14 декабря - годовщина смерти Андрея Дмитриевича Сахарова, он умер 22 года назад.
Много раз пыталась написать о своей встрече с Андреем Дмитриевичем, но всё время откладывала: почему-то эти воспоминания даются тяжело. На мою жизнь он оказал такое же влияние, как и на всю нашу советскую интеллигенцию, и в моём отношении к Сахарову, как в зеркале, отражается  вся искренность, честность, и вместе с тем инфантильность и глупость большей части интеллигенции той поры.
 В 1989 году с 25 мая по 9 июня проходил Первый съезд народных депутатов. Вся страна внимательно следила за этим событием, но большая часть граждан не могла неотрывно сидеть перед телевизором (хотя даже во многих магазинах и учреждениях были организованы  трансляции со съезда), и судила о происходящем  только со слов окружающих. Когда в последний день работы съезда Сахарова "захлопали", возмущенные мнения  знакомых достигли и моих ушей. Приехав домой с работы вечером, буквально ворвавшись в квартиру, я атаковала мужа разгневанными восклицаниями:"Ты слышал, слышал, что произошло?! Эти гады "захлопали" Андрея Дмитриевича! Что делать?" Муж мой, такой же эмоциональный "демократ" той поры, под стать мне, заявил решительно: "Идём на Пушкинскую площадь." В то время возникла традиция в Москве: возмущенная интеллигенция  на все события в стране реагировала митингами на Пушкинской. Приехав на площадь, мы, как и ожидали, застали  там стихийный митинг из таких  же граждан, желающих "защитить Сахарова". Протиснувшись к человеку с мегафоном, я напористо стала доказывать, что митинг - это всё ерунда: собрались, поорали и разошлись, а намного важнее собрать подписи в защиту академика . Откуда-то взялся большой лист ватмана, и мы стали агитировать собравшихся расписаться. Лист быстро заполнился, и тогда один из активистов предложил нам отвести этот "документ народной поддержки"  самому Андрею Дмитриевичу к нему домой. Мы с мужем радостно согласились, свернули "подписи" в рулон и потрусили на троллейбус. И тут вдруг (о ужас!) нами был замечен "агент КГБ"- молодой парень неприметной наружности с отстранённым выражением лица. :-)  Он увязался за нами и не отставал, хотя делал вид, что  "сам по себе". Уже было темно, и при свете фонарей мы стали нарочито громко обсуждать  наш предполагаемый маршрут. "Агент", подслушав  разговор, пошёл вперёд и спустился  в подземный переход, а мы рванули через  улицу Горького на троллейбус и были таковы. Через заднее окно троллейбуса нам потом было видно выскочившего из перехода "шпика", растерянно озиравшегося по сторонам, и мы хохотали, довольные своей проницательностью и находчивостью. Сахаров с Боннэр жили недалеко от нас, на Садовом кольце в районе Курского вокзала (тогда  ул. Чкалова). Мы заявились уже  к полуночи, позвонили и объяснили по домофону,  что  привезли с митинга подписи в поддержку. Нас впустили, никто ещё не спал. Андрей Дмитриевич встретил очень доброжелательно и смущённо, Боннер же сначала держалась настороженно, но после наших рассказав о митинге - смягчилась. В руке у меня был журнал "Юность", Елена  поинтересовалась, что сейчас читает молодёжь, и мы даже обсудили какие-то публикации. Встреча прошла тепло, но несколько сумбурно: Сахаров был уставшим, и больше говорили мы, выражая ему свои восторги и восхищение, а от предложенного чая пришлось тактично отказаться. На прощание муж поцеловал руку Боннэр, а я крепко обнималась и целовалась с Андреем Дмитриевичем. Домой  возвращались в ночи пешком, держась за руки, как дети, и постоянно озираясь по сторонам: не следят ли за нами. :-)  Как были возбуждены и счастливы своей причастностью к борьбе за "новое общество", за счастье и свободу. Знали бы мы, какое "светлое" будущее  ожидает наш народ : через два года будет разрушена страна, появятся миллиардеры, разграбившие её богатства, созданные нашими предками, а рядовые граждане потеряют все свои сбережения, которые копили в течение всей жизни.  В Чечне начнётся война, будут гибнуть люди и в бывших советских республиках , а общество  станет жить по  криминальным правилам.  И многое многое другое.  А Андрею Дмитриевичу тогда осталось прожить всего полгода...
Я очень долго гордилась своим "диссидентским" прошлым и этой своей встречей с академиком. На рассказах о своих "подвигах" я воспитала сына. Прошли годы, и как-то сын подзывает меня к компьютеру и говорит, ухмыляясь: "Хочешь посмотреть выступление Сахарова на съезде, когда вы с папой митинг в поддержку ему устраивали?"  И вот я смотрю и слушаю выступление своего кумира: на трибуне старый, больной, интеллектуально сниженный пожилой человек. Он говорит о том, что наши военные  совершили  преступление против человечества в Афганистане, уничтожая эту страну, добивали там своих раненых. Требует отозвать нашего посла из Китая  (в угоду США),  делает какие-то расплывчатые демагогические заявления о независимости республик и об устройстве страны. Жалкие и несостоятельные выступления. Почему тогда мы не видели этого? Всё воспринималось по-другому, как под наркотическим дурманом "свободы и демократии".
Каким, всё-таки, запомнился мне Сахаров после той встречи?  Милым, симпатичным, мягким, смущённым, каким-то беспомощным пожилым человеком.
Уважаю ли я его теперь, как политического деятеля ? Нет, только жалею.

Отрывок из выступления, где академик требует отозвать посла из Китая.

http://youtu.be/6QClQTTn1VQ

  http://youtu.be/26pJ4rU5cfE - Об Афганистане
 Что помнит и знает о Сахарове наша молодёжь.http://youtu.be/rXaBjjyZ5KU(митинг на проспекте Сахарова в Москве).

http://video.mail.ru/mail/contradiction-68-09/9898/10098.html?
А это как раз та речь, из-за которой митинг был. Вечером того же дня я Андрея Дмитриевича и целовала.