Севастополь. 1920 г. Исход


1.

12 ноября 1920 года - в Севастополь прибыли перегруженные людьми последние поезда, в том числе поезд командующего 1-й армией генерала Кутепова.

Эвакуация белогвардейских войск из Севастополя

11 ноября 1920 года (по новому стилю) генерал Петр Николаевич Врангель, последний правитель Белого Юга России, отдает приказ об эвакуации "всех, кто разделял с армией ее крестный путь, семей военнослужащих, чинов гражданского ведомства, с их семьями, и отдельных лиц, которым могла бы грозить опасность в случае прихода врага".


1а.

В это же время вышло одно из последних сообщений Южнорусского правительства, в котором говорилось:

«В виду объявления эвакуации для желающих офицеров, других служащих и их семейств, правительство Юга России считает своим долгом предупредить всех о тех тяжких испытаниях, какие ожидают приезжающих из пределов России.
Недостаток топлива приведет к большой скученности на пароходах, причем неизбежно длительное пребывание на рейде и в море.
Кроме того, совершенно неизвестна дальнейшая судьба отъезжающих, так как ни одна из иностранных держав не дала своего согласия на принятие эвакуированных.
Правительство Юга России не имеет никаких средств для оказания какой-либо помощи как в пути, так и в дальнейшем.
Все это заставляет правительство советовать всем тем, кому не угрожает непосредственной опасности от насилия врага — остаться в Крыму».



2.

Правительство Юга России

Еще за полгода до объявления об эвакуации штабом главнокомандующего совместно с командующим флотом был разработан секретный план возможной эвакуации.


2.


Для обеспечения выполнения этого плана в черноморском бассейне должен был оставаться определенный тоннаж судов. Все корабли, и другие плавсредства были распределены по портам.

В тех же портах «приписки» был образован неприкосновенный запас угля, машинного масла и продовольствия на случай объявления эвакуации.

Как только было принято решение об эвакуации из Крыма, сразу же был отдан приказ о сосредоточении судов в портах, согласно выработанному плану.

Войска, получив приказ оторваться от противника, быстрыми переходами, в течение двух-трех дней, достигли указанных им портов.

Врангель распределил тоннаж по портам на основании данных, полученных от начальника Морского управления и командующего Черноморским флотом, вице-адмирала Михаила Кедрова.


1.
[640x480]
Петр Николаевич Врангель, главнокомандующий Русской Армии у Графской пристани

Для погрузки:

в Керчи отводилось 20 тыс. тонн,
в Феодосии — 13 тыс.,
в Ялте — 10 тыс.,
в Севастополе — 20 тыс.,
в Евпатории — 4 тыс.

Кроме того, главнокомандующий дал указание разработать порядок погрузки тыловых и гражданских учреждений, больных, раненных, особо ценного имущества, запасов продовольствия и воды.

Для эвакуации задействовались не только имеющиеся в наличии корабли, но и иностранные военные суда.


2.
[639x480]
Севастополь,12 ноября 1920 года

В Севастополе улицы патрулировали чины комендатуры, казаки и юнкера. Случаи мародерства немедленно пресекались. На улицах, примыкавших к порту, было поставлено оцепление, пройти через которое можно было, только имея при себе специальные пропуска.

С раннего утра 12 ноября по улицам Севастополя начали передвигаться повозки и группы людей, направлявшихся в сторону порта.

Желающие выехать записывались в штабе генерала Скалона, и их количество оказалось столь велико, что уже тогда стало ясно, что расчеты Южнорусского правительства и штаба Врангеля будут значительно превзойдены, а тоннажа судов может оказаться недостаточно.

Днем 12 ноября в Севастополь прибыли перегруженные людьми последние поезда, в том числе поезд командующего 1-й армией генерала Кутепова.

командующий 1-й армией генерал Кутепов

С утра следующего дня стали проходить на погрузку воинские части.

Следовали они в образцовом порядке, не останавливаясь и не растягиваясь.

Их встречали специально выделенные офицеры и провожали прямиком к пристани.

Генерал П.Н. Врангель на Графской пристани

К 14 часам 14 ноября 1920 года погрузка на корабли была завершена.

Несколькими часами ранее, в 10 утра, Врангель объехал на катере грузящиеся суда, затем вернулся на Графскую пристань, где в это время снимались последние заставы юнкеров.

