Но больше нет уже отцов,
Нет братьев - саблями сплеча
В горах убили молодцов,
И по ущельям, горяча,
Кровь льется вместо родников…
- В ГОРНИЛЕ ЖАР ОГНЯ ПОГАС,
СПАСИ, ВСЕМИЛОСТЛИВЫЙ, НАС…
Но пользы нет в моленье том,
Когда чудовищным огнем
Горнило,
Словно хворост, жрет
Страну армян и весь народ.
- К ТЕБЕ В СЛЕЗАХ ВЗЫВАЮ Я,
СЛОВАМИ УМОЛЯЮ Я -
ПОМИЛУЙ И СПАСИ НАС, БОГ…
Что завтра им готовит рок?
Какой к ним завтра смерть придет? -
Увы, мужей великих ждет
Не смерть геройская в бою,
А жертвы смерть в чужом краю…
- ПРИМИ МОЛЬБЫ, ЧТО ВОЗНОШУ,
ТЫ - ДОБРЫЙ, СМИЛУЙСЯ, ПРОШУ…
А если бы он добрым был,
То разве бы вооружил
Толпу зверей и к нам пустил
На нивы и сады армян
В Акин, Арчеш, Карин и Ван?..
- СВОЮ НАМ МИЛОСТЬ ПРОЯВИ -
МИР МИРУ ЭТОМУ ЯВИ…
Мир…
Если бы еще чуть-чуть все это бы
продлилось вдруг,
Глядишь - и вправду навсегда мир
воцарился бы вокруг,
Одев цветущую страну
В кладбищенскую тишину,
Где нет живых, чтоб в горе там
Завидовали мертвецам…
- ПОМИЛУЙ, ГОСПОДИ…
О нет,
Не сжалился он, Вардапет.
А наказал тебя опять -
Не стал твою он душу брать,
Как через день
Он души взял
Тех, кто от жажды так страдал,
Как желтый выжженный песок,
Кто - гениальный - голодал,
Надеждой даже не кормясь,
Святая кровь их пролилась,
Но не от пуль и сабель злых…
Камнями всех побили их…
И в чем
Причина та была,
Которая оторвала
Тебя от горестной судьбы друзей,
с кем счастье ты делил,
От рая дорогого, путь в который
камень им открыл,
И бросила в широкий ад,
Где смерти нет, а только мрак,
Где краски жизни не горят?!
Ах, почему оторвала?
Освободила поздно так?
Но то… свобода ли была…
О Спас,
Избавь от такого спасения нас!..
.. Искусные пальцы забыли рояль,
Безмолвна заброшенных клавиш печаль!..
Он вновь в Панкалты в своем доме живет,
Чанкырской тюрьмы удручающий свод
Уже далеко от него,
Но в мозгу…
В мозгу к оболочке клок тьмы прилипал,
Как пар кипятка, что летит к потолку,
Клубился под черепом,
Вился, витал,
И. Словно слизняк, копошился, скрипел
Тот мрак
И никак отлипать не хотел.
По улице шел он, накинув пальто, -
В ушах его оклик внезапно гремел:
Казалось, зовет его Сиаманто,
Казалось, окликнул его Даниел…
___________________________
(Даниел Варужан)
___________________________
Когда уж смеркалось,
Казалось ему -
В гостиную, прямо к нему, через тьму
Шагает кабаноподобный аскер
И, сняв ятаган, отстегнув револьвер,
Горячие камни вздымает в руках.
И… криком взрывался
В душе его страх,
И он зажигал все лампады вокруг,
Садился, вздыхал облегченно.
И вдруг
Глазами вращал - в них метался испуг, -
Казалось, лампад языки - это кровь,
И он задувал их затравленно вновь.
А чаще он вскакивал так… без причин,
А чаще… был там он -
В отчизне армян, -
Бродил он по Мушу, входил он в Карин,
С любовью глядел на престольный наш Ван…
Хоть сам он -
в Стамбуле,
А мысль его -
там!..
В Армении там, говорят,
Без армян
Цветут анемоны по тихим садам,
Чей цвет восковых лепестков источал
Вина аромат и сердца опьянял,
Теперь -
не навек ли? -
багровым он стал,
И запах тяжел их -
так пахнет лишь кровь,
Дразня раздражающе ноздри бычков
Кочевников-курдов…
А юный вьюнок -
Эстет, что не терпит уродства ни в чем,
Карабкался молча на горный отрог,
Чтоб собственным нежно-зеленым крылом
Прикрыть капли крови
На серых камнях,
Спешил занавесить утесов бока,
На выступах чьих,
Как на острых клыках,
Дрожал
От победных рывков ветерка
Нарядной одежды армянки клочок,
Поблекший теперь уже до белизны
От солнца ли
Или от горя, что рок
Дал полною чашей испить без вины,
Дрожал он от ветра,
Белесый клочок…
Почетного самоубийства флажок…
А те из утесов,
Куда и вьюнок,
И даже лишайник забраться не мог,
Чьи красные стены
В отвесной дали.
Расщелины белые пересекли
Подобно колоннам различной длины, -
Огромным органом они взметены
Над амфитеатром армянской страны, -
Так эти утесы
Стонали с тоской,
Когда ветер-варвар холодной рукой
В них бил, музыкального слуха лишен,
Гудели утесы,
И жалобный стон
Органным аккордом над миром несло:
- Что здесь приключилось?
Что произошло?!!
