Стать весной, отсвечивать огарком
В блеске неуёмных площадей,
И в снегу, подтаявшем и марком,
Зрить твой бег, трудяга-берендей,
И под утро, в сини недвижимой
Чутко одевать в смурной каприз
Трель синиц, в тиши неутолимой
Становясь на чувств своих карниз:
Отзвуки бесчисленных мелодий
Светлых и простых разлиты здесь,
Всё летит, плывёт и всё на взводе,
И поёт любая высь и весь.
Улиц беспокойные фрегаты,
Где снуют без цели там и тут
Собачонки, нервны и кудлаты,
Воздух полон перцем гроз и смут,
Гвалт девчат, чьи тоненькие ножки
В шерстяных колготках мельтешат,
Выцветший рисунок на обложке,
Кошки из забавнейших котят
Быстро вырастают. Пыльных окон
Жёлтые квадраты на стене,
Разрывая пересохший кокон,
Наяву, как будто бы во сне,
НА свет души бабочками в мягких
Крыльях появляются, дрожат,
И на очарованных полянках
Лапами пушистых медвежат
Мать-и-мачехи негуст и зелен
Выспрелся бесхитростный призыв,
Огоньками редкими устелен
Бок холма, и к вечеру остыв,
Утихает, обмелев невольно,
Звон капели, бархатен и свеж,
Голосов весёлых хор нестройный
Из ручьёв, лощин, обочин, меж...
Вновь под утро, наглядевшись вволю
Разметает, грустен и суров
Майский месяц в городах, по полю
Сказ весны – божественный покров.
А с утра, в пронзительном дыханьи
Ветра, что мечтает воскрешать
Связи всех времён и расстояний
Будет лёд, что не способен ждать,
Бормотать изысканно и нежно,
Греясь в ослепительном плену,
Ласково, и, кажется, небрежно
Окликать небес голубизну.