Суперзвездой женского шпионажа считается Мата Хари, расстрелянная 95 лет назад- 15 октября 1917 года. Большинство историков, однако, уверено, что масштаб ее секретной деятельности сильно преувеличен. А в реальности были дамы и покруче.

- Создан миф, - говорит писатель Геннадий СОКОЛОВ, много лет занимающийся историей мировых разведок. - Мата ничего из себя не представляла как шпионка, танцовщица, историческая фигура. Громкие имена политиков, якобы связанных с этой куртизанкой, тоже неизвестны. Ее дневники - явная подделка с упором на эротику. Однако миф о Хари затмил истинных героинь невидимого фронта. Первая в этом ряду - наша соотечественница Дарья Ливен. Имперский агент самого Александра I, не допустившая за 45 лет деятельности ни единого промаха. В искусстве женского шпионажа, включая постель, ее до сих пор никто не смог превзойти.

Даша родилась в 1785 году в семье рижского военного губернатора Бенкендорфа.

- Знакомая фамилия.

- Ну как же! Старший брат Александр - главный жандарм царской России. Потому советские историки и не вспоминали о сестре гонителя Пушкина. Мать Даши была близкой подругой и фрейлиной великой княгини Марии Федоровны, жены Павла I. Девочка воспитывалась при дворе. Вместе с будущими императорами Александром и Николаем. Едва ей исполнилось 14, Мария Федоровна выдала свою фрейлину замуж за генерал-адъютанта Христофора Ливена, любимца Павла. Он был начальником Военно-походной канцелярии, докладчиком по военным делам при императоре. Фактически исполнял обязанности военного министра, но пост такой в России введут позже. Графу Ливену было 23. После убийства Павла I новый император Александр I направил графа на дипломатическую работу. Первая миссия была в Берлин, где Дарья Христофоровна получила азы дипломатической работы. 

 

В октябре 1812-го, в разгар войны с Наполеоном, граф Ливен отправился послом в Лондон. «Надеюсь, ваша супруга будет вам надежной помощницей, » - пророчески заявил царь.

На самом же деле, вспоминал приятель Пушкина, известный мемуарист-дипломат Филипп Вигель, это Дарья Христофоровна «при муже исполняла роль посла и советника, сочиняла депеши». Поскольку была умнее, энергичнее и способнее супруга. 

В Лондоне графиня открыла светский салон. Там постоянно бывали политики, дипломаты. Непринужденные беседы в кругу «сливок английского общества» стали для Дарьи Христофоровны источником ценных сведений. Она вела переписку с Александром I. Царь с нетерпением ждал ее донесений.

В 1815 году он создал «Священный союз» с Австрией и Пруссией. В надежде, что после разгрома Наполеона Россия будет играть главную роль в Европе. Но австрийский канцлер Клеменс фон Меттерних, «кучер Европы», повел свою игру. Наши пытались его подкупить, назначили даже большую секретную «пенсию». Хитрый канцлер деньги брал, но был себе на уме. И тогда Дарья Ливен получает задание войти в доверие к Меттерниху, соблазнить австрийского лидера, чтобы быть в курсе его планов. Их специально знакомит на Венском конгрессе российский министр иностранных дел граф Карл Нессельроде.

- Получилось?

- Их интимная близость длилась десяток лет. Правда, свидания были нечастыми. Вена далеко от Лондона! Пришлось Александру I дважды лично организовывать встречи влюбленных, приглашая Дарью Христофоровну на заседания «Священного союза», в которых участвовал Меттерних. Зато между канцлером и женой русского дипломата шла активная переписка. Секретная. Свои послания Дарья запечатывала аж в четыре конверта. Верхний - секретарю австрийского посольства в Лондоне. А дальше – по конспиративным адресам - милому другу. Адреса писала левой рукой!

- Так скрывала свою любовь?

- Меттерних сам влюбился как мальчишка. Почти не имея свободного времени, занятый по горло политическими делами, он не мог отказать себе в удовольствии интимных свиданий с Дашей. Под покровом темноты, меняя кареты, любовники раздельно направлялись в какую-нибудь загородную гостиницу, где князь и графиня могли быть вместе наедине.

Канцлер Австрии самонадеянно полагал, что любовница станет заодно его тайным агентом, добывающим политические тайны России и Англии. Тщетно! Всей этой конспирации была грош цена. Ведь секретная переписка шла под контролем Александра I. 

