Автор Игорь Маранин brombenzol,


Глава 11. Непристойное предложение



Мальчишка бодро трусил по тротуару с тяжёлой сумкой через плечо и размахивал свежей газетой.
– Новая победа нашего флота! – время от времени выкрикивал он. – Блестящий успех славных мореходов!
Маур с интересом обернулся, но Мусса только усмехнулась.
– Врёт, – сказала она. – Хочет побыстрее от газет избавиться и в порт сбежать.

С момента заселения авиатора в лабораторию прошло несколько дней. Матушка щедро напоила их теплом и светом, но затем вновь задождило. Это были совсем другие дожди, они не моросили целыми днями, а налетали на город по-разбойничьи, нахрапом. Они, словно контрабандисты Циклона, приплывали на чёрных воздушных кораблях, брали город на абордаж и уплывали дальше. После одного из таких ливней в лабораторию Муссы прибыл Беренгар дель Бриз в сопровождении двух охранников. Мужчины были в высоких сапогах и плащах с капюшонами. Надев наручники на циклонца, они увели его с собой.
– Что с ним будет? – поинтересовалась Мусса, глядя на поникшую спину Мирея де Циклона. Избавив от чужого влияния, она словно стержень из этого человека вытащила.
Беренгар пожал плечами.
– Это не я решаю, – ответил он. – Давайте подытожим: вы полагаете, что южане проводили над пленниками ментальные эксперименты с целью создания слаженной боевой группы, находящейся под их полным контролем.
Фонбора поморщилась от казённых оборотов и кивнула.
– В ближнем бою, – Беренгар готовил доклад начальству и соответственно выстраивал фразы, – группа показала свою эффективность, но для контроля на расстоянии оказалась непригодна. Вдали от центра воздействия пленники начинают испытывать сильный дискомфорт, доходящий до исступления и психологических расстройств. Так?
– Для такого вывода одного человека мало, – не согласилась Мусса.
– Запишем как гипотезу: “вероятно, испытывают”. Вы так и не выяснили судьбу братьев?
– К сожалению, нет.
Беренгар кивнул, деловито попрощался и выразил надежду на дальнейшее сотрудничество.
Следующую неделю Мусса почти не бывала на работе, скинув дела на пристыженного, но прощённого Амбруса. Когда после злосчастного происшествия он явился увольняться, Мусса устроила получасовой разнос, но выгонять подчинённого не стала. Она была практичной женщиной и не собиралась разбрасываться умелыми сотрудниками.
Пасмурным и ветреным утром десятого дня Маур пил в палате травяной чай, подсчитывая в уме, сколько осталось ждать, если корабль за ним вышел сразу после получения телеграммы. В дверь вежливо постучали, и в палату с чертёжной тубой и зонтиком вошла Мусса.
– Не сопроводите меня в город? – попросила она. – Мне нужен опытный спутник.

