[показать]

Леда. Микеланджело.

Портреты Микеланджело Буонарроти

[x200] Портрет Микеланжело работы Марцелло Венусти

[показать] Бюст Микеланжело Буонарроти работы Даниеле да Волтерра

[показать] Делакруа, Микеланджело в своей мастерской, 1850

Микеланджело Буонарроти (Michelangelo Buonarroti), (1475-1564), итальянский скульптор, живописец, архитектор и поэт. В искусстве Микеланджело с огромной выразительной силой воплотились как глубоко человечные, полные героического пафоса идеалы Высокого Возрождения, так и трагическое ощущение кризиса гуманистического миропонимания, характерное для позднеренессансной эпохи.
Жизнь и деятельность Микеланджело Буонарроти продолжались почти целое столетие. Он родился 6 марта 1475 в Капрезе (Тоскана) в семье мелкого чиновника. Детство его прошло частью во Флоренции, частью в сельской местности, в родовой усадьбе. Мать мальчика умерла, когда ему было шесть лет.

В 1488 году отец отдал тринадцатилетнего Микеланджело учиться в Гирландайо, который в то время считался одним из лучших мастеров Италии. Однако определяющее значение для его творческого развития имело знакомство с работами Джотто, Донателло, Мазаччо, изучение античной пластики. Уже в юношеских произведениях (рельефы «Битва кентавров», «Мадонна у лестницы») определились главные черты его творчества — монументальность и пластическая мощь, драматизм образов, благоговение перед человеческой красотой.
Работая в Риме, Микеланджело отдал дань увлечению античной скульптурой в статуе «Вакх»; новое гуманистическое содержание, яркую убедительность образов он внес в каноническую схему группы «Оплакивание Христа». В 1501 году Микеланджело возвратился во Флоренцию, где создал колоссальную статую «Давид», воплотившую героический порыв и гражданскую доблесть флорентийцев, сбросивших ярмо тирании Медичи.
В 1505 году папа Юлий II пригласил Микеланджело в Рим и поручил ему создание собственной гробницы. Для гробницы (церковь Сан-Пьетро ин Винколи в Риме), Микеланджело создал ряд статуй, в том числе наделенного могучей волей, титанической силой и темпераментом «Моисея», исполненных трагизма «Умирающего раба» и «Восставшего раба», а также четыре неоконченные фигуры рабов, в которых виден процесс работы скульптора, смело углубляющегося в камень в одних местах и оставляющего другие места необработанными.
В живописном цикле, выполненном Микеланджело на своде Сикстинской капеллы в Ватикане, художник создал грандиозную, торжественную композицию, воспринимаемую как утверждение безграничных творческих возможностей Бога и созданного по его подобию человека, как гимн физической и духовной красоте. В труднейших условиях, на протяжении четырех лет (1508-1512), работал Микеланджело, выполнив всю роспись громадного свода собственноручно.
Грандиозный ансамбль, включающий более трехсот фигур, представляется вдохновенным гимном красоте, мощи, разуму человека, прославлением его творческого гения и героических деяний. Даже в образе Бога — величественного могучего старца, подчеркнут прежде всего созидательный порыв, выраженный в движениях его рук, словно действительно способных творить миры и давать жизнь человеку.
В 1516-1534 годы Микеланджело вновь жил во Флоренции, работал над проектом фасада церкви Сан-Лоренцо и архитектурно-скульптурным ансамблем усыпательницы рода Медичи в Новой сакристии той же церкви, а также над скульптурами для гробницы папы Юлия II. Мироощущение Микеланджело приобретает трагический характер. Глубокий пессимизм, охвативший его перед лицом гибели в Италии политических и гражданских свобод, кризиса ренессансного гуманизма, отразился в образном строе скульптур усыпальницы Медичи — в тяжком раздумье и бесцельном движении лишенных портретных черт статуй герцогов Лоренцо и Джулиано, в драматическом символизме четырех фигур, изображающих «Вечер», «Ночь», «Утро» и «День» и олицетворяющих необратимость течения времени.
В 1534 году Микеланджело снова переехал в Рим, где прошли последние 30 лет его жизни. Поздние живописные произведения мастера поражают трагической силой образов («Страшный Суд», Сикстинская капелла, Ватикан), пронизаны горьким размышлениям о тщете человеческой жизни, о мучительной безнадежности поисков истины.
К последним скульптурным работам Микеланджело относятся отмеченные трагической экспрессией «Пьета» для флорентийского собора Санта-Мария дель Фьоре и скульптурная группа «Пьета Ронданини», предназначенная для собственного надгробия.
