Это цитата сообщения Оксана_Пилипенко Оригинальное сообщение
Накануне
«Хрустальной ночи»
Страна, которую накачали ненавистью, разродилась погромом, а в итоге стала грудой развалин.
[475x356]
В субботу, 9 ноября, мир отметил Международный день борьбы против фашизма, расизма и антисемитизма. Он связан с событиями, произошедшими 75 лет назад. В ночь с 9 на 10 ноября 1938 года в нацистской Германии толпы, распаленные ненавистью, охотились на евреев.
Крушили витрины. Грабили магазины, принадлежавшие евреям. Сожгли две сотни синагог. Около тысячи человек убили. В историю погром вошел под названием «хрустальная ночь». Официальная пропаганда назвала это выражением патриотических чувств народа.
«Хрустальную ночь» устроили рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, начальник главного управления имперской безопасности Райнхард Гейдрих и начальник гестапо Генрих Мюллер. В приказе штурмовым отрядам говорилось: «Синагоги сжечь. Все еврейские магазины разрушить. Затем выставить посты и позаботиться о том, чтобы не были расхищены материальные ценности».
Витрины магазинов, принадлежавших евреям
и поврежденных во время погрома “Хрустальной ночи”
(“Ночи разбитых витрин”).
Берлин, Германия, 10 ноября 1938 года.
— Bildarchiv Preussischer Kulturbesitz
После прихода нацистов к власти штурмовые отряды наделили статусом вспомогательной полиции. Как своего рода народные дружины, они избивали людей уже «на законном основании». Они действовали по приказу. Остальные участники погрома — по собственному почину.
Объясняли это так: «Евреи сами во всем виноваты. Разве они не контролировали весь капитал?»
Христианская вера не мешала, католики и протестанты говорили друг другу: «После войны поставим памятник Адольфу за то, что он нас избавил от этих».
Выдающийся немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии Томас Манн описывал брату настроения в нацистском Берлине: «Они там помешались на своих евреях». Многие немцы верили, что тайное еврейское правительство поработило Германию. В реальности абсолютное большинство евреев не участвовало в политике. Между двумя войнами сменилось двадцать кабинетов, в них служили в общей сложности четыреста министров. Из них только пятеро были евреями. Это не мешало национальным социалистам утверждать, что вся власть в руках евреев.
Святые свитки Торы из хранилища синагоги Зайтенштеттенштрассе,
разрушенной во время “Хрустальной ночи”
(“Ночи разбитых витрин”).
Вена, Австрия, после 9 ноября 1938 года.
— Dokumentationsarchiv des Oesterreichischen Widerstandes
В Первую мировую войну сто тысяч евреев отправились на фронт. На фронте, защищая кайзеровскую Германию, погибли двенадцать тысяч солдат-евреев. Больше, чем погибло евреев во всех войнах, которые вел Израиль. Но на протяжении столетий евреям запрещалось владеть землей, поэтому среди них и не было крестьян. Они не могли стать ремесленниками — их не принимали в гильдии. Дозволялось только торговать. Они стали заметны, когда развитие экономики выдвинуло на передний план торгово-финансовый сектор.
И националисты вопили: «Евреи нас грабят! Они все скупили! Они лишают нас работы!»
Евреи, арестованные после “Хрустальной ночи”
(“Ночи разбитых витрин”),
ожидают депортации в концентрационный лагерь Дахау.
Баден-Баден, Германия, 10 ноября 1938 года.
— DIZ Muenchen GMBH, Sueddeutscher Verlag Bilderdienst
Жизнь в стране не ладилась, немцев преследовал страх перед будущим. Кто-то за это ответит? Вину возложили на либералов и евреев. Все, кто выглядел иначе, вел себя не так, как другие, говорил и думал по-своему, — воспринимались как опасные элементы.
Доказывали, что если избавиться от «пришлых», то жизнь наладится: «Совершенно очевидно, что евреи, негры, цыгане и славяне не родственны немцам по биологическому виду. Их кровь несовместима с нашей. Государство должно принять на себя обязанности садовника. Задача — устранить непригодный семенной фонд и чуждые побеги».
Начали с охоты на «гибридов» — это немецкие дети, родившиеся в Рейнской области от цветных солдат французской оккупационной армии после 1918 года. Тот факт, что темнокожие мужчины понравились немкам, вызвал у националистов едва ли не больший гнев, чем поражение в войне.
Волна животного национализма охватила депутатов: «Эти дикари представляют собой опасность для наших женщин и детей!»
Тайная полиция искала таких детей по всему левому берегу Рейна, у трехсот восьмидесяти пяти обнаружили «примесь негроидной расы». Детей стерилизовали — в церковных больницах, отчет о каждой операции отправляли в Берлин.
Кладбище в Хадамаре, где захоронены жертвы программы эвтаназии.
Фотография сделана ближе к концу войны.
Хадамар, Германия, апрель 1945 г.
— National Archives and Records Administration, College Park, Md.
Взялись за цыган. Какие претензии к цыганам? Они другие — темноволосые, с оливковой кожей. Не только говорили на своем языке и по-своему одевались, но и селились отдельно, кочевали, не ходили в церковь. Их нежелание быть как все раздражало. Немецкие биологи утверждали: «Цыгане являются продуктом скрещивания рас, причем они преимущественно скрещиваются с уголовными преступниками, что привело к созданию цыганско-воровского люмпен-пролетариата. Мы признали цыган изначально примитивными. Отставание в умственном развитии делает их неспособными к жизни в обществе».
