное среднее-высшее заведение. У такой дорожки свои правила хождения, и те, кто их усвоил, не терпят серьёзных аварий.
Константину Куземе выпал иной жребий. Подуховно выпал. Он не выбирал судьбы художника, но стал им в силу того, что некие таинственные интересы подвигали и приближали его к нелёгкой судьбе живописца и графика. Сначала мы видим Константина студентом Политехнического института, где он в 1986 году успешно финишировал с дипломом преподавателя физико-математического профиля. Во времена его студенческой молодости, как «комиссар» политеховского студотряда, Константин оказался вблизи бывшего имения Рерихов – Извары. Именно здесь, возможно, не без влияния удивительной ауры этого издревле заселённого места, Константин впервые почувствовал в себе художника. После Политеха, Кузема три года преподавал в техникуме. Но успехи на поприще учительства не обольщали Кузему.
Победило всё нарастающее увлечение акварельной живописью. Десятки и десятки листов, труд с полной отдачей для себя. Не просто освоение технологических приёмов письма по сухому или мокрому листу, но проникновение в искусство акварели, в её таинственный мир. Может быть, этому помогли навыки и способности логического мышления, умение оперировать отвлечёнными понятиями. Константин Кузема сам себя сформировал и образовал как художника. Конечно, много «насмотрелся» в музеях, журналах, книгах, своё слово сказала и общая культура. Но, по-моему, самым существенным двигателем является энергетика его дарования и умение сочетать логичность с эмоциональной образностью. Остаётся прибавить к этому фантастическое целеустремлённое упорство, явственно выявленное в «Автопортрете» 1996 года. Признанием инженера Константина Куземы художником, стало принятие его в 1998 году в члены Санкт – Петербургского Союза художников России по секции графики.
Как человек глубоко городской, он с особенной нежностью относится к природе и дальней и ближней – пригородной. Его «флористические» (определение художника) композиции и декоративны, и трепетно живописны. В акварели «Чайки и море» видится не только личное восприятие художника, но и отзвук, или перекличка с книгой Баха «Чайка по имени Ливингстон».
Санкт-Петербург – задушевная тема всех художников – в работах Константина Куземы перекликается с восприятием поэтической «петербургской» литературы Серебряного века.
Произведения Константина Куземы экспонировались в Англии, Франции и других странах, где приобретались коллекционерами. Они есть и в собраниях соотечественников – любителей искусства. Творческий путь Константина Куземы – ещё одно подтверждение, что талант, заложенный в самой натуре художника, направляет его на предназначенный Всевышним путь. Мне кажется, Ангел, запечатлённый Куземой в 1996 году, явился в его воображении как напоминание, что ему надлежит и дальше следовать своим путём. Григорьевич Раскин, искусствовед