– Сопровожу, – авиатор был рад выбраться за пределы лаборатории: сидение без дела изрядно ему надоело.
– Даже не спросите, куда и зачем?
– Вряд ли я буду полезен в посудной лавке. Почему вы запретили мне покидать территорию университета?
Мусса бросила на него странный взгляд. Впервые со времен Тора она чувствовала рядом того, кто мог бы её защитить. И чувствовала это не благодаря своему дару, а чисто по-женски.
– Вы сказали, что будете мстить, а я не хочу привлекать к лаборатории лишнего внимания.
– Вот оно что! Можете не волноваться, я не собираюсь бегать по городу с топором. Почему вы меня не изучаете?
– С чего вы это взяли? Я вас изучаю каждый раз, когда мы разговариваем. Например, сейчас.
Некоторое время они шли молча. Из-за деревьев выплыли главные ворота с гигантским цветным барельефом: Матушка с девятью золотыми лучами, белоснежный голубь и тёмно-синий океан неба. Разводить тяжёлые створки ради них двоих, разумеется, никто не стал. Молодой подтянутый охранник поприветствовал Муссу кивком и приоткрыл небольшую калитку. За высокими крепостными стенами открывался другой мир – большой портовый город с оживлёнными улицами, шумными площадями и жмущимися друг к другу зданиями.
– Новая победа нашего флота! – орал мальчишка-газетчик. – Блестящая победа славных мореходов!
Его крик натолкнул Маура на неожиданную догадку:
– Мы идём в оружейную лавку?
– С чего вы взяли? – удивилась Фонбора.
– Вы как будто готовитесь к чему-то серьёзному.
Мусса бросила на спутник быстрый взгляд и призналась:
– Я хочу организовать морскую экспедицию к Барьеру.
“Что за странная причуда?!” – воскликнул бы любой из университетских знакомых Фонборы. Маур дель Бриз остался невозмутим. Он лишь посмотрел с любопытством и легко перешёл “на ты”:
– Ты ведёшь меня на переговоры с капитаном?
Мусса хотела ответить пространно, с подробностями – как и собиралась сделать это по пути в порт, но сказала только одно слово:
– Да.
– Тогда никаких фокусов! Никакого гипноза, никакого воздействия на мозги. Мореходы крепко не любят, когда их используют в тёмную.
– Хорошо, – согласилась его спутница.
Спускаясь всё ниже и ниже, они вскоре покинули цивильную часть города и оказались в рабочем предместье порта с его грязными, пропахшими креозотом улочками, полными рытвин и ям. Мимо сновали неряшливо одетые женщины с безразмерными кулями за спиной – и не разберёшь сразу: то ли прачки с бельём, то ли скупщицы тряпья. Мужчины были конкретнее – докеры, механики, матросы, рыбаки, мелкие перекупщики или просто портовая рвань и пьянь. У входа в бар, где была назначена встреча с капитаном, Маур притормозил. Его внимание привлекла покрытая патиной вывеска с названием заведения. “Двойной анхель”, – прочитал дель Бриз и невесело усмехнулся. Вывеска заканчивалась символическим изображением костей с шестью якорями на гранях. За баром приглядывала малолетняя шпана: играла на мелочь в трясучку, курила дешёвый табак и докладывала вышибалам в зале о любопытных чужих. Случайных прохожих шпана гоняла сама.
– Нас ожидают, – сказала Фонбора, когда навстречу им поднялась пара парней. Старший из них – худой, прыщавый и конопатый – срисовал взглядом пришедших, задержав его на полуоткрытой груди Муссы, и вытолкнул через щербатину во рту единственное слово:
– Проходи.
Внутри оказалось неожиданно светло – высокие окна от пола до потолка давали доступ дню в самые укромные уголки. Вечером, когда на улице зажигались фонари, из этих окон была видна площадка для поединков без правил. Большие компании сидели за столами и, попивая спиртное, азартно делали ставки. Отдельных посетителей здесь не жаловали: грубо сколоченные столы, пропитанные морилкой и потемневшие от времени, были рассчитаны сразу на дюжину человек. За одним из них сейчас сидел грузный мужчина лет пятидесяти с длинными волосами до плеч. С одной стороны волосы были скручены тонкой морской косичкой с вплетённым квадратиком тёмно-синей материи ‒ знаком принадлежности клану. Эта мода появилась несколько лет назад у рыбаков Пассата и стремительно распространилась среди мореходов всех кланов. Капитан был одет в “нортерский костюм”: высокие сапоги с кожаными ремешками, брюки-клёш и серую куртку с вырезом на груди; в круглом вырезе виднелась тёплая клетчатая рубаха без воротника. Властолюбив, жаден, мстителен, хитер ‒ все эти качества Мусса увидела ещё в первую короткую встречу. Оттого и боялась идти на новое свидание одна, но с другой стороны, думала она, каким ещё может быть капитан, согласившийся обсуждать экспедицию к Барьеру?
Поздоровались без слов, кивками.
‒ Стяжала лоцию? ‒ спросил капитан.
