Это рассказ про один питерский дом на углу улиц Пестеля  и Моховой  (Пестеля 10).
Сегодня мы отмечаем годовщину освобождения Ленинграда от блокады, а дом как раз связан с одной блокадной историей.

 Как бы ударом страшного тарана 
Здесь половина дома снесена,
И в облаках морозного тумана
Обугленная высится стена…
 ...И пусть я все забуду остальное
- Мне не забыть, как, на ветру дрожа, 
Висит над бездной зеркало стенное 
На высоте шестого этажа… 

Раньше, когда  читала эти стихи, всегда думала: интересно, где же находится этот дом, существует ли он сейчас? 

 И вот история этого дома.
Дом построен на рубеже XIX - XX веков Михаилом Евментьевым для своего отца, купца 1-й гильдии Александра Евментьева. Это был  пятиэтажный дом с полукруглым угловым эркером, увенчанным башенкой с небольшим куполом.
[604x553]

Еще два  эркера выделялись на фасаде со стороны Моховой ул.
Дом был рассчитан на квартиры  по 10-12 комнат и был оборудован по последнему слову техники.
 Дом удивляет слегка  нелогичным овальным окном на углу.  История его появления весьма интересна и связана с ленинградской блокадой.

   Дом  был разрушен  буквально сразу после начала блокады Ленинграда - бомба прошила его сверху донизу.
[610x516]
   Значительная часть стены, выходящей на улицу Пестеля,  рухнула, а угловой эркер невероятным образом устоял и возвышался над грудой обломков, словно превратившись в неприступную для врага башню.

  Уцелевшее стенное зеркало на верхнем этаже качалось, как  будто хотело отразить в себе всё происходящее…

В 1942 году поэт Вадим Шефнер написал о доме № 10 по улице Пестеля в стихотворении
«Зеркало»:
Как бы ударом страшного тарана
Здесь половина дома снесена,
И в облаках морозного тумана
Обугленная высится стена.

Еще обои порванные помнят
О прежней жизни, мирной и простой,
Но двери всех обрушившихся комнат,
Раскрытые, висят над пустотой.

 И пусть я все забуду остальное -
Мне не забыть, как, на ветру дрожа,
Висит над бездной зеркало стенное
На высоте шестого этажа.

Оно каким-то чудом не разбилось.
Убиты люди, стены сметены,-
Оно висит, судьбы слепая милость,
Над пропастью печали и войны.

 Свидетель довоенного уюта,
На сыростью изъеденной стене
Тепло дыханья и улыбку чью-то
Оно хранит в стеклянной глубине.
  [548x381]
Куда ж она, неведомая, делась
Иль по дорогам странствует каким,
Та девушка, что в глубь его гляделась
И косы заплетала перед ним?..

Быть может, это зеркало видало
Ее последний миг, когда ее
Хаос обломков камня и металла,
Обрушась вниз, швырнул в небытие.
 
Теперь в него и день и ночь глядится
Лицо ожесточенное войны.
В нем орудийных выстрелов зарницы
И зарева тревожные видны.

Его теперь ночная душит сырость,
Слепят пожары дымом и огнем,
Но все пройдет. И, что бы ни случилось,-
Враг никогда не отразится в нем!"
                       
1942, Ленинград
 ...................
На развалинах разрушенного дома  на углу Пестеля и Моховой писательница Елена Катерли беседует с мальчиком, чудом уцелевшим во время бомбежки. 
[620x474]
.
[620x465]
... В начале 1950-х годов угловая часть дома была восстановлена  в прежнем объёме, но в более крупных и лаконичных формах. При восстановлении дома эркер делать не стали.
Наоборот, угол скосили, а на самом его верху разместили овальное окно, которое напоминает старинное стенное зеркало, висевшее над руинами дома в блокаду, отражая ежедневный подвиг ленинградцев...
Дом и зеркало, в котором никогда не отразился враг  стали городской легендой…

  Еще из истории дома 
В 1900-х годах в доме жил  генерал Н. И. Гродеков, командовавший русскими войсками на Дальнем Востоке после русско-японской войны, генерал-губернатор Приамурской области.
[250x381]
Это он привёз из Китая в Петербург в 1907 году две статуи Ши цза - мифологических существ, полульвов-полулягушек, установленных на Петровской набережной.
[450x600]
А похоронен Н. И. Гродеков на Смоленском кладбище.
............
Ну, а мы празднуем годовщину  освобождения от блокады!!

Рыдают люди, и поют, И лиц заплаканных не прячут.
Сегодня в городе салют! Сегодня Ленинградцы плачут…
Юрий Воронов.

.................