Осмысливание пасхи требует иных мыслей, но переживание – подкидывает иное - Гюмри, Сухуми, Тбилиси
================================================

Артур. Гюмри.
Пасха считается одним из знаменитейших праздников Ветхого и Нового Завета, и является одним из пяти главных церковных праздников в Армении. Армянская Апостольская Церковь отмечает Пасху - Светлое Христово Воскресение - в следующее после полнолуния воскресенье, наступающее после весеннего равноденствия, в период с 21-го марта по 26-е апреля. 

Как после Пасхи, так и после других главных праздников Армянской Церкви (Святое Рождество Христово и Крещение, Преображение Господня (Вардавар), Успение Пресвятой Богородицы, Воздвижение Животворящего Креста Господня) следует день поминовения усопших (Мерелоц). В 2008 году на заседании правительства по предложению Первопрестольного Святого Эчмиадзина было принято решение учредить следующий за Великими (главными) праздниками день поминовения усопших нерабочим днем. Многие еше тогда неоднократно говорили, что пять дней для усопших очень много, однако до сих пор эта традиция сохранилась и каждый раз правительство за неделю до Мерелоца этот день объявляет нерабочим. В этот день после Святой литургии во всех церквях совершается молитва за упокой души, после чего люди посещают могилы своих родных и близких.
Но многие посещают кладбище на Пасху, особенно если их близкий человек недавно умер. Если не прошёл год от смерти, то в этом доме пасхальные яйца не красятся, родственники собираются в доме усопшего и чтят его память. Тогда многие не только идут на кладбище в день Пасхи, но и оставляют пасхальные яйца и еду там. С точки зрения церкви посещать кладбища или оставлять там еду на Пасху не следует. Христово Воскресение - это торжество жизни над смертью, свидетельство того, что у Бога - все живы. Пасха - день радости, а не скорби. Каждый год церковь до праздников еще раз напоминает, что будет Мерелоц, тогда и нужно идти на кладбище, но обычаи сильнее. Эти обычаи свойственны не только армянам. Говорят, что посещать кладбище на Пасху стали в советское время, когда храмы были закрыты. Люди, испытывающие потребность собраться, разделить радость, не могли пойти в закрытые храмы и ходили на кладбище. Так или иначе, нужны годы чтобы люди стали привыкать к «новым» правилам. 
Если говорить о Мерелоце, то даже турист, проезжающий мимо поймет, что у нас день поминовения усопших. На каждом углу продают цветы, цены которых конечно дороже чем обычно. Рядом с кладбищами иногда возникает автомобильная пробка. Многие умудряются в один день обойти несколько кладбищ. Все это уже говорит о том, что в Армении это традиция, которой все свято верят и исполняют. Чтобы понять весь смысл сказанного достаточно просто побывать на армянских кладбищах. Там можно увидеть могилы, на которые потратили так много денег, что они похожи на музеи или мавзолеи и невооруженным глазом видно, что на эту сумму можно было купить квартиру в Ереване.

=================================================
Стелла Адлейба. Сухуми.
У абхазов нет кладбищ в том представлении, в котором мы привыкли думать. То есть не существует определенной общественной площади, на которой люди живущие в каком-то населенном пункте хоронят ушедших из жизни родственников.
Абхазы хоронят умерших в своих садах или огородах. У каждого рода есть свое родовое кладбище расположенное у одного из старших родственников, где покоятся представители одной фамилии. Специально для этого выделяется земля, предназначенная для могил и специальных построек, предназначенных для поминок.
Похоронный ритуал в Абхазии – дело крайней важности, и не только для семьи покойного, но и для всех, кто имеет, а иногда и не имеет, отношения к самому усопшему, к членам его семьи, к их дальним и очень дальним родственникам и даже к их соседям.
