Задаёт ли вопрос российский, украинский, белорусский, киргизский или даже прибалтийский журналист, он всегда звучит одинаково: «Как случилось, что Россия потеряла Украину (варианты Грузию, Молдавию, Прибалтику), и что надо делать, чтобы не потерять Белоруссию (Киргизию, Армению, Таджикистан, Казахстан)?” У меня сразу возникают вопросы. А точно это Россия всех потеряла и теряет? А Украина не потеряла Россию? А Белоруссия, Киргизия, Армения и т.д. не боятся Россию потерять? Точно Россия такая никому не нужная, а вокруг неё бесценное ожерелье бывших республик, которые надо любой ценой уговорить «не теряться»? Если посмотреть на уровень экономического развития, международный вес, уровень благосостояния народа, развитость государственных и общественных институтов и даже на уровень личных свобод граждан современной России и окружающих её бывших союзных республик, складывается диаметрально противоположное впечатление.

Почувствуйте быт и настроение "потеряшек"

"...Но чем батька свой режим породил, тем и привел на край могилы: думаю, он вполне искренне вопрошал на митинге: вы меня сами просили навести железной рукой порядок, чего ж теперь удивляетесь? Он не знал или забыл, что с повышением благосостояния народ переходит на другую ступеньку пирамиды Маслоу, и у него появляются другие потребности. Особенно те, которые Лукашенко сам пробудил, организовывая себе на голову антироссийские националистические митинги.

Но проблемы не только у президента, но и у его народа, который сам не знает, чего хочет. Программа оппозиции была обнародована в знаменательный день 22 июня. Тогда на нее мало кто обратил внимание: сначала возмутились «зеленые». Скандал разразился только сейчас, и бравые революционеры начали зачищать Сеть от следов своих фантазий. Хотя почти два месяца не стеснялись: подумаешь, отдать страну НАТО и транснациональным корпорациям. Но народ-то, говоря о свободе, ждет не гримас капитализма, а патернализма с человеческим лицом.

Гюстав Лебон доступно объяснил этот парадокс: «Могущество слов находится в тесной связи с вызываемыми ими образами и совершенно не зависит от их реального смысла. Очень часто слова, имеющие самый неопределенный смысл, оказывают самое большое влияние на толпу. Таковы, например, термины: демократия, социализм, равенство, свобода и т. д., до такой степени неопределенные, что даже в толстых томах не удается с точностью разъяснить их смысл. Между тем, в них, несомненно, заключается магическая сила, как будто на самом деле в них скрыто разрешение всех проблем. Они образуют синтез всех бессознательных разнообразных стремлений и надежд на их реализацию».

То, что страну без Лукашенко разнесут в клочья, не бином Ньютона: аппетит приходит во время еды. Понятно, что она не развалится, а с реальной жизнью после колхозного пионерлагеря и сладких сказок о союзном государстве пришла пора познакомиться. В конце концов, это свободный выбор свободных людей – жить на российские льготы у батьки за пазухой или в мире голого чистогана и диктата МВФ. Опасна не жажда свободы, а ощущение миссии Данко: счастье для всех всегда оборачивается властью избранных. Горящему сердцу необходимы если не чистые руки, то как минимум трезвый ум. В зачарованности своей миссией противники батьки мало чем отличаются от него самого.

Когда я пишу об опасениях, связанных с будущим Белоруссии, я не хочу сказать, что вижу в нем мрак и ужас. Ну, допустим, избавились от диктатора, провели приватизацию, почувствовали невидимую руку свободного рынка. Уровень жизни у одних повысится, у других понизится. Появятся политика и пикейные жилеты, менты и журналисты поделятся на продажное большинство и честное меньшинство, возродится мафия, которая начнет делить со спецслужбами заводы и бордели, оптимизируют науку и промышленность, здравоохранение и сельское хозяйство.

Пенсионеры и безработные будут тосковать по золотым временам кровавого батьки, а хипстеры – весело плевать ему вслед. Когда все постсоветское пространство колбасило, лукашенковская Белоруссия жила тихо и спокойно. Пришло время повеселиться. Когда погребают эпоху, надгробный псалом не звучит.

А если батька выстоит? Придется платить не социальным расслоением за свободу, а свободами за социализм. Санаторий строгого режима, из которого можно уехать – это не концлагерь. Молодежь толпами валит и из свободной Прибалтики, и со свободной Украины. А от цифрового тоталитаризма не уйдет никто. Иллюзией свободы надо пользоваться, пока дают.

Сменяемость власти – это фикция. Изменить можно только строй. Дорога к бесплатному сыру вымощена благими намерениями: активное меньшинство может завести пассивное большинство туда, куда и само попасть не собиралось. Это и есть обычный результат всех революций. Честные выборы между шилом и мылом хороши честностью, а не результатом".
Алексей Алешковский, сценарист.

Начало тут:  https://vz.ru/society/