Потерянный горизонт. 

... В его натуре была одна характерная черта, которую мало знавшие его люди могли назвать ленностью. Но к элементарной человеческой лени это качество отношения не имело.

Никто бы не мог работать больше него, если данная работа требовала срочности. Дело в ином, сам он не любил показывать деловую активность, а тем более повышенную ответственность. И то и другое входило в круг его деятельности, однако он умел пользоваться этими качествами в меру, не более, чем нужно в данный момент. И всегда готов уступить своё место другому, который действовал бы также хорошо, как он, а может быть и лучше. Поэтому и амбиций особых у него тоже не было, он не стремился обходить по службе других. Во всяком случае, не делал озабоченного лица, когда и на самом деле нечего было делать. Его сообщения всегда были лаконичны и конкретны. Восхищало и его спокойствие в различных опасных ситуациях. Одним словом, его внешнее спокойствие, если разобраться глубоко и серьёзно, было, действительно, органическим спокойствием, а некоторая созерцательность - истинной тягой к размышлению и одиночеству. Такой уж он был. И не хотел казаться иным...

... В некоторых ситуациях он как бы раздваивался: сохраняя постоянную готовность к быстрому действию, он одновременно словно отдавался созерцанию. Вот и в данный момент, поджидая, когда незнакомцы подойдут поближе, он постарался погасить всякое волнение и полностью отказаться от каких-либо решительных шагов. И это не было ни особой храбростью, ни холодным расчётом. Он знал, что если появится необходимость, то и решение придёт само по себе. А может быть, в данный момент, - так, во всяком случае, показалось со стороны, - его одолело обычное любопытство. 

... Вновь появились голод и жажда. Приходилось дышать осознанно и осторожно, что вначале причиняло беспокойство, а затем, когда легкие привыкли, он вдруг почувствовал, что на него снизошло странное успокоение. Тело двигалось в едином ритме дыхания, ходьбы и мышления. И он теперь полностью Переключился на созерцание. Он даже мог с легкой шутливостью обратиться к другим со словами одобрения.

Джеймс Хилтон