Днем Врангель с сопровождавшими его офицерами вновь погрузился на катер, который доставил барона на борт крейсера «Генерал Корнилов».

Судно простояло на рейде до ночи, и после того, как бухту покинули почти все корабли, снялось с якоря.

Но взяло курс не к берегам Турции, а в Ялту и Феодосию.

Врангель пожелал лично убедиться, что и здесь погрузка прошла успешно.

последняя речь в Севастополе главнокомандующего Русской Армией - Врангелем

Приказ генерала Врангеля об оставлении Крыма основную массу населения и армии поразил своей неожиданностью, хотя несомненно многие уже ждали его.

11 ноября - в первый день эвакуации особой тревоги и паники не наблюдалось.

"Первое, что хочется отметить, – писал П.С. Бобровский, – это — отсутствие паники.

Ни на вокзале в Симферополе, ни в поезде, ни на станции в Инкермане не видел я обезумевших людей, спешки, давки.

Напротив, меня скорее удивляла какая-то медлительность и относительное спокойствие. Был большой беспорядок, не чувствовалось железной руки власти.

Но все же, хотя и беспорядочно, с опозданием, кто-то отдавал распоряжения, кто-то исполнял их, и дело эвакуации шло своим чередом. В лицах, в словах той огромной массы людей, которую я перевидал за этот первый день пути, я не видал особой тревоги или страха" .

С раннего утра по улицам Севастополя начали передвигаться повозки и группы людей направлявшихся в сторону порта.

Погрузка лазаретов, многочисленных управлений и служб, а также населения шла довольно организованно и в полном порядке.

Отвратительные сцены, происходившие при эвакуации Одессы и Новороссийска, когда люди давили, выбрасывали за борт друг друга в Крыму не повторились, хотя отдельные эксцессы имели место, как имели место грабежи и погромы.

В Симферополе грабежами занимались выпущенные из тюрьмы заключенные, в Алуште и Ялте грабили винные погреба, а в Севастополе грабили склады американского Красного Креста.

В целом же это не наложило характеризующих черт на последние дни тыловой жизни Крыма, но и безоблачной и идеальной эта жизнь и погрузка на пароходы не были.

Донской казачий генерал С.К. Бородин так вспоминал события тех дней:

"С восходом солнца 2 ноября (старого стиля) 1920 года многие улицы и площади г. Керчи заполнились всадниками в черных и белых папахах, в защитных английского образца шинелях, с пиками и без них, с шашками и винтовками за плечами.

Во вьюках всадников видны были черные кожаные и серые полотняные до верху наполненные переметные сумы, и сверху сум, подпирая заднюю луку, приторочены были одеяла, попоны, мешки с продовольствием, полушубки.

Всадники колоннами входили в город, останавливались и слезали с лошадей.

Не было среди всадников ни шумного разговора, ни смеха, ни бесшабашной ругани.

.Фотографировались на память о последних часах на родной земле..

Каждый посматривал в сторону моря и сосредоточенно думал и ждал приказаний".

За городом было брошено огромное количество запряженных повозок, а ехавшие на них старики, обозные казаки и солдаты, женщины и дети нестройными кучками толпились к конным колоннам.

На лицах казаков отражалась тревога за свою судьбу и неизвестное будущее в скитании, продлящееся может быть всю оставшуюся жизнь.

Утром 14 ноября генерал Врангель и командующий флотом адмирал Кедров объехали на катере грузящиеся суда Севастополя, погрузка которых почти закончилась.

В тот же день суда из Севастополя стали выходить в море, а утром 15 ноября прибыли в Ялту.

В Ялте погрузка также уже закончилась и все желающие были размещены, а в городе "было полное спокойствие, улицы почти пусты".

Начальник эшелона парохода "Саратов" писал в своем отчете, что при посадке в Севастополе "чувство страха, близкое к панике, остаться на берегу, доминировало над всеми, и потому каждый устремлялся к пароходу, стараясь всеми способами, забраться на него, хотя бы с потерей оскребков оставшегося у него скудного и легковесного багажа.

Были случаи, когда члены семейств бросали своих близких родных.

В одном случае муж бросил жену, в другом мать детей, оставив их на берегу в Севастополе.

Многие, даже почтенного возраста, и люди в чинах, не имея возможности попасть на пароход по трапу, взбирались по канатам, оставляя на берегу все свое имущество.

