Автор nemoes,


В Новом Орлеане я больше всего хотел посмотреть на тюрьму «Дом восходящего солнца». Песня про нее стала хитом в 60-е во всем мире, а в 70-х ее знали даже и в СССР. У нас ее, правда, пели на русском, и все варианты исключительно про несчастную любовь. Но в действительности про любовь в ней совсем ничего, это баллада о парне, который просит матерей учить своих детей не следовать его примеру, дабы не провести всю свою жизнь в тюрьме.

Но, как потом выяснилось, песня оказалась народной и вариантов у нее тоже предостаточно. И такой тюрьмы в Новом Орлеане нет, это легенда. Не Алькатрас, одним словом.

Наш отель располагался очень близко к центру города и стоил подозрительно недорого. И там нас ждал первый неприятный сюрприз: заселение с 16.00! В США позднее заселение, обычно в час или два дня. Но не в четыре же! Барышня за стойкой пожала плечами: ну оставьте вещи и погуляйте пока. Осталось-то всего три часа!

Ну погуляли, особо здесь смотреть не на что. Весь район выглядел как-то неухоженно и депрессивно: асфальт в дырах как в российской глубинке, деревянные здания в один-два этажа, пара из которых явно заброшены. И это самый большой город штата?!



Недалеко от отеля проходил мост скоростной дороги, а под ним располагалось логово бомжей с палатками и парой мангалов.

Прямо на асфальте сидела одна из резидентов этого логова и просила милостыню. Для пущей убедительности рядом с собой она посадила маленькую трогательную собачку. Яна не поленилась и сбегала в отель за собачьим кормом. Мы купили этот пакет еще в Никарагуа, где было много бездомных и очень худых собак. Но они все сразу же пропали, как только мы купили им еды. После этого мы посетили еще несколько стран, но угостить никого так и не получилось. И вот наконец-то!

Черная тетенька поблагодарила, но посмотрела на нас весьма выразительно: мол, вы, ребята, лучше деньгами в следующий раз. А что на них купить я уж сама решу.

После заселения мы переоделись и пошли во Французский квартал, благо он находился совсем недалеко.

Если про Нью-Йорк говорят, что это город, который никогда не спит, то Новый Орлеан называют Беззаботным городом (City that Care Forgot). И больше всего это чувствуется во Французском квартале. Это место постоянной веселой тусовки.

Повсюду музыканты, мимы, художники. Черный дяденька стоит с рекламой пива «Большая жопа». К пиву предлагаются еще и одноименные бургеры. В магазине продаются передники с надписями «Не вынуждай меня травить твою еду» и «Буду готовить ради секса». Везде в большом количестве куклы вуду и объявления о джазовых похоронах.





Потом мы наткнулись на парня, который выглядел необычно даже для Французского квартала: здоровенный мужик в парике и дамской шляпке, мини-юбке, ажурных чулках и в туфлях на платформе, шел, небрежно отхлебывая пиво из пластикового стакана.

«Не фотографируй его, — взмолилась Яна, — он же нас убьет!»

Но я не мог пропустить такой кадр и сделал снимок. А он, услышав щелчок камеры, обернулся и, не выпуская пиво из рук, с ревом бросился в мою сторону.

Просто незабываемые ощущения: на тебя летит разъяренный слон, а тебе ни убежать, ни спрятаться!

Впрочем, все обошлось: в несколько прыжков очутившись около меня, он вальяжно возмутился:

— Ну вот как ты фотографируешь? Что ты там разглядишь?!
Потом встал в живописную позу и скомандовал:
— Вот теперь давай!
После нескольких снимков лениво спросил:
— А ты с кем?

Я кивнул на Яну, он тут же стал позировать вместе с ней с прежним невозмутимым выражением лица.

— Ну вот, — удовлетворенно сказал он, — вот это я понимаю фото на память. А теперь, — он показал на пузатую банку, висевшую у него на груди, — только если посчитаешь нужным.

В банке торчал кусок картона с надписью от руки «Big Sexy. Tips for Pigs» (Большой секси. На чаюшку для свинюшки). Ну что сказать: этот парень честно заработал свои чаевые!

Здания тут стояли такие же как около нашего отеля: одно — двух — трехэтажные деревянные постройки, асфальт весь в трещинах. Здесь не чувствовалось привычного американского лоска, столь свойственного большим городам. Было ощущение, что это какая-то большая деревня, где все свои.

Потом мы заглянули в художественную мастерскую, там на стенах висело множество картин. Картины большие и яркие, рядом с каждой цена. В среднем две — три тысячи долларов. И там же я увидел несколько православных икон.

— Здравствуйте, — сказал я по-русски.
— Здравствуйте, — не удивившись, так же по-русски ответила художница.

Короче, надоело ей все, нужно уезжать в Россию. А зачем? Так здесь уже много не заработаешь, все деньги сейчас там у вас, в России крутятся.

Это кто ж вам такое сказал?

А у меня брат в Новороссийске, он там какой-то депутат. Так говорит, что с деньгами полный порядок! А здесь знаете какая преступность? Я всегда пистолет в сумочке ношу. Мне инструктор сказал купить, чтоб калибр побольше. А то если только ранишь, и он инвалидом останется, так могут присудить его потом до смерти содержать.

Я не стал отговаривать, талантливые художники везде нужны. А сумеет ли она там продавать свои картины по такой же цене — вопрос не ко мне.

Возвращались мы когда уже стемнело, и для этого нам предстояло пройти мимо логова бомжей. Но никакой засады под мостом не было, они мирно спали, набираясь сил для следующего нетрудового дня.

https://author.today/u/nemoes