Сначала она высыпала свой бисерный смех в круглую жестяную баночку из-под кинопленки и выслала почтой DHL на деревню дедушке.
Потом сгребла в охапку душистые разноцветные сны и подарила одному хорошему человеку прямо на улице.

Затем пошла на вокзал, сняла ячейку в камере хранения и оставила в ней до лучших времен свое желание в хрустящем пакете, перевязанном ленточкой.
Настроения, которых был полон шкаф, сложила в сундук, аккуратно пересыпав нафталином, и оставила себе только одно, самое серое, дорожное.

Настал черед привычек: каждая из них была помещена в стеклянный флакон с притертой пробкой, флаконы выставлены в кофр,
изнутри обитый бархатом, а кофр забыт в парикмахерской.

Она съела свою улыбку за завтраком, посыпав корицей, между ложкой творога и сдобной булочкой.

Она выложила на кухне весь свой талант, нарезала его кружочками, собрала в кучу и выкинула в мусорное ведро.

Она достала из холодильника кубик льда, вдохнуло в него всю свою нежность и бросила в микроволновку.

Она села за компьютер, заархивировала свой задорный смех и отправила кому-то по почте.
После чего выключила компьютер и в потухшем экране оставила свою тихую улыбку.

Грусть и радость она отправила по разным случайным номерам, повесила трубку и отключила телефон.

Нерожденные поцелуи раскрошила из окна голубям.

Сохранила голос на Диск А и выбросила черный пластиковый квадрат со скошенным уголком, не церемонясь, в мусоропровод.

Свое легкое яблочное дыхание выпустила в воздушный шар и долго-долго смотрела, как он тает в вечернем небе.

В конце концов она достала из машинки постиранную надежду, прогладила её и скинула вниз с балкона.

Потом присела на дорожку, молча, сонно, равнодушно. Закрыла глаза, вспыхнула белым и исчезла.

Если у вас дома есть женщина, посмотрите, может, она не вся...