Казалось бы, странное сочетание — и во временнОм, и в географическом отношении. И, тем не менее, в считанных километрах от линии навязанного нам фронта можно почувствовать себя в Варшаве времен нацистской оккупации. И не только…
Дмитрий ХОТКЕВИЧ. Фото автора
Мемориал Яд ва-Шем и музей Диаспоры известны каждому жителю нашей страны. Музей, расположенный в прифронтовом киббуце Яд Мордехай, не так популярен, но заслуживает того, чтобы о нем узнали многие и многие.
Прежде всего напомню, что сам киббуц был создан в память о деятеле Движения Сопротивления, коменданте Еврейской боевой организации, официальном руководителе Восстания в Варшавском гетто Мордехае Анелевиче (1919-1943). Киббуц был основан между Ашкелоном и Газой спустя несколько месяцев после гибели Анелевича членами движения а-Шомер а-Цаир. Ныне это хозяйство славно не только как медовая столица Израиля, но и как место, привлекающее внимание туристов. В том числе благодаря музею памяти жертв нацизма и узников гетто, часть экспозиции которого посвящена и израильской тематике — обороне Негева.
В музее представлены несколько экспозиций, часть из которых посвящена рождению киббуца Яд Мордехай, его защите от египетской армии в 1948 году. Однако мне хотелось бы остановиться на той части музея, которая рассказывает о еврейском мире, который был и которого больше нет. О евреях, живших, работавших и творивших в довоенной Польше; о евреях, ютившихся в клетках Варшавского гетто; о евреях, прошедших ужасы Треблинки; о евреях, выживших и донесших до нас историю своего народа. Основатель музея Арье Шарон сам пережил ужасы гетто и донес до нас небольшую часть еврейской истории первой половины двадцатого века.
Пол небольшого коридора, ведущего к экспозиции, представляет собой мостовую, похожую на ту, по которой век назад катились телеги купцов и кареты зажиточных евреев, стучали башмаки детей и каблучки модниц
Вот кузнец, приютившийся со своей небольшой наковальней в углу двора; учитель, объясняющий ученикам свою науку; семья, пришедшая к фотографу, чтобы запечатлеть себя для потомков…
Гетто… Страшная страница в истории Варшавы. Каждому еврею была дана «метка», обозначавшая его «неполноценность» в глазах «высших рас».
Лестница, ведущая в следующую часть экспозиции, сделана Арие Шароном в виде одного из домов в гетто. Мы можем заглянуть в его окна и увидеть то, что творится внутри. Увидеть жизнь, ее печаль, ее таинство…
Стена памяти тех, кто сражался за свободу в гетто, воевал в лесах.
Зал, рассказывающий о нелегком быте, живших в гетто.