Для позднего творчества Микеланджело характерны постепенный отход от живописи и скульптуры и обращение к архитектуре и поэзии. Он занимается проектом церкви Сан-Джованни деи Фьорентини, которая должна была стать памятником его «флорентийской родины». Он набрасывает план Капеллы Сфорца в церкви Санта-Мария Маджоре, строит Порта Пиа, придает перспективно-монументальный вид площади Капитолия — этому идеальному центру священного города. Он включает перестроенный Микеланджело средневековый дворец Сенаторов, увенчанный башенкой, и два величественных дворца Консерваторов с одинаковыми фасадами. Установленная в центре площади античная конная статуя Марка Аврелия и широкая лестница довершили это ансамбль, который связал новый Рим с расположенными по другую сторону Капитолийского холма руинами древнего Римского форума. Площадь Капитолия с античным конным монументом императора Марка Аврелия в центре, первый ренессансный градостроительный ансамбль, выполненный по замыслу одного художника.
С 1546 года Микеланджело руководил в Риме возведением собора Святого Петра. Творческое вдохновение восьмидесятипятилетнего (!!!) Микеланджело выразилось в создании огромного (42 м в диаметре) купола этого собора. Он возносится ввысь в том самом месте, где захоронен, по преданию, апостол Петр. Это идеальный центр самого здания, символический памятник вселенской идее христианства.
Глубиной мысли и высоким трагизмом отмечена лирика Микеланджело. В его мадригалах и сонетах любовь трактуется как извечное стремление человека к красоте и гармонии, сетования на одиночество художника во враждебном мире соседствуют с горькими разочарованиями гуманиста перед лицом торжествующего насилия.
В жизни Микеланджело не знал нежной ласки и участия, и это отразилось на его характере. Был момент в юности, когда он грезил о личном счастье и изливал свое стремление в сонетах, но скоро он сжился с мыслью, что оно ему не суждено. Тогда великий художник весь ушел в идеальный мир, в искусство, которое стало его единственной возлюбленной. «Искусство ревниво, — говорит он, — и требует всего человека». Большим умом и врожденным тактом должна была обладать та женщина, которая бы поняла Микеланджело.
Он встретил такую женщину, но поздно. Ему было уже шестьдесят лет. Это была Виттория Колонна (ей было в это время сорок семь). Она происходила из старинного римского рода. Виттория стала вдовой в 35 лет, когда горячо любимый ею муж маркиз Пескара умер от ран, полученных в битве при Павий. Десять лет до встречи с Микеланджело она оплакивала свою потерю, и плодом этих страданий явились стихотворения, создавшие ей славу поэтессы. Она интересовалась наукой, философией, вопросами религии и политики. В ее салоне велись интересные беседы о современных событиях, нравственных вопросах и задачах искусства. В ее доме встречали Микеланджело как царственного гостя. Он же, смущаясь оказываемым ему почетом, был прост и скромен, терял всю свою кажущуюся надменность и охотно беседовал с гостями о разных предметах. Только здесь проявлял художник свободно свой ум и знания в литературе и искусстве.
Любовь его к Виттории была чисто платонической, тем более что и она, в сущности, питала к нему глубокую дружбу, уважение и симпатию, исчерпав в любви к покойному супругу весь пыл женской страсти. Дружба Виттории наполнила сердце Микеланджело лучезарным сиянием. С юношеской свежестью выражал он в это время свои чувства в сонетах. Правы были те, кто назвал его «человеком о четырех душах». Виттория смягчила его сердце, смягчила и тяжелые утраты (потерю отца, потом братьев, из которых остался один Лионард, с ним Микеланджело поддерживал сердечную связь до своей кончины). Во всех поступках и словах, всегда однородных, последовательных, ясных, в Микеланджело виден строгий мыслитель и человек чести и справедливости, как и в его произведениях.
Микеланджело умер 18 февраля 1564 года. Тело его было тайно вывезено из Рима и торжественно погребено в усыпальнице знаменитых флорентийцев (церковь Санта-Кроче).
Творчество Микеланджело, ставшее блестящим заключительным этапом итальянского Возрождения, сыграло огромную роль в развитии европейского искусства, оказало большое влияние на сложение принципов барокко.

