Всё на свете связано — иной раз удивительным и причудливым образом. Стоит лишь слегка пошевелить, слегка копнуть, и…
«Записка».
Муз. Н. Бродского, сл. П. Германа.
Клавдию Ивановну Шульженко знают все. Автора же слов прослушанной вами песни, Павла Германа, мало кто теперь помнит. А если и помнит, то, скорее всего, по этим вот строчкам:
Мы рождены, чтоб сказку сделать былью,
Преодолеть пространство и простор.
Нам разум дал стальные руки-крылья,
А вместо сердца пламенный мотор.
Всё выше, и выше, и выше
Стремим мы полёт наших птиц,
И в каждом пропеллере дышит
Спокойствие наших границ.
Да. «Наш каждый нерв решимостью одет»… Павел Герман, один из самых, на мой взгляд, загадочных людей и самых «молчаливых» поэтов своего удивительного времени, написал не только текст авиамарша «Всё выше» на упругую мелодию Юлия Хайта. И «Только раз бывает в жизни встреча, // Только раз судьбою рвётся нить» — это ведь тоже Павел Герман. И слова «Записки», только что с удовольствием прослушанные нами — это тоже он, Павел Герман:
 [361x480] |
Я вчера нашла совсем случайно
У себя в шкафу, где Моцарт и Григ,
То, что много лет хранила тайно
В тёмных корешках пожелтевших книг…
Вашу записку в несколько строчек —
Те, что я прочла в тиши,
Ветку сирени,
Смятый платочек —
Мир моих надежд, моей души…
Наивный мир наивных лет,
Забытых дней забавный след —
Всё, что волновать могло меня
В семнадцать лет…
Ваша записка в несколько строчек…
Где Вы, мой далёкий друг, теперь?
Дни сменяют дни, и в этот вечер,
Если о былом честно говорить,
Мне сегодня вам ответить нечем —
Так зачем в душе и в шкафу хранить…
|
Да. «Ваша записка в несколько строчек… О, я давным-давно не та»…
Павел Герман у нас теперь почти позабыт. С известностью же Н. Бродского, написавшего мелодию «Записки», дело у нас обстоит, пожалуй, ещё хуже. В апреле 1976 года, на знаменитом юбилейном концерте Клавдии Ивановны Шульженко (к нему мы ещё вернёмся), ведущий сообщил миллионам телезрителей, что автора «Записки» зовут Игорь Бродский:
Бродский, да (впрочем, и с фамилией его не всё обстоит так уж и однозначно), но не Игорь: в историю эстрадного искусства этот человек вошёл под именем Николай — Николай Бродский.
[250x360]Ирвинг Берлин, написавший «Puttin' on the Ritz», Шолом Секунда, автор мелодии всемирного шлягера «Bay Mir Bistu Sheyn», а вот теперь ещё и Николай Бродский, написавший мелодию столь популярной «Записки» — этот список выдающихся еврейских композиторов-мелодистов, эмигрировавших в начале прошлого века из России на Запад и ставших там знаменитыми, можно было бы продолжить. Родился в Одессе, а умер в Голливуде — никого ведь уже не удивляющие жизненные вехи, не правда ли?..
Конечно, Николай Бродский прославился отнюдь не «Запиской». Музыкальные фильмы, спектакли, самые знаменитые песенные хиты Франчески Гааль («трофейный» кинофильм «Петер» помните?) — это всё он, Николай Бродский. На фотографии справа вы видите, какими восторженными глазами смотрит на Николая Бродского итальянский тенор Марио Ланца. Именно он стал первым исполнителем шлягера 50-х годов «Be my love», написанного Николаем Бродским для американского музыкального фильма 1950 года «The Toast of New Orleans» («Любимец Нового Орлеана»).
Фрагмент из фильма.
Поёт Марио Ланца.
А текст песни «Be my love», между прочим, написал Сэмми Кан — тот самый Сэмми Кан, которому, если помните, в 1937 году пришло в голову уговорить Шолома Секунду продать его авторские права на «Bay Mir Bistu Sheyn» всего лишь за 15 долларов…
Впрочем, мы с вами говорим ведь сейчас о «Записке», правда?.. Никакой такой «Записки», разумеется, Николай Бродский не писал. И та мелодия, на которую в 1940 году Клавдия Шульженко с удовольствием пропела слова Павла Германа, была написана Николаем Бродским вовсе не для Клавдии Шульженко.
Она была написана для Гитты Альпар — молодой и талантливой певицы европейской оперы, а затем и оперетты. В 1932 году она впервые появилась и на киноэкране, в немецком музыкальном фильме под названием «Gitta entdeckt ihr Herz». Смотрим отрывок из этого фильма.
Музыка Николая Бродского,
слова Йоханнеса Брандта.
«Что может быть прекрасней твоей любви»
Что может быть прекрасней твоей любви?.. Что может быть прекрасней того счастья, которое ты мне даришь?.. Что может быть прекрасней твоих любящих глаз?..
Наверное, Гитта Альпар поёт в фильме очень искренне, потому что тем молодым человеком, который, как вы заметили, носил её в кадре на руках, был её собственный муж, популярный в Германии 30-х годов красавец-актёр Густав Фрёлих. Они поженились незадолго до этого, в 1931 году. Вот фотография этой счастливой семейной пары:
[575x446]
Густав Фрёлих и Гитта Альпар — счастливая семейная пара.
Всё на свете связано-перевязано — иной раз удивительным и причудливым образом… В 1933 году к власти в Германии пришли нацисты, и вскоре выяснилось, что Густав Фрёлих никак не может быть мужем Гитты Альпар, ибо она, собственно говоря, еврейка. Некоторое время Густав пытался игнорировать это печальное обстоятельство (что-де, я «тварь дрожащая», что ли?.. а в 1934 году у них даже родилась дочь Юлика — точно так же звали и героиню Гитты в фильме «Gitta entdeckt ihr Herz», отрывок из которого вы видели), но затем карьерные соображения взяли у Фрёлиха верх, и в 1935 году их счастливый союз распался — их развод Гитта своему бывшему мужу никогда не простила. ..
Спустя много-много лет после той январской записи 1940 года, на юбилейном концерте в Колонном зале Дома Союзов, посвящённом её семидесятилетию, Клавдия Шульженко вновь исполнила «Записку». Исполнила она её немного иначе, словно бы с высоты прожитых лет…
Валентин Антонов
http://www.vilavi.ru/pes/100911/100911.shtml