Человек, который еще подростком выигрывал крупные музыкальные фестивали, записал более 120 альбомов, многие произведения из которых удостоены престижных международных наград и премий.
В частности, в 2001-м году, он получил премию ЮНЕСКО, а в 2011-м был удостоен премии "Una Vita Nella Musica - Артура Рубинштейна" приз, который считается Нобелевской премией в мире музыки.
Его великолепная техника, страстная игра, а также новые произведения и интерпретации старых работ, сделали его одним из самых уважаемых скрипачей в мире.
Гидон Кремер рассказал журналисту "Украинской правды. Жизнь" о своем детстве и творческом пути, отношении к событиям в Украине и безграничной любви к музыке.
- Какая страна "ваша"?
- Моя родина – это Латвия. Хотя мои корни уходят в Германию – моя мама была немкой. В любой немецкоязычной стране я чувствую себя свободно, потому что я с детства говорю по-немецки. Но в то же время, продолжаю говорить по-русски. Русская культура и русское искусство мне очень близки. Поэтому я так переживаю, что русские политики, которые мне не близки, поступают не так, как мне хотелось бы, как должна была бы поступать, на мой взгляд, настоящая Россия.
- Как Вам Украина?
- Я всегда любил приезжать в Украину и те трагические события, которые тут происходят никак не могут оставить меня равнодушным. Мне страшно от того, что у определенных людей, бандитов, так низка в цене человеческая жизнь. Я с ужасом смотрю на то, что происходит и не могу дождаться того момента, когда это прекратится.
Пройти сейчас по Майдану – очень-очень грустно, это пробирает меня. Всматриваешься в эти лица, убиенные ни за что, и понимаешь, что какая-то черная сила руководит определенными людьми и непонятно как их остановить.
- Если говорить о роли художника, артиста во время таких событий, то какова она?
- Нельзя оставаться равнодушным. Художники и сделать-то реально могут очень мало. Они могут быть верными своему призванию и, как говорил Пушкин, "и долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал". Я думаю, что взывать к добрым чувствам, призывать к гармонии, обращать внимание на то, что есть большие ценности. Гармония мира – это большая ценность, чем правда, за которую борются политики. "Политическая правда" - она ограниченная. Есть общая правда, и она вечная. Именно к этой правде относится и гармония, и справедливость.
Я думаю, что любой артист не может оставаться равнодушным к несправедливости. Но это не означает, что я призываю каждого идти на баррикады или браться за другое оружие, не то, что подвластно нам, музыкантам. Нам подвластны звуки. Вот я звуками стараюсь делать свое дело и взывать к тому, что есть что-то прекрасное. Надеясь, что это может пробудить в людях совесть, ощущение чистоты, ощущение справедливости.
Не случайно мы здесь, в Киеве, и будем давать концерт, посвященный Украине. Не случайно в его рамках будет исполняться сочинение Гии Канчели, которое он на самом деле посвятил 50-летию Михаила Борисовича Ходорковского. Но сейчас несправедливость, сотворенная над ним уже, можно сказать, несколько устранилась и он на воле. Но это не значит, что справедливость установилась во всем остальном мире.
Ее столько вокруг, что не случайно произведение замечательного автора Гии Канчели, называется "Ангелы печали". Это своеобразный реквием по убиенным несправедливо. Можно сказать, что это относиться и к убийству невинных в Норвегии, или вот тем всем, кто погиб на Майдане и погибает сейчас на Донбассе.
Этот процесс, к сожалению, продолжается. Если бы звуки смогли остановить его, он бы остановился уже после нашего концерта. Но, к сожалению, надо признать, ни до концерта, ни после, его не остановить. Но если мы привлечем внимание хоть кого-то, кто ответственен за судьбы людей, может быть, немножко полегчает.
- На Вашем дрезденском концерте "Моя Россия" был и некий посыл к Украине?
- Дрезденский концерт назывался "Моя Россия". Я посвятил этот концерт тем русским ценностям, с которыми я связан, которыми я восхищаюсь. В первую очередь я исполнил тех авторов, которые для меня являются воплощением той части русской души, сути, коротая бы никогда не позволила себе поддерживать существующий конфликт.
Другое дело, что приехав в Киев, я даю ясно понять, что солидарен с украинским народом, который достоин жить полноценной жизнью без этого наваждения борьбы с призраками и без того, чтобы быть в зависимости от, назовём это словом, которое не используют в России, террора. То есть антитеррористическая операция – более точно выражает то, что происходит.
Я просто понимаю, что бандиты существуют не только на одной стороне. Но это не значит, что я их приравниваю. Я приравниваю нелюдей к нелюдям и отношусь к ним с огромным презрением. Потому что они не уважают человеческие жизни. Если они не уважают даже свои жизни, они уже, можно сказать, берут на себя грех. Но гораздо худший грех – не уважать жизни других.
Но сама ситуация, в которую вовлечена Украина, она очень болезненная, я просто не могу равнодушно смотреть на это.
- Любовь и вдохновение. Одно связано с другим?
- Безусловно. Для того, чтобы заниматься музыкой, делиться ею с другими, создавать обертоны, следовать им, необходима любовь. Любовь к музыке мне была привита с детства, мне посчастливилось не только родиться в семье музыкантов, но и иметь замечательных учителей, в частности великого Давида Ойстраха.
Я также сотрудничал с самыми лучшими музыкантами века - Караяном, Иегуди Менухиным, Растроповичем. Мне просто повезло в жизни видеть великих не только музыкантов, но и актеров. Короче говоря, я полюбил это дело и стараюсь этой любовью делиться. Это меня вдохновляет.
- Что бы Вы пожелали сегодня украинцам?
- Я бы пожелал, в первую очередь, мира, любить друг друга и дышать свободным воздухом.
Читать статью полностью
 [показать] |
|