Граждан нетрадиционной сексуальной ориентации объявили врагами как с расово-биологической, так и с государственной точки зрения. Нацисты заботились о «сексуальном бюджете нации» — расширенном воспроизводстве населения. Решили мобилизовать против гомосексуалистов «здоровый дух народа». Гомосексуалистов регистрировали, в гестапо составили «розовые списки» на сто тысяч человек. Несколько тысяч отправили в концлагеря.
Разумеется, немцы охотно участвовали в преступлениях режима не потому, что им так уж трудно жилось. Не потому, что оскорбились из-за поражения в Первой мировой. И не в силу особого психологического устройства. А потому, что решили: «чужих» можно и нужно изгонять, грабить, присваивая их имущество, и уничтожать.
[показать]Публичное унижение: «Я – осквернитель расы". На этой фотографии изображен молодой человек, который якобы имел незаконные отношения с еврейской женщиной. В сопровождении немецких офицеров полиции его провели маршем по улицам города. Прикрепленный к его груди плакат гласит: "Я – осквернитель расы". Эти мероприятия были рассчитаны на то, чтобы наказать так называемых правонарушителей, а также предостеречь тех, кто не полностью принял нацистскую расовую теорию. Норден, Германия, июль 1935 г.
— Niedersachsisches Archiv -Aurich Staatsarchiv
Особую роль сыграла тотальная националистическая пропаганда, разжигавшая ненависть к «другим», «не своим».
В 1945 году Томас Манн задавался вопросами: что делать с интеллектуалами, которые выступали за национальный социализм и обслуживали его? С философами, которые создали для него идеологическое обоснование? С геополитиками, профессорами в области расовых вопросов, судьями, которые сознательно извращали право? С журналистами и издателями, которые кормили народ духовным наркотиком? Разве они не военные преступники?
Духовный наставник фюрера и редактор партийной газеты Дитрих Эккарт жизнь положил на борьбу против «еврейского засилья» в национальной культуре. Требовал «духовного обновления». Главный партийный пропагандист Йозеф Геббельс угрожал: «Чуждый сброд должен оставить в покое наше национальное искусство».
Придя к власти, нацисты взялись за дело.
Разорение дортмундской синагоги
во время “Хрустальной ночи” (“Ночи разбитых витрин”).
Германия, ноябрь 1938 года
— Stadtarchiv Dortmund
Геббельс не любил джаз, называл «негритянским искусством» и, став министром, запретил его. Как всякий плохой писатель, ненавидел критиков и подписал приказ об уничтожении литературной критики как жанра. Министерство науки, воспитания и народного образования сформировало задачу: «окончательно избавиться от либерализма». Чиновники «вычищали» художников, чью кровь или творчество не считали национальным. Нацисты запретили сто сорок девять писателей, двенадцать тысяч четыреста произведений — огромную часть немецкой и мировой культуры. Сменили духовную элиту страны: одних посадили, других запретили, третьи замолчали сами. Зато высоко ценили тех, кто преданно служил и натравливал народ на врагов рейха. Они получали должности и государственные заказы. И требовали устранить талантливых собратьев по перу.
До уехавших за границу авторов добраться не удалось. Отыгрались на их творениях. Геббельс устроил сожжение книг. Отправляя в костер очередную пачку, распорядитель церемонии провозглашал: «Против декаданса и морального разложения! За строгость и нравственность в семье и государстве! Я предаю огню сочинения Генриха Манна, Эрнста Глезера и Эриха Кестнера!
Против искажения нашей истории и принижения ее великих героев! За благоговейное отношение к прошлому! Я предаю огню сочинения Эмиля Людвига и Вернера Хагемана!
Солдаты СС конвоируют евреев,
арестованных во время “Хрустальной ночи” (“Ночи разбитых витрин”),
ведя их по Баден-Бадену.
Германия, 10 ноября 1938 года.
— Bildarchiv Preussischer Kulturbesitz
Против антинародного журнализма космополитически-еврейского толка! За исполненное ответственности сотрудничество в деле национального строительства! Я предаю огню книги Теодора Вольфа и Георга Бернхарда!..»
Горели враги «национальной Германии», открывая дорогу «настоящим патриотам». Ветер разносил по площади несгоревшие листы, бросал пригоршни пепла под ноги завороженных зрелищем берлинцев. В воздухе ощутимо пахло горелым, но даже самое тонкое обоняние не уловило тогда запаха горящего человеческого мяса.
Частный еврейский дом, варварски разрушенный
во время “Хрустальной ночи” (“Ночи разбитых витрин”).
Вена, Австрия, 10 ноября 1938 года.
— Bildarchiv Preussischer Kulturbesitz
Кто из участников этих погромов предполагал, что разожженное тогда пламя спалит их собственные жизни? А ведь стоит только начать охоту на «других» — и количество врагов, подлежащих гонениям и уничтожению, множится до бесконечности. Остановиться невозможно!
В конце концов, озлобившиеся националисты противопоставили себя всему миру, сглупа напали на Советский Союз. То, что началось с погромов и поджогов в ноябре 1938 года, для евреев закончилось печами лагерных крематориев. А для погромщиков — могилами в Сталинграде; их семьи сгорели в огромных кострах Гамбурга и Дрездена, разбомбленных авиацией союзников. В майские дни 1945 года нацистская Германия представляла собой груду развалин.
Материал: Леонид Млечин
Фото: Энциклопедия ХОЛОКОСТА http://www.ushmm.org/wlc/ru/media_list.php?MediaType=ph&page=6