Дарья Христофоровна докладывала ему о двуличии австрийского канцлера, его тайных замыслах. Попытках договориться с Лондоном за спиной России. Узнав об этих намерениях от Дарьи Ливен, Александр I решил сделать резкий поворот во внешней политике страны и первым договориться с англичанами, установить с ними стратегическое партнерство, как принято теперь говорить.

Графиню Ливен вызвали в Петербург. На конфиденциальную беседу с императором. Разведчица должна порвать с Меттернихом и начать сближение с англичанами! Впрочем, с королем Англии к тому времени она уже успела наладить контакт. Георг IV даже стал крестным отцом ее сына Георгия. Поговаривали, что малыш очень похож на него. Возможно, не без причин. Недаром в королевской опочивальне висел портрет Дороти Ливен кисти знаменитого придворного живописца, президента Британской академии художеств Томаса Лоуренса. Но король, хоть и правил, парадом не командовал. Главным противником Меттерниха считался министр иностранных дел Англии Джордж Каннинг, очень перспективный политик. Его и решено было сделать союзником России. Любыми путями.

- На что намекаете?

- Дарья Христофоровна стала любовницей Джорджа Каннинга, будущего премьер-министра. Полученную от него информацию оперативно переправляла в Россию. И сама влияла на милого друга. В нужном направлении. Российском. Эти годы были характерны тем, что Россия и Англия из традиционных соперников неожиданно превратились в союзников, правда, ненадолго. В частности, Дарья Ливен убедила Каннинга поддержать Россию в освободительной войне греков против Турции. В итоге знаменитое Наваринское морское сражение военных флотов двух стран у берегов полуострова Пелопоннес принесло поражение турецкой армаде Мухаррем-бея, даровав свободу и независимость Греции. Но роман с Джорджем Каннингом продлился недолго. Британский премьер скоропостижно скончался в 1828 году.

После его смерти графиня Ливен стала княгиней, получила награды. И осталась «нерасшифрованным агентом» для хваленых знатоков шпионского ремесла с берегов Темзы. А покоренная ею лондонская аристократия в день прощания презентовала русской разведчице драгоценный браслет «в знак сожаления об ее отъезде и на память о многих годах, проведенных в Англии».

В России княгиня пробыла недолго. Потеряв на родине мужа, двух сыновей, Дарья Христофоровна уехала в Париж. Прибыв во Францию уже 50-летней дамой, но по-прежнему привлекательной, она купила старинный дом бывшего министра иностранных дел Франции Талейрана. Открыла в нем собственный салон, ставший очень знаменитым. Его завсегдатаями стали гениальный французский прозаик Оноре де Бальзак, поэт Теофиль Готье, драматург Альфред де Мюссе, выдающийся дипломат и писатель Франсуа-Рене Шатобриан. Салон даже называли «дозорной вышкой Европы». Активная светская жизнь не мешала княгине собирать ценную разведывательную информацию для России. А новым ее любовником стал премьер-министр Франции Франсуа Гизо. Роман длился долгие годы.

После французской революции 1948 года отношения России и Франции были хуже некуда (Гизо ушел в отставку). Приближались события Крымской войны. Париж готовил агрессию, собираясь выступить против нас в союзе с Англией и Турцией. Вынашивал планы вовлечения в войну с Россией Швеции и Испании.

Дарья Ливен своевременно сообщала об этих угрожавших безопасности России намерениях Николаю I. Однако этот царь, в отличие от Александра I, имел превратное представление о положении дел и никого не хотел слушать. Не первый и не последний случай такого рода в российской истории! Ну, а чиновники, дорожа своими постами и опасаясь недовольства царя, даже не пытались переубедить монарха. Даже граф Карл Нессельроде в своих докладах императору игнорировал информацию, полученную от Дарьи Ливен. В итоге Крымская война стала неожиданностью для царя и позорным поражением для России. В дневниках Дарьи Христофоровны я прочел немало ее горьких слов по этому поводу. Но княгиня Ливен не прекращала борьбы. Ценная развединформация, полученная ею о разногласиях между Англией и Францией, позволила российской делегации на Парижской мирной конференции 1857 года подписать выгодные для нас условия выхода из войны. Через несколько недель после конференции княгини Ливен не стало.

- Как Дарья Христофоровна смогла соблазнить таких китов мировой политики? Суперкрасавица была?