А глупой кукушке никак не понять -
Бескрылый мозг птичий
Не может объять
Случившееся, -
И наивно она,
Как только вокруг расцветает весна,
В эфир
через паузы
весточку шлет,
Домой
языком телеграфным зовет:
-Ку-ку! Отзовитесь!
Что с вами? Ку-ку!.. -
Напрасно кукушке кричать на суку!
Умершим услышать тебя не дано,
А те, кто по свету рассеян давно
Как горсть ячменя -
среди птиц у гумна,
Как пригоршня крови -
в воде, что мутна,
Те, хоть позывные твои и поймут,
Уловят их сердцем, душой обоймут,
Но только - увы! - на призыв дальний твой
Ответят они лишь горючей слезой,
Миганием век и биением жил,
Набухших от гнева, что их опалил,
И сердцебиеньем ответят на зов,
Но только не радостным гулом шагов
Счастливых скитальцев, идущих вдали
К родимому дому дорогой побед:
- Топ-топ! (Мы идем!)
- Топ-топ-топ! (Мы пришли!..)
Попробуй с ума не сойди,
Вардапет!…
Там -
В горном Сасуне, где за облака
Деревья ореховые забрались
И спорят с оленями, кто на карниз
Быстрее поднимется,
И, как рога,
На лбу волосатом утеса растут,
Там -
В горном Сасуне, где реки ревут,
Где в темных оврагах колючки, как лес,
На них, на листву - и вкусна, и бела -
Действительно сыпалась манна с небес,
___________________________
(Сасунские горы изобилуют манноносными ясенями, чей клейкий затвердевший сок и зовут манной.)
___________________________
Что бедным крестьянам подспорьем была.
Но… манна небесная заменена
Небесною карой - повсюду она!..
Теперь
На камнях Цовасара следы -
___________________________
(Цовасар - гора в Сасуне.)
___________________________
с колодцами схожие чем-то слегка, -
следы от железных лаптей пастушка
___________________________
(Имеется в виду юный Давид Сасунский.)
___________________________
Заполнены струйками талой воды,
И в них полумесяц, холодный как лед,
С намеками речь о прощенье ведет…
А в раме Марута, что эпосом свят,
Паломников нет -
Только совы грустят
И стонут, что мир - суетою объят…
Орех на орехе лежит,
Им опять
Гнить осенью:
- Некому их собирать!..-
Овец одичавших и диких стада
С гор тянутся:
- Некому больше стрелять!.. -
До Мушской долины дойти иногда
Решаются:
- Некому их воровать!.. -
И кошка в кадушке для теста рожать
Котят приготовилась:
- Некому гнать!.. -
Коровы
О яслях уже вспоминать
Давно перестали, но все же пока
Страдают, -
Как полный кувшин молока,
Набухшее вымя им трудно носить,
Не выплеснув:
- Некому их подоить!..-
Его о ладони камней они трут
И хрипло мычат:
- Нестерпим этот зуд!.. -
И манну в Сасуне средь ласковых гор
Медведи сосут, наживая запор,
И, в храмах святых алтари оскверня,
Катаются с ревом, закончив обед,
Тем ревом Огана-Горлана дразня, -
Почтенья к сасунским безумцам уж нет!..
Попробуй с ума не сойди,
Вардапет!..
…Венера с вершины Немрута блестит
Так ярко,
Как будто горит не звезда,
А миски пастушьей сверкает луда,
И кажется облаком белым тогда
Путь Млечный
Когда чужеземец глядит…
И сын армянина,
Того, кто сумел
Лишь чудом судьбы всех родных избежать,
Когда он, приехав в родимый предел
По визе туриста, начнет целовать
Ногою Сипана священного склон,
Не примет ли тоже за облако он
След саманокрада - ваагновский след…
___________________________
(Млечный Путь у армян называется также Путем саманокрада. По древней легенде бог молнии и неба Ваагн в тяжкий неурожайный год украл у других богов саман и, убегая по небу, рассыпал его, оставив след, который и выглядит Млечным Путем.)
___________________________
Попробуй с ума не сойди,
Вардапет!..
Царит там теперь
Паутина одна,
Лениво зевая, мечтает она:
Хоть волки бы сытые стали рыгать,
Чтоб голос живой - пусть любой - услыхать!
Но волк редко сытым бывает,
И вот
Вновь дремлет она,
Оживая раз в год,
Когда в обезлюдевший вымерший край
Зачем-то заедет
Заптий-полицай,
И взвоет ШАРКИ,
___________________________
(Шарки - вид восточных песен.)
___________________________
Навевая тоску, -
Ни ПЕСНИ ГУМНА;
Ни ХВАЛЫ ЖЕНИХУ;
Ни ЛУННАЯ НОЧЬ;
ОРОВЕЛ не плывет;
В Армении
Кто без армян запоет,
Кто в танце характер покажет живой?
Ни песни обрядовой,
Ни трудовой -
Нет песни армянской в Армении.
Нет!..
Попробуй с ума не сойди,
Вардапет!
А ночь, тяжело придавив чернотой,
Заляжет, как буйвол, угрюмый и злой,
Рогами держа небосвод над собой.
Уродливыми ртом
Будет молча, с трудом
Жевать злодеянья она и погром,
А их - если даже скотиною быть -
И то нелегко будет переварить.
Тьмы черной чернила, печально до слез,
О бойне элегию станут писать,
Но вместе с рассветом
Чернила опять
Сотрутся, как… кровь и армянский вопрос…