[показать]
Вазари, Памятник Микеланджело, 1570

Работы Микеланджело Буонарроти
на мифологические и античные сюжеты:

[показать] Леда и лебедь, 1530	[показать] Леда с лебедем
[показать] Похищение Ганимеда, 1533	[показать] Битва кентавров

[показать] Атлант (Пленник), 1536	[x200] Похищение Ганимеда	[показать] Аполлон (Давид), 1530
[показать] Фаэтон, 1533	[показать] Дионис (Бахус), 1497	[показать] Фаэтон, 1533

[показать] Брут, 1540

[x200] Голова Клеопатры

Работы Микеланджело Буонарроти на библейские сюжеты:

[показать] Давид, фрагмент	[показать] Давид	[показать] Давид, фрагмент
[показать] Гробница Юлия II, церковь Сан-Пьетро ин Винколи	[показать] Гробница Юлия II, Моисей, 1515, церковь Сан-Пьетро ин Виколи	[показать] Гробница Юлия II, Рахиль и Лия, 1515, церковь Сан-Пьетро ин Виколи
[показать] Мадонна Дони	[показать] Мадонна у лестницы, 1490	[показать] Мадонна Тондо Питти, 1505
[x200] Манчестерская мадонна, 1497, Национальная галерея, Лондон	[показать] Мадонна Брюгге, 1505, Собор Нотр-Дам, Брюгге	[показать] Пьета, 1550, Флорентинский собор
[показать] Пьета, собор Святого Петра, Ватикан	[показать] Пьета, собор Святого Петра, Ватикан	[показать] Пьета из Палестрины, Галерея Академии, Флоренция
[показать] Святой Петроний, Церковь Сан-Доменико, Болонья	[показать] Христос, церковь Санта Мария сопра Минерва, Рим	[показать] Святой Прокл, Церковь Сан-Доменико, Болонья
[показать] Распятие Святого Петра, 1550, Ватикан	[показать] Распятие Святого Петра, 1550, Ватикан	[показать] Обращение Святого Павла, 1545

Капелла Медичи
(Новая Сакристия церкви Сан Лоренцо во Флоренции):

[показать] Интерьер Капеллы Медичи, 1533

[показать] Мадонна с покровителями семьи Медичи — Святыми Косьмой и Дамианом

[показать] Святой Косьма	[показать] Мадонна Медичи	[показать] Святой Дамиан
[показать] Гробница Лоренцо Медичи, 1531	[x200] Фрагмент капеллы Медичи, 1534	[показать] Гробница Джулиано Медичи, 1533

[показать] Гробница Лоренцо Медичи, Вечер	[показать] Гробница Лоренцо Медичи, Статуя Лоренцо	[показать] Гробница Лоренцо Медичи, Утро
[показать] Гробница Джулиано Медичи, День	[показать] Гробница Джулиано Медичи, Статуя Джулиано	[показать] Гробница Джулиано Медичи, Ночь

Ночь! сладкая, хоть мрачная пора, От всех забот ведущая к покою! Как зорок тот, кто чтит тебя хвалою, Как та хвала правдива и мудра! Ты тяжесть дум снимаешь до утра, Целишь их жар прохладою ночною, И часто я, влеком своей мечтою, Во сне взлетаю на небо с одра. О сумрак смерти, знаменье предела Всех вражеских душе и сердцу бед, Конец печалей, верное лекарство, — Ты можешь врачевать недуги тела, Унять нам слезы, скинуть бремя лет И гнать от беззаботности коварство.

