В каббалистической литературе много внимания уделяется различию между двумя видами душ: душами корня Гевеля (Авеля), продолжающимися через потомство Шета, и душами корня Каина. Это отнюдь не разделение на «хороших» и «плохих», ведь в тех же источниках приводится перечень многих мудрецов и руководителей еврейского народа, души которых восходят к корню Каина. Данное различие указывает скорее на свойства характера: души корня Гевеля особенно чисты и притягательны; души корня Каина сильнее их и обладают большим творческим потенциалом.

 

Эта разница сказывается и в описании Торой сыновей Адама: Каина, Шета и их потомков. Мы помним Каина, в основном, в связи с  совершенным им (возможно, по мировоззренческой ошибке) убийством своего брата, однако это не все, что о нем рассказывает Тора: Каин — это первый в мире человек, который что-то построил. Именно он возвел город. Адам жил многие сотни лет, он был сведущ во всех областях знания, но первый город построил Каин.

 

 

Из рассказа о сыновьях Лемеха, потомка Каина, также наглядно видно, что они совершенствуют мир, занимаются творческой деятельностью. Один из них был пастухом, но не просто пастухом, а «отцом живущих в шатрах со стадами», второй изобрел музыкальные инструменты: он был «отцом всех играющих на гуслях и свирели», а третий сын положил начало кузнечному делу: он был «шлифующим и кующим всякую медь и железо». Судя по всему, потомкам Каина была присуща творческая, созидательная мощь, которую не встретишь у потомков Шета. Каин в этом смысле напоминает о характеристике, которую дает Яаков своему старшему сыну, Реувену: «Избыток достоинства и избыток могущества» (Берешит, 49:3). Эти качества не обязательно получают положительное выражение: так, Каин стал и первым убийцей, — но, вместе с тем, он первенец Адама, его первое дитя, о котором сказано: «Приобрела я человека с Г-сподом». Произнося эти слова, потрясенная Хава словно восклицает: «Я, вместе с Г-сподом, создала человека!»