Мусса вынула из тубуса большой лист и развернула его на столе. Увидев подробный чертёж, мореход поцокал от восторга языком. Лоция оказалась великолепна: когда-то её перерисовал для Фонборы хранитель университетской библиотеки с полного собрания морских карт. Вообще-то это было запрещено, но старик Аполинар благоволил юной островитянке.
‒ Поплывем в воды южнее вот этого острова, ‒ показала точку на карте Мусса. ‒ Здесь он обозначен как Белый.
Удивление, отразившееся на лице Маура, было настолько явным, что будь Мусса повнимательнее, она обязательно бы поинтересовалась его причиной. Но Фонбора смотрела на лоцию.
‒ В сотне миль от него, возможно, лежит ещё один остров. Я хотела бы обследовать тот район и установить это точно.
‒ В двух вёслах от Барьера? ‒ хмыкнул капитан. ‒ Там море горбатое, опасные места! Говорят, рыбоухих видели уже и по нашу сторону, а у одного из проходов они корабль Пассата недавно потопили. Идти туда во время войны ‒ безумие.
‒ Но вы согласились встретиться! ‒ разочарованно воскликнула Фонбора. Она не ожидала столь быстрого фиаско.
‒ Всему на свете есть цена, госпожа из университета, ‒ ухмыльнулся капитан. ‒ Даже безумию. Верно, парни?
Сидевшие за соседним столом мореходы отсалютовали кружками.
‒ И какова ваша цена?
‒ Триста пятьдесят.
‒ Сколько? ‒ Муссе показалось, что она ослышалась.
‒ Триста пятьдесят маринов! Уголь и провизия ваши.
Мусса растерялась. Инсе донна Сирокко обещала дать ей сто маринов и оплатить уголь. Ещё пятьдесят могла набрать сама Фонбора.
‒ У меня нет таких денег, ‒ призналась Фонбора.
Она оглянулась на Маура, её спутник сидел с невозмутимым видом.
‒ У меня нет таких денег, ‒ повторила она специально для него. ‒ Даже если я продам дом и себя впридачу.
В наступившей тишине было слышно жужжание назойливой мухи, летавшей над столешницей. Насекомое привлекла засохшая капля пива, и оно приземлилось прямо в её центр. Капитан скосил взгляд на муху и резким шлепком прихлопнул её к столу. Равнодушно стряхнул с ладони на пол и поднял взгляд на Фонбору.
‒ Всегда есть варианты, уважаемая. Могу ли я быть откровенным при вашем спутнике?
‒ Можете, ‒ Мусса почувствовала, что сейчас последует совершенно неприемлемое предложение.
‒ Я ‒ человек прямой, вымачивать якоря не люблю. Там, за толстыми стенами университета, вы ‒ крупная шишка, не так ли? Своя лаборатория, членство в университетском Совете, вас просит об экспертизе начальник тюрьмы…
Он сделал паузу.
‒ Продолжайте, ‒ хмуро проговорила Мусса.
‒ Иногда в тюрьму попадают невинные люди. Я думаю, они оплатили бы часть вашей экспедиции.
‒ Благодарю за предложение, ‒ Фонбора поднялась из-за стола. ‒ Для меня это слишком высокая цена, я поищу другой корабль.
‒ Никто больше не согласится.
‒ Почему вы так уверены?
За капитана ответил Маур.
‒ Он здесь контроладор.
‒ Кто? ‒ не поняла его спутница.
‒ Смотрящий за портом. Ни один местный капитан не будет иметь с нами дело, если он запретит. Иначе на корабле вскроют крышки водяных фильтров на трубопроводе позади кингстонного ящика ‒ и привет. Или другую пакость придумают.
Маур повернулся к капитану:
‒ Слышал я о тебе, Большой Мак. Что ж, твой порт ‒ твои правила, но над судами других кланов твоей власти нет. И к этой женщине тебе лучше не лезть, выручай своих людей без её помощи.
‒ Ты обо мне слышал? ‒ хмыкнул толстяк. ‒ А я о тебе нет. Парни, вышвырните его из заведения. Не терплю, когда в чужие дела лезут.
Мореходы дружно ударили кружками о стол и с грохотом отодвинули скамью: парни явно не прочь были размять кулаки. Здоровяки оказались выше и крепче Маура, рукава их грубых рубах были обрезаны по локоть, а руки украшены татуировками. Мусса собралась атаковать их, но ладонь Маура накрыла её руку. Он продолжал сидеть, как ни в чём не бывало.
‒ Думаю, ты всё-таки обо мне слышал, ‒ не повышая голоса, сообщил авиатор. ‒ Я побратим Кармело де Циклона.
Поднявшиеся парни остановились, ожидая решения капитана.
‒ Ты не похож на циклонца, ‒ хмуро произнёс тот.
‒ Дней через пять Кармело будет здесь и сам подтвердит. Ну что, дым в трубу, дрова ‒ в исходное?
Пауза висела долго, но в конце концов Большой Мак отвёл взгляд.



https://author.today/work/294123
Глава 1. Мусса не хочет идти в тюрьму
Глава 2. Пять дней тому назадГлава 5. Агент Тайной канцелярии
Глава 3. Пациент приходит в себя
Глава 4. Вторая тюрьма Южного порта
Глава 5. Агент Тайной канцелярии
Глава 6. Шифр Химоты
Глава 7. Вести из-за Барьера
Глава 8. Человек, которого не видно
Глава 9. Одной тайной становится меньше
Глава 10. Приворотное зелье

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