- В том-то и дело, что не была, в нашем современном понимании. Секс-бомбой с прекрасными формами типа Мэрилин Монро ее вряд ли можно было назвать. Некоторые современники вообще считали ее невзрачной, сухопарой. Даже карикатуры сохранились. Но у нее были чудесные глаза, походка, манеры. А главное, что подкупало политиков, ее ум, умение слушать, вести беседы.

Дарья Ливен была удивительной личностью, женщиной, интересной во всех отношениях. «Мужчины и женщины, тори и виги, важные персоны и светские денди, все стремились заполучить её для украшения и престижа своих салонов, все высоко ценили честь быть принятыми ею», - так писал о её лондонском салоне будущий французский премьер-любовник Франсуа Гизо. По мнению князя Петра Долгорукова, большого специалиста по русской генеалогии, Ливен «снабжена была от природы хитростью непомерной; сметливая, ловкая, вкрадчивая, искательная, никто лучше ее не умел влезть в чью-либо душу; в искусстве интриговать она не уступала самому Талейрану, который, зная ее, боялся и весьма ее „менажировал", употребляя одно из выражений петербургского придворного круга... Важные должности, с юношеских лет занимаемые ее мужем, доставили ей возможность всегда и везде постоянно окружать себя государственными деятелями, в обществе коих, в беседе с которыми она приобрела тот огромный навык общественный, то знание людей, какими отличалась на старости лет своих».

- Ум, говорите, интеллект? А как соотносится с этим секс-шпионаж? 

- Представьте себе то время. 1812 год! Россия подверглась страшному нашествию. Москва сгорела! Родину все тогда пошли защищать: и стар и млад, и аристократ и крепостной. Эта атмосфера патриотизма и побудила Дарью Христофоровну стать разведчицей. Чтобы знать всё о замыслах европейских держав и не допустить новой беды для России. Ливен в своей работе пошла на то, что многим и поныне кажется грязным и недопустимым. Секс-шпионаж историки вообще не жалуют, мол, недостойная разведка, неправильная. Чистоплюйство! Надо понимать и ценить подвиг тех, кто на это шел во имя родины, ради безопасности страны, как бы пафосно это ни звучало для некоторых. Для Дарьи Христофоровны, человека верующего, замужней женщины, матери, это действительно был подвиг. Судя по письмам, дневникам Ливен, которые я изучал в архивах Лондона и Парижа, благословил ее на этот подвиг сам император. Они же вместе росли.

Да, Дарья Ливен была любовницей, близким другом и конфидентом руководителей трех сверхдержав XIX века: Великобритании, Франции и Австрии. А также близкой подругой других наиболее заметных западноевропейских аристократов. Все они стали источником ценнейшей разведывательной информации для российских императоров и руководства страны. Такой результат работы одной женщины на службе Отечеству, согласитесь, достоин безусловного уважения, кто бы и как не относился к секс-шпионажу.

Ливен блестяще выполнила свою миссию. Осталась и по сей день непревзойденной разведчицей. Вот о ком надо фильмы снимать, мюзиклы ставить, романы писать! Однако в шеститомных «Очерках истории российской внешней разведки» Дарье Ливен, одной из самых выдающихся «теневых» фигур европейской политики Х1Х века, отведено шесть скромных страничек.

Жаль, что ее парижский и лондонский архивы до сих пор не переведены на русский язык, не изданы и даже толком не изучены нашими учеными, историками разведки. Ваш покорный слуга оказался чуть ли не единственным россиянином за последнее столетие, который прикоснулся к уникальному зарубежному архиву беспримерной российской разведчицы.

- И что вы там обнаружили?

- Дарья Христофоровна много лет дружила с будущей королевой Англии Викторией, была чуть ли не ее наставницей. И выяснила, что та не являлась дочерью герцога Эдуарда Августа Кентского, сына английского короля Георга III. Для не сведущих в тонкостях британского престолонаследия поясню историческое значение данного факта. Если Виктория не была дочерью герцога Кентского, значит, она заняла британский престол незаконно. Следовательно, старший сын королевы Виктории Эдвард VII, равно как и все последующие британские монархи, включая нынешнюю королеву Елизавету II, не имели законного права на королевский трон.

Дарья Ливен отправила подробное донесение в Россию. Наша имперская разведка получила бесценный козырь. Информация о незаконном престолонаследии королевы Виктории могла стать прекрасным инструментом политического давления и откровенного шантажа, скажем, в период Крымской войны, когда британские и французские войска вторглись в пределы нашего государства.