Этот сонет (одно из наиболее известных стихотворений Микеланджело) составляет поэтический комментарий художника к его статуе «Ночь» на гробнице Джулиано Медичи. А вот комплиментарная эпиграмма на «Ночь» флорентийца Джованни ди Карло Строцци:

Вот эта Ночь, что так спокойно спит Перед тобою, — Ангела созданье. Она из камня, но в ней есть дыханье: Лишь разбуди, — она заговорит.

Ответное четверостишие Микеланджело последовало тут же:

Отрадно спать — отрадней камнем быть. О, в этот век — преступный и постыдный — Не жить, не чувствовать — удел завидный... Прошу: молчи — не смей меня будить.                   (перевод Тютчева)

Мне сладко спать, а пуще — камнем быть, Когда кругом позор и преступленье: Не чувствовать, не видеть — облегченье. Умолкни ж, друг, к чему меня будить?                   (перевод Эфроса)

Сикстинская капелла:

[показать] Внешний вид капеллы

[показать] Вид на алтарную стену

[показать] Страшный суд

[показать] Алтарь

[показать] Вид от алтарной стены

[показать] Дверь

[показать] Ложа

[показать] Вход

Фрески потолка, 1511-1512
Чтобы узнать, кто изображен на фресках, наведи курсор на фигуру (можно приблизить!!!)
[показать]

* Чтобы познакомиться с историей создания капеллы, нажми здесь: [показать]

Другие работы Микеланджело:

[показать] Победа, 1533, Палаццо Веккио, Флоренция	[показать] Победа, 1533, Палаццо Веккио, Флоренция	[показать] Пленник (Умирающий раб), 1513, Лувр, Париж
[показать] Пленник (Восставший раб), 1513, Лувр, Париж	[показать] Скорчившийся мальчик, Эрмитаж, Санкт-Петербург	[x200] Пленник (Бородатый раб), Галерея Академии, Флоренция

[показать] Вестибюль библиотеки Лауренциана, Флоренция	[показать] Вестибюль библиотеки Лауренциана, Флоренция	[показать] Читальный зал библиотеки Лауренциана, Флоренция
[показать] Читальный зал библиотеки Лауренциана, Флоренция	[показать] Купол собора Святого Петра, Ватикан	[показать] Купол собора Святого Петра, Ватикан

[показать] Порта Пиа, Рим

[показать] Порта Пиа, Рим

[показать] Капитолий, Рим

[показать] Капитолий, Рим

[показать] Капитолий, Рим

[показать] Капитолий, Рим

Из статьи Эфроса «Поэзия Микеланджело»