Процесс выглядит так. В доме, где умерший, открываются ворота и начинается паломничество. Вся улица заставлена машинами и по дороге идет нескончаемый поток прощающихся. У гроба сидят женщины. Мужчины заходят, стоят пару минут и уходят. Затем, во дворе, подходят к родственникам мужчинам и выражают соболезнования. Но и после этого не уходят, а остаются во дворе. Если близко знали покойного, то могут оставаться так все три дня, если нет, то постояв минут тридцать уезжают. Женщины заходят и остаются стоять у гроба. Опять же, если близкие родственницы, то проводят все три дня у гроба, если нет, то постояв час - полтора, уходят.
Покойный накрытый простыней лежит на кровати. В изголовье стоит стол с фотографией, на нем же цветы, фрукты, рюмка. Если покойный курил, то мужчина закурит сигарету и положит туда же. На ночь с ним кто-нибудь остается сидеть рядом.
Соседи во дворе дома сколачивают навес и собирают столы, что бы было куда посадить народ на поминки. Соседки готовят фасоль, соленья, рыбу и пхали. Мужчины варят абысту (мамалыгу) (На 9, 40 и 52 дня к мамалыге прибавятся торты и мясо. Готовить опять же будут соседи) моют посуду, убирают двор, подают на стол.
Как узнают о смерти? В Абхазии хорошо работает сарафанное радио. К тому же сейчас стали пользоваться популярностью социальные сети, люди сразу же выкладывать в есть информацию о том, что человек умер. О том, что человека больше нет узнается за пару часов.
В день похорон народа еще больше чем в дни прощания. Ни разу не видела, чтобы священник отпевал умершего. Перед захоронением старший рода произносит о покойном речь, рассказывая какой хороший он был. Само захоронение происходит во дворе родового дома (большая редкость, когда абхазы хоронят на общественном кладбище), хотя и такое наблюдается в последние годы. 
После похорон все присутствующие садятся за стол за общую трапезу. Когда народа много, то сажают партиями. После трапезы все расходятся, кроме соседей, задача которых все убрать.
В течение 40 или 52 дней (в зависимости от религиозной принадлежности семьи усопшего) для него каждый вечер накрывают стол и зажигают свечу. Впоследствии этот же ритуал в течение срока траура совершают по четвергам (мусульмане) или субботам (христиане). Согласно традиционным представлениям абхазов, покойный на протяжении года все еще находится в доме, и поэтому они совершают его «кормление». Обязательным блюдом трапезы покойного является халва, а также вода, подслащенная медом. Кроме этого, на стол выставляется та еда, которую покойный любил при жизни. Каждый четверг или субботу, зажигая свечу, старший в семье выполняет ритуал символического приглашения покойного принять пищу, во время которого он отрезает от кушаний по куску, как будто кто-то их отведал, и находится в комнате до тех пор, пока свеча не догорит. Любой, кто заходит в комнату во время этого ритуала, также остается в ней до угасания свечи, чтобы не торопить покойного, поскольку, если он не наелся, то будет недоволен, что, как считается, может выражаться в разнообразных происшествиях. 
Затем пища с поминального стола передается к семейному ужину. Место покойного за обеденным столом, на который для него ставится тарелка и стакан с водой, всегда остается свободным, на стул вешают полотенце. Накрывание поминального стола в семье прекращается после проведения «больших поминок», которые стараются провести особенно пышно и масштабно. В настоящее время большие поминки (на 250–300 человек) устраиваются только один раз: соответственно на 40-й или 52-й день, либо на годовщину. 
В дом покойного стекается большое количество близких и дальних родственников. Следует отметить, что раньше специально приглашать на поминки было непринято. Тот, кто считал это для себя необходимым, сам узнавал дату и место проведения обряда. В наше время на поминки приглашаются родственники и друзья, как самого покойного, так и членов его семьи. Женщины приносят с собой специально приготовленные ритуальные блюда, свечи, сладости и фрукты.
Придя на поминки, женщины заходят в комнату, где лежат вещи покойного и стоит поминальный стол. Здесь они оставляют принесенные с собой продукты и направляются к месту захоронения, где они льют по периметру могилы вино, водку и воду, а если покойный курил, то зажигают сигарету. 