Крупные войсковые части грузились мелкими соединениями под командой своих офицеров, в порядке" .

На тот же пароход "Саратов", рассчитанный на максимальное количество 1860 человек, было погружено 7056, то есть почти в четыре раза больше допустимой нормы.

Другие суда также были перегружены. На "Мечте" находилось более 6000, на "Екатеринодаре" – более 6500, а на "Владимире" около 12000 человек.

Пароходы вышли в море перегруженными до крайности, все палубы и мостики, трюмы и проходы были буквально забиты людьми.

Генерал Абрамов, рассматривая впоследствии на константинопольском рейде с миноносца "Жаркий" флотилию, определял степень загруженности пароходов по тому, заметно ли какое-либо движение на палубе или нет.
Если глаз различал движущиеся группы людей, – значит, судно еще не было забито до отказа.

Сильно перегруженный "Рион" вышел в море почти без угля и его стало относить по направлению к Одессе.

К счастью находившихся на судне людей вовремя пришел на помощь буксир.

С 13 по 16 ноября 1920 года из портов Крымского полуострова (Севастополь, Евпатория, Керчь, Феодосия, Ялта) вышло 126 судов, вместивших в себя около 136 тысяч человек, по данным Даватца и Львова .

Численность эвакуировавшихся точно не известна. Врангель приводит другие цифры.

В марте 1921 года он писал: "Всякая эвакуация является исключительно трудным делом.

Эвакуация же из Крыма 160 тысяч человек при крайне неблагоприятных условиях, под угрозой наступающего противника, представляла особенно трудную операцию.

Конечно, несмотря на блестящую работу всех ответственных лиц, возможны были, по различным причинам, отдельные недочеты, но в общем, они явились исключением" .

А в декабре 1923 года он же сообщает, что было вывезено 145 693 человека.

Но, еще в конце ноября 1920 года, в секретной сводке разведывательного отдела штаба французской эскадры указывалось, что "цифра эвакуированных возросла до 146 000, из которых примерно 29 000 гражданских лиц" .

По всей видимости последние цифры наиболее точны.

Интересным фактом является то, что красные войска не нажимали, дали определенную передышку, позволившую белым эвакуироваться.

Накануне - 11 октября командующий Южным фронтом Фрунзе, стремясь избежать дальнейшего кровопролития, обратился к Врангелю по радиотелеграфу с предложением прекратить сопротивление и обещанием амнистии, сложившим оружие.

Ленин почти сразу отреагировал на этот несанкционированный шаг телеграфировав, что он "крайне удивлен непомерной уступчивостью условий.

В ноябре 1920 года среди эвакуировавшихся даже ходила легенда, что беспрепятственную эвакуацию армии Врангеля "вытребовала" у Советской власти "благородная Франция".

Действительно большая заслуга в эвакуации остатков армии Врангеля и гражданских лиц принадлежит французскому адмиралу Дюменилю, который вступил в переговоры по радиотелеграфу с командованием красных и, используя угрозу применения военной силы, обеспечил более или менее спокойную погрузку на эвакуировавшиеся суда.

Однако, известна секретная шифрованная телеграмма от 16 ноября 1920 года подписанная председателем ВЧК Дзержинским и адресованная начальнику Особого отдела Юго-Западного и Южного фронтов Манцеву.

В телеграмме говорится:

"Примите все меры, чтобы из Крыма не прошли на материк ни один белогвардеец...
Будет величайшим несчастьем республики, если им удастся просочиться.
Из Крыма не должен быть пропускаем никто из населения и красноармейцев" .

памятный знак на Графской пристани в Севастополе

Неделей позже эти меры получили свое как бы юридическое обоснование.

Переход по морю от крымских портов до Константинополя длился от одного до пяти дней, которые для многих стали труднопересказываемой мукой.

Это была своеобразная прелюдия тех лишений, которые выпали на долю русских эмигрантов и которые им предстояло пережить.

Жизнь большинства русских по пути к Константинополю и на его рейде проходила в ужасающих своей безысходностью условиях.

РУССКИМ ЛЮДЯМ ПОСВЯЩАЕТСЯ...
#ИсторияСевастополя https://ok.ru/yuzhnyforp/topic/68604842109886


3.


4.



6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.


14.


15.


16.


17.


18.


19.