Чайные ложки преследуют меня. Они имеют тенденцию скапливаться в окрестностях клавиатуры, покрываясь горами пепла и бумаги, и надолго исчезая с кухонного горизонта. Литрами потребляя thcibo-mocca, я постоянно хожу за пополнением на кухню. Естественно, кружку (единственную чистую) я беру с собой, а вот ложка остается валяться на столе. Кофе я пью без сахара, но ложку зачем-то приношу с собой. Собрав все доступные ложки на столе, я некоторое время пытаюсь сыпать кофе в кружку через край банки. через день-другой высыпаю пол-банки на стол, и мною овладевает жажда деятельности. Собранные на столе ложки водворяются на кухню, укладываются там на столе красивой горкой, и процесс начинается сначала.
Ночной образ жизни неадекватно сказывается на восприятии. Громкость всех бытовых устройств настроена на такое низкое значение, что кроме меня никто ничего не понимает. Впрочем, и некому. Ночи на все не хватает, поэтому самые плотные шторы, найденные мной в бабкиных еще закромах, плотно задернуты вне зависимости от времени суток, времени года, времени. Может быть, времени и вовсе нет. Осталось затонировать стекла в машине и жить вечно.
Основной времяпрепровождение - получение информации. Полученная информация никогда не будет использована, она является самоцелью. Большую часть информации, гигабайтами накопленной мною, я даже не воспринимаю; но при отсутствии минимум двух ее источников создается ощущение , близкое к кислородному голоданию. Купить что-ли второй ТВ-тюнер? Для самоуспокоения гужу принтером, распечатывая пустую Excel"евскую таблицу, на сотой странице которой стоит точка шестым шрифтом.
Мое появление в общественных местах сопровождается нездоровым ажиотажем. Продавщицы булочной на углу вслух восхищаются мною, потому что я покупаю у них шесть батонов и пять упаковок пельменей. Очевидно, такие блага цивилизации, как морозилка и микроволновка, еще не добрались до их квартир. Мусор я выкидываю крайне редко, потому что его нет. Объяснить это явление моей матери я не в силах. Видимо, я таки создал безотходное производство. Увы, я не в силах съесть окурки, а бумага, пропущенная через shredder, приобретает весьма значительный объем. Если бы не эти досадные упущения, я был бы совершенно автономен, потому что бутылки сдает соседка.
Личная жизнь выгладит занимательно. Клип: полумрак. Мое лицо, озаренное светом пятнадцатидюймового монитора. На заднем фоне - двуспальная кровать. Девушка появляется, раздевается, ложится в кровать, лежит некоторое время, встает, одевается, уходит (из кадра). Появляется следующая, и все повторяется. Мультяшные титры в стиле "Том и Джерри": And again, and again, and again. Выражение моего лица не меняется. Лихорадочно бегают зрачки, еле различимые за стеклами очков.
Отец иногда говорит мне, что двухкомнатная квартира мне совершенно не нужна, потому что я с тем же успехом мог бы жить у них в кладовке. По правде говоря, я собирался сделать во второй комнате ремонт, для чего позвал пару приятелей, мы ободрали там обои со стен, а потом страшно напились. С той поры во второй комнате я не был. Многие из моих знакомых вообще считают, что моя квартира - однокомнатная.
В большой корзине для бумаг лежат сигаретные пачки. Их много. В основном это Winston, он перемежается небольшим слоем синего Соверена. Я болел, мне было тяжело курить. Раз в пол-года пачки куда-то исчезают (в это время я живу у родителей в пригороде. Считается, что я отдыхаю. На самом деле мой образ жизни нимало не меняется).
Говорят,уже наступил XXI век. Что-то происходит в России.
Люди ждут перемен.
Сломалось колесико на мышке.
На кухне опять нет ни единой ложки.

Остановись, мгновенье, ты прекрасно!