На поминках не полагается напиваться, хотя бывают случаи, когда установленные правила не соблюдаются. К трапезному столу кроме национальной кухни подаются различные салаты и сладости. Сладости и фрукты приносят «со стола покойного». Считается, что сладости нужно раздать среди родственников и соседей. К концу дня гости начинают расходиться по домам. 
Раньше было принято, что через некоторое время хозяйка дома начинает собирать вещи покойного, которые лежат на диване или в чемодане. Собирая вещи, она фундуковой палочкой символически стряхивала пыль с одежды и «провожала» душу покойного до калитки со словами: «Покойся с миром, назад не поворачивайся». Считается, что с этого момента душа покойного навсегда покидает дом. Несмотря на то, что в настоящее время поминальные обряды абхазов значительно трансформировались, в целом они сохраняют свою устойчивость и связь с традициями.

=================================================
Гиорги Кекелидзе. Тбилиси.
Осмысливание пасхи требует иных мыслей, но переживание – подкидывает иное -
Пасха идёт, пасха- радостно кричал мой родственник сидевший на качелях. На кухне, в большой кастрюле лежали десятки окрашенных пасхальных яиц, и мы с нетерпением ждали, когда наступит полночь. Утром во дворе, затем после окончания каникул, уже в школе начинался большой турнир. У самого хитрого было деревянное яйцо, приготовленное с большим усердием, у относительно честного - яйцо цесарки.
Моя бабушка много молилась. Особенно в страстную неделю. По усопшему сыну и мужу, брату и родителям. Молилась за живых сыновей и дочерей, и внуках. Родственников. Соседей. Я иногда спал в бабушкиной комнате, и сегодня наизусть помню по этому поводу псалмы и ритуальные молитвы. Последнее она заканчивала так: «господи храни всех, всех нуждающихся», и крестилась над постелью. Я все праздники помню ею. Даже всеобщие. В тот год на 8 марта выпал снег. Всегда вспоминаю это, как её окрашенный в чёрный цвет, но уже выгоревший платок закрывал мне глаз, вторым же видел падающие снежинки. Мы шли в сторону так называемого заготзерна. В то время там продавался хлеб. Человек по кличке Букакиэ являлся управляющим этим делом. Так что шли я и оседланная мною бабушка. Т.е. взвалив меня на спину. Один глаз мне прикрывал её старый выгоревший чёрный платок, другим же я видел ветром разносящиеся снежинки. Было похоже на сказку. По рассказу не получается. Есть обычные истории, которые только для тебя являются необычными. Она была значимой женщиной. Больше меня своенравной и идеалисткой.
Пасха идёт, пасха!- выкрикивала родственница. С комнаты доносился запах куличей, когда пеклись в печи. На улице уже было тепло, и потому в доме было ещё жарче. Но даже тогда моя бабушка не избавлялась от своего чёрного платка и не обычной трудно заметной улыбки, которую я примечал в самые тяжёлые дни. Наверное это было также причиной той силы. Той силы , что первым делом я и моя бабушка заносили пасхальные яйца к нашему соседу –пьянице Котии, затем там же к Анико, как говорят злые языки, старой блудницы села, но к тому времени уже больной женщины, затем дома били яйца, потом на кладбище. Моя бабушка не знала Европейских конвенций, но чувствовала спинным мозгом , что главная ценность на этом свете –это человек, любой человек. Этим и интересна эта страна, что «мы имеем несметной многоцветности цветник». И у меня так засело, что одним из главных дел пасхальной мистерии является возвышении над собственной личностью, и замечать других людей. Для них мучения, и для них же возвышение. Самое малое, как я сказал, хотя бы замечать. Котию и Анико, и ещё многих, многих других. Патетическая история, но патетика тоже человеческое дело. А иногда более полезное.
Вот на второй день положение кардинально меняется. Если в другие дни покойников несут на кладбище, в день поминания усопших с кладбища несут пьяных «покойников». Это уже не традиция, это смещение, и в скором времени требует исправления и учёта. В противном случае потеряем смысл той мистерии и многое другое, то что считаем нашим и является нашим.