Пускай простят меня Некрасов с Достоевским,
Пускай простят меня и Гоголь, и Куприн,
Пусть Маяковский бросит словом резким,
Пусть скажет «Дура!» Салтыков-Щедрин.

И вы простите, милые эксперты,
Пусть милосердие в сердца придет с небес.
Как жаль, чтобы создать бумагу, в жертву
Был принесен зелёный шумный лес!

Раскрыть я не сумею ваши темы,
Хотите проверяйте или нет,
Здесь вижу трудноразрешимую проблему
(Хоть Маяковский мой любимейший поэт).

Акакий мёрзнет под стрелою ветра,
В его лицо бьёт, обезумев, жгучий снег…
Мой рост — лишь полтора несчастных метра,
Я тоже «маленький», пожалуй, человек.


А Маяковский же, творя свою сатиру,
Про Салтыкова-Щедрина совсем забыл.
Его мотивы не явил он миру,
Свои мотивы миру он явил.

Некрасов понял, как народ страдает,
Как плачет женщина по малому дитя.
А Соня — всю свою семью спасает,
Во благо их и жизни не щадя.

Жесток был Достоевский к грустной Соне,
Убил ее пропащего отца.
Безумными колёсами погони,
Явилась смерть, не скрывшая лица.

Не думайте, прошу, что я тупая,
Я знаю всех писателей с доски,
Их творчество и их героев знаю,
Но темы ваши жёстче, чем тиски.


Судьбы канва растянута на пяльце,
Но я бессильна в бездне чуждых душ.
Я не хочу высасывать из пальца
На три страницы глупости и чушь.

Надеюсь, вы хотя бы прочитали,
А если улыбнулись – свет рекой!
Спасибо, что листочки вы раздали.
Простите за поступок глупый мой.

Отсюда выйду я одной из первых,
Но прежде, чем миную сталь ворот,
Желаю вам я бесконечных нервов,
Понятных букв в листах других работ.

P.S. За работу поставили «отлично».