[x240]На гробнице во флорентийской церкви Санта Кроче бюст Микеланджело высится над тремя аллегорическими статуями — Ваяния, Живописи и Архитектуры; о поэзии не напоминает ничто. Сам художник именовал себя только скульптором, мастером «первого из искусств».
Житейские обстоятельства, приказания римских пап, переизбыток сил заставляли его выступать также живописцем и зодчим. Он соперничал с гением Леонардо и Браманте. Он стал творцом росписей Сикстинской капеллы, которыми перечеркивал монументальную живопись своих сверстников. Он занялся возведением Библиотеки Лауренцианы или собора Святого Петра, однако при этом неизменно хмурился и исходил жалобами, что живопись не его удел, что строительством он занимается против воли, под принуждением пап...
Поэзия была младшей из микеланджеловских муз, и он держал ее на положении Золушки. Он не любил пускать свои стихи в свет. Даже по сей день потомство мало знает их: они наименее раскрыты из всего наследия Микеланджело. Современники же почти не знали их совсем. Сборник, подготовленный было под давлением друзей к печати, так и остался неизданным.
Никакая сторонняя сила и ничьи требования не заставляли Микеланджело писать стихи, а он писал их всю жизнь. Если он делал это, то по внутреннему побуждению.
На песенные мотивы своего сочинения и под аккомпанемент лютни блестящим импровизатором стихов был Леонардо, любезно услаждавший слух избранного общества. Но сам Леонардо, со знаменательным пренебрежением к такому искусству, не пожелал записать ни одной своей строчки; о его поэтическом таланте мы знаем из упоминаний современников. В записях Леонардо нашлось место для побасенок и даже анекдотов, но не нашлось для стихов.
Писал стихи при случае и Рафаэль, сочинявший риторические и галантные строфы; однако они с самого начала предназначались им для слуха римских приятелей и куртизанок; никаких притязаний на внимание современников, а тем более потомства, он тут не предъявлял. Из нежелания отстать упрямо втискивал неподатливые слова в неподатливую форму сонетов скульптор Челлини; это было уже в полной мере риторикой, словесным щегольством, поддельной грамотой на светское положение.
С подобным сочинительством Микеланджело родниться не мог. Поэзия была для него делом сердца и совести, а не забавой и не ключом в свет. Он боготворил Данте и любил Петрарку. Поэт-гражданин, поэт-борец, поэт-печальник своей истерзанной междоусобицами родины влек его с такой же силой, как поэт-философ, поэт-судия, вершивший страшный суд над смыслом событий и поведением людей.
К стихотворцам своего времени Микеланджело относился неуважительно. Среди современников он учителей себе не видел. Их поэзия была для него мелка.
В той мере, в какой Микеланджело выполнял обязательства приличий, он тоже при случае отвечал рифмованным комплиментом на комплимент и рифмованной бранью на брань, благодарил обязательными стихами за подарки, удовлетворяют любезными строфами женское тщеславие... Он становился тут в общий ряд. Подобных стихов у него немного или их мало сохранилось, но они есть.
Но даже и здесь, в этих произведениях светской музы, Микеланджело искал возможности ухватиться за что-нибудь, позволяющее перевести стихи из плоского мира житейских условностей в большой мир человеческой мысли и чувства. Микеланджело свершал свой прыжок гиганта.
Тому пример — знаменитый ответ на стихи в честь его статуи «Ночь» с гробницы Джулиано Медичи: на традиционно-приветственное четверостишие флорентийца Джованни ди Карло Строцци Микеланджело отозвался стихами совсем иной природы — великолепными строчками поэта-мыслителя, поэта-гражданина, звучащими так по-дантовски:

                                          Мне сладко спать, а пуще — камнем быть,
                                          Когда кругом позор и преступленье...

Поучителен и другой пример: в эпитафии на гроб юнца Чеккино Браччи, которую он стал сочинять не под давлением личного горя, а по просьбе знакомого, Микеланджело упорно, сквозь пятьдесят вариантов, старается нащупать важную мысль и выразить ее значительными словами и тут же (в приписках), взыскательно судит себя самого за неудачи. Это определительно для всего его отношения к своим стихам. Он обращался со словом с той же непреклонностью, как с мрамором, с красками, и ощущал свой стих так же весомо и плотно. Микеланджело ворочает словом, как глыбой; стачивает одно, наращивает другое, пригоняет стих-камень к другому такому же, плотным швом к шву.
Наиболее ранние из дошедших до нас стихов Микеланджело относятся к началу 1500-х годов, между тридцатью и сорока годами его жизни. Все остальное (около двухсот стихотворений) написано им между сорока пятью и восьмьюдесятью годами; в последнее двадцатилетие он писал больше всего.