[показать]  [показать]  [показать]  [показать]  [показать]  [показать]   [показать] [показать]
A true diva stays within you, stays forever.
Even when she leaves, she still is there.


Мэй Уэст
[показать]

Её называли первым секс-клоуном кинематографа. В неё всё было почти карикатурным - от пышных форм до знаменитых непристойностей ("У вас в кармане пистолет или вы просто рады меня видеть?"). Уэст доказала, что вызывающая сексуальность и не менее вызывающий юмор могут идти рука об руку. Её фантастический бюст вошел не только в историю кинематографа: надувной спасательный жилет американских военных летчиков получил название "Мэй Уэст".
 Вот только рост у роковой красавицы подкачал - 155 см. Поэтому на съемках ей приходилось надевать высоченные платформы или вставать на специальные подставки. Но однажды, когда ей в партнеры достался особо нахальный гренадер, она взбунтовалась. "Вот еще, - заявила Мэй. - Не буду я забираться ни на какую коробку". Тогда в полу павильона вырубили глубокую дыру и заставили вставать туда несчастного актера.

Мэй Уэст была не просто актрисой - она была Музой для многих дизайнеров. Например, для Марселя Роша. Расположившись в Голливуде, который вскоре стал его родиной, кутюрье одевал самых известных: Лоретта Янг, Джоан Кроуфорд, Катрин Хебперн, Джейн Харлоу, Кароль Ломбар, Марлен Дитрих. 
Но та, которую он предпочитал и которая больше всех вдохновляла его, была без малейшего сомнения блондинка Мэй Уэст. Он придумал для нее сверхсексуальное белье - черный гипюр, это название отныне можно было найти во всех словарях.

[показать]

А Эльза Скиапарелли обессмертила легендарную фигуру актрисы, выпустив свои первые духи - "Shocking" ("Шокирующие"). "Мэй послала мне размеры своей знаменитой фигуры и для большей убедительности свой гипсовый слепок в позе Веры Милосской", - писала в автобиографии Скиапарели. Это вдохновило художницу Леонор Финн на создание флакона, форма которого повторяла очертания фигуры Мэй Уэст. 
А Жан-Поль Готье в 1993 году использовал идею Скиап для оформления своих женских духов "Jean Paul Gaultier".

[показать]

В начале своей блистательной карьеры на голливудской студии "Парамаунт" с Мэй Уэст сотрудничала известный художник по костюмам Эдит Хэд. Свои первые лавры она снискала в 1932 году, когда должна была создать костюмы для нового фильма с Уэст. Заносчивая кинодива высказала новенькой свои указания: "Мои платья должны сидеть достаточно свободно, чтобы доказать, что я дама, и быть достаточно свободными, чтобы показать, что я женщина". Эдит Хэд поняла, что имела в виду Мэй Уэст, и отчасти благодаря ей фильм побил все кассовые рекорды и спас "Парамаунт" от банкротства.

Марлен Дитрих

[показать]
"Success in life depends upon your sense of values".

Яркие блондинки в Голливуде были и до нее. Чего не было, так это актрис, которым удалось при жизни стать мифом. Легенда Марлен Дитрих сложилась не из ролей - она снялась в полусотне фильмов, но так и не получила ни одного "Оскара". Она стала знаменитой благодаря продуманному ею до мелочей имиджу и безупречному гардеробу. Никто из актрис не уделял такого внимания свету софитов, качеству грима и фасону костюмов. Никто не возводил собственное тело в ранг фетиша (свои знаменитые тонкие лодыжки она называла приметой породы). До нее понятие "голливудский гламур" относилось к большеглазым красоткам с перманентом, томно пожимающим пухлыми плечами. С ней в Голливуд пришло представление о стиле, экстравагантности.

[показать]

Она приехала в Америку в конце 20-х из декадентского Берлина и сразу попала под влияние режиссера Джозефа фон  Штернберга, не без оснований провозглашавшего "Марлен Дитрих - это я".
Первой в Голливуде она стала носить брючные костюмы и фраки с бабочкой и цилиндром, заказывая их в дорогих мужских ателье. Для окружающих это было шоком, для нее - признаком здравого смысла. "Поскольку мы жили рядом с океаном и горами, в брюках я чувствовала себя гораздо удобнее, чем в юбке и чулках. Это породило разнообразные толки, о которых я поначалу и не догадывалась".В своих мемуарах Дитрих вспоминала, как по прибытии в Нью-Йорк встречавший её "мистер Блументаль из фирмы "Пармаунт" "настойчиво советовал ей в 10 утра надеть черное платье, туфли на шпильке и меховую шубку. "Позднее я всегда отказывалась следовать предписаниям студии и одевалась только по собственному усмотрению". 

[показать]

Введя в обиход костюм, мягкую мужскую шляпу, галстук и ботинки на шнуровке в качестве повседневного гардероба, на экране она работала над образом femme fatale, о которой вздыхали все мужчины Америки. Фон Штернберг обучил ее основам операторского мастерства, и она сама следила за тем, чтобы во время съемок свет падал на лицо сверху, как можно эффектнее высвечивая ее волосы, подчеркивая скулы и придавая взгляду мистический оттенок. Альфред Хичкок, у которого она снялась в фильме "Страх сцены", говорил, что Марлен - это "профессиональная актриса, профессиональный оператор и профессиональный модельер".

Над многими из своих сценических костюмов Дитрих работала сама - вручную расшивала платья бисером и стеклярусом, вшивала метровые застежки-"молнии", которые заказывала в Париже, придумывала вместе с костюмером Ирен шаровары из сотен тонких золотых цепочек, закрепленных на талии и щиколотках, высчитывала идеальную для своих ног длину разреза. У нее было множество необыкновенных туалетов, в которых она в 50-70-е годы выступала на театральной сцене. Это знаменитое платье "Ветер" от Жана Луи из тончайшей материи "суфле", в котором она выглядела совершенно обнаженной; переливчатое платье "Угорь" из черного стекляруса и накидка "Лебедь" с трехметровым шлейфом из лебяжьих перьев; костюм, отделанный золотом и хрустальными кристаллами и напоминающий блестящую паутину.

[показать]
Марлен была фетишисткой. Она обожала меха, особенно норку. "Пальто из норки дает покупателю возможность показать свою щедрость, а носящему - ощущение роскоши и тепла. Символы необходимы!" Она носила туфли только ручной работы и никогда - босоножки: открытые пальцы ног в ее представлении были верхом вульгарности. Она вспоминала, как в детстве бабушка говорила ей: "Деточка, школа, конечно, дело важное, но примерка новых туфель - важнее". Перчатки ей делали по гипсовому слепку руки. Её примерки у Шанель и Баленсиага длились до восьми часов - она стояла неподвижно, время от времени меняя сигарету в мундштуке и отдавая приказания модисткам.

В Berlin Filmmuseum хранится более двухсот пятидесяти костюмов, шляп, туфель, перчаток, сумочек из коллекции Марлен Дитрих. Среди них шедевры Chanel, Schiaparelli, Christian Dior, созданные специально для нее, а также сценические костюмы 30-70-х годов от голливудских дизайнеров Тревиса Бэнтона, Ирен, Жана Луи.
Дитрих была не просто женщиной a la mode, она была из тех, кто сам делал моду.
Resume:
 Марлен Дитрих привнесла на экран двусмысленную андрогинность. Она любила мужские вещи, брюки, фраки, цилиндр, с вызовом курила сигареты и в мужском костюме поцеловала на экране женщину. Ее художник по костюмам Трэвис Бэнтон подчеркивал ее жесткую сексуальность, а сама дива пристально следила за каждым его шагом. На самом деле женские брюки ввела в моду Коко Шанель, а соперница Дитрих, Грета Гарбо, тоже примеряла на экране мужской костюм в "Королеве Кристине". Но то была историческая костюмная драма, а о Шанель в Америке почти не знали, так что именно после Марлен Дитрих носить современные мужские костюмы стало не шоком, а шиком.  

Грета Гарбо

[показать]
"Life would be so wonderful
if we only knew what to do with it".

Образ Греты Гарбо родился не сразу. Она уже была звездой, но ещё не была собой.  Для того, чтобы образ родился, всё должно было сойтись: подходящие роли, приход в кино звука, точный костюм. Свои лучшие роли Гарбо сыграла в мелодрамах. Анна Кристи,  королева Кристина, Мата Хари, Анна Каренина, дама с камелиями. Но в мелодрамах она играла не жалость к себе, а неумолимое влечение к гибельному концу.  Не мелодраму, а трагедию. Слова ей были для этого не нужны: её взгляд застывал в кадре с такой отрешенностью, она томилась желанием и невозможностью любви с такой глубиной, что с выключенным звуком ее фильмы ничего не теряли. Ещё меньше ей нужно было ее тело.
С телом Гарбо не очень повезло. Она производила впечатление крупной женщины. Слишком крупной для Голливуда 20-х, где царили крошки-кошечки Мэри Пикфорд и Норма Ширер. У нее была плоская грудь, широкая кость и размашистая мальчишеская походка. Походку она смиряла частой неподвижностью в кадре. Всё остальное тоже было ей ни к чему.

[показать]
Грета Гарбо с Адрианом
Настоящая Гарбо началась, когда на съемочной площадке появился Адриан (так романтично подписывался Адриан Адольф Гринбург) - любимый модельер голливудских красавиц.  Первой совместной работой Гарбо и Адриана был фильм "Героиня романов", её седьмая картина. Для своей новой "героини" Адриан придумал косую шляпу, блузку с высоким воротником и, главное, пальто-шинель, которое спадало до пят и придавало фигуре Гарбо строгость и прямоту. После Адриана она и в жизни стала носить длинные платья с прямым контуром и блузы с высокой линией шеи. Не случайно она была первой, кто популяризировал водолазку: Адриан научил её использовать одежду, чтобы не показывать, а скрывать. Она прятала свое тело, всю себя, кроме одного, но самого важного - лица. На нём, и на нём одном, был основан миф Гарбо. 
Широкий лоб, тонкий нос, канонические пропорции лица и самые длинные на свете ресницы. Это лицо выделялось на темном фоне экрана почти неестественной белизной (вряд ли ещё для кого-нибудь цвет в кино был бы столь же губителен). Свет на это лицо давался фронтально, стирая тени, а с ними и глубину. К нему больше всего шли гладкие волосы, зачесанные назад, или шляпа, вовсе их скрывающая, - ничто не должно было замутнять эзотерической красоты. Даже голос - низкий, глубокий, чуть простуженный - и тот мешал, смывая с лица загадочность. Лицо это отличалось почти невозможной правильностью, было без изъяна. Это была красота белого на белом, красота маски, красота смерти - почти абстрактная и, следовательно, почти бесполая красота. Красота идеала - того, чего не бывает, что нельзя потрогать, с чем нельзя заняться любовью.

[показать]
Её пространство было пространством чистой эротики, в котором секс, вообще любые похождения тела были невозможны и не нужны. В своих знаменитых экранных поцелуях она держала лицо мужчины как чашу, из которой пила. Целуясь, она не касалась лица - прикосновение разрушило бы зыбкий эротическиц идеал. Дитрих, уведшая от безразличнйо Гарбо, была её полной противоположностью. Гарбо была актриса лица, Марлен - с её повадками примы второсортного кабаре и мифом порочного ангела - актрисой ног, расставленных в непристойно-призывной эстрадной позе. Марлен будоражила. Грета завораживала. Марлен будила фантазию. Грета вводила ее в состояние комы. Обе они играли в пространстве Запретного, но Марлен олицетворяла загадку тела, не таящего ничего, а Грета воплощала чистую эротику, её недоступную разгадке тайну.   
Resume:
Грета Гарбо в отличие от Дитрих была скорее актрисой лица, чем актрисой тела. Она знала, что у нее сутулые плечи и слишком крупные ноги, поэтому Адриан, ее художник по костюмам, шил для нее длинные платья. На самом деле она себя скорее недооценивала. Гарбо сутулилась, но эта сутулость тут же вошла в моду. А самое главное - все ее наряды не должны были отвлекать внимание от лица. Поэтому некоторые считают ее родоначальницей минимализма. Ее лицо преподносилось зрителю как подарок, как прекрасная маска. В эпоху, когда в моде были всякого рода кудряшки и челки, она предпочитала вообще прятать волосы под шляпу или чалму. На таком лице важны были глаза, и она ввела моду на накладные ресницы и резкие тени, вдвое увеличивающие на выбеленном лице ее и без того прекрасные глаза.

Джин Харлоу

[показать]
"Сексуальность - это как твое имя. Оно принадлежит тебе, но пользуются им, в основном, другие".

Едва Шанель ввела в моду "маленькое черное", как в 1931 году ей пришла мысль создать целую серию белых вечерних платьев. Голливуд сразу увидел, какие возможности таит в себе "великое белое", здесь соединили идею Шанель с кроем по косой линии Вионне, и так появилось сверкающее сатиновое платье, которое стало воплощением сексуальной привлекательности.
Его преобразовывали, пока оно не подходило какой-то определенной звезде настолько, что казалось её второй кожей. Задача киномоды всегда была прикладной - она играла "вспомогательную" роль.

[показать]

Никто не знал этого лучше, чем Адриан (художник по костюмам студии MGM), который приспособил "великое белое" для Джин Харлоу и в прямом смысле слова приклеивал его на тело. Режиссер Джордж Кьюкор, снявший большинство романтических фильмов того времени, говорил: "Если у актрисы плохая фигура, её прикрывают, но если фигура потрясающая, то Адриан подчёркивает все её достоинства". На своем пути в кино "великое белое" теряло невинность, чтобы взамен получить нечто, что есть только там: очарование. И по сей день "великое белое" неотделимо от мира звезд Голливуда. Благодаря своему свойству отражать свет прожекторов она стало - прежде всего для блондинок - надежным спутником на "красных дорожках".
Джин Харлоу, безусловно, обладала прекрасной фигурой и не собиралась её скрывать ни в коем случае - известно, что актриса никогда не носила бюстгальтер. "Эта девица скорее раздета, чем одета, - заметила кинозвезда тех лет Клара Боу, увидев Джин в толпе статисток. - Она далеко пойдет". И была права. Джин Харлоу стала первой в истории блондинкой, сыгравшей роль "плохой девочки".

[показать]

Слегка пышные и от природы светло-каштановые волосы Джин были обесцвечены перекисью и всегда аккуратно завиты, ее снежно-белые платья - образец простоты и шика - облегали или красиво драпировали ее роскошное тело. Но больше всех постарались фотографы, превратившие Джин в пьянящую богиню, один взгляд которой сулил мужчинам неземное блаженство. Их фото, растиражированные всеми журналами о кино, сделали из Джин почти предмет культа - настоящий "секс-идол" 30-х годов. 

Лорен Бэколл

[показать]
"Imagination is the highest kite one can fly".

Урожденная Бетти Джоан Перске в неполных 20 лет одевалась как леди, выглядела как ангел … и курила как паровоз. Жена знаменитого режиссера Говарда Хоукса Слим увидела юную модель на обложке Harper's Bazaar и порекомендовала супругу пригласить девушку на пробы его нового фильма "Иметь или не иметь", где должен был сниматься сам Хэмфри Богарт. Бетти покорила своим обаянием всех, но Богги был просто сражен.Так возникла легендарная пара, и в кино, и в жизни. Хоукс посоветовал молодой актрисе сменить имя - и она стала блистательной Лорен Бэколл.

[показать]

[показать]
Её безупречный стиль и по сей день является эталоном для девушек, которые желают выглядеть как настоящие леди. Идеально сидящие по фигуре костюмы, лодочки на небольшом каблуке, мягкие локоны, волнами обрамляющие лицо, нитка жемчуга (фирменный знак Бэколл), неизменная сигарета и глубокий, слегка хрипловатый голос, сводящий с ума мужчин - всё это вошло в историю моды. 

[показать]
Она одна из последних звезд золотой эры Голливуда и среди её многочисленных наград - премия CFDA (Совета модных дизайнеров Америки), которую ежегодно вручают самой стильной женщине в мире.

Джейн Мэнсфилд

      [показать] 
"Stars were made to suffer, and I am a star."

Её называли "Мэрилин Монро для бедных". Она действительно была очень похожа на Мэрилин и сознательно ей подражала: та же прическа, похожий макияж, похожие манеры. Но Мэнсфилд не обладала присущей Монро трогательной беззащитностью и обаянием, а потому в её образе торжествовала вульгарность.
В Джейн всё было слишком: фигура, вызывающие наряды (или их отсутствие), даже её дом - "The Pink Palace". В 1957 году Джейн и  её муж Микки покупают особняк за 75,500 долларов на бульваре Сансет в Голливуде. В доме было 40 комнат. Микки нашел дизайнера и предоставил Джейн делать с домом все что угодно. В результате чего, внешние стены были перекрашены в любимый цвет Джейн - розовый и декорированы сверкающей на солнце кварцевой крошкой. В розовый цвет были выкрашены большинство помещений дома: стены, потолки. На полах лежали мягкие розовые ковры. Главной декоративной темой, выраженной в повторяющихся сердечках и фигурах купидонов, была любовь. Даже бассейн был сделан в форме сердца, а на дне его была надпись: "I LOVE YOU, JAYNIE".

[показать]
"Dramatic art in her opinion is knowing how to fill a sweater." - Bette Davis.

Забавно, что именно именно Джейн и ее "розовый дворец" стали прототипами для знаменитой куклы Барби. Кукла изначально была ее точной копией: белокурая, с пышным бюстом, бровки-ниточки, вздернутый носик, полные губки. Появившийся вскоре кукольный домик Барби воспроизводил розовый рай голливудской актрисы. А первые наряды для искусственной красавицы были заказаны у знаменитых модельеров Живанши и Диора.
 Она была яркой звездой 50х годов - первая секс-бомба, у которой было большая семья (5 детей), первая американская актриса, которая разделась в большой голливудской картине. Кэрри Грант (её партнер по фильму Kiss Them For Me) называл её "потенциальной Мэй Уэст". 

[показать]

До сих пор образ мисс Мэнсфилд копируют (Памела Андерсон) и посвящают ей песни (
 группа "The Siouxsie and Banshees" и "Kiss Them for Me", немецкая панк-рок группа "The Bates и "The Lips Of Jayne Mansfield", японская команда "The 5,6,7, 8s" и их песня "I Walk Like Jayne Mansfield").

Мэрилин Монро 

  [показать]
"A career is wonderful, but you can't curl up with it on a cold night."

Символ сексуальности, синоним звезды, мишень для сплетен, образец для тиражирования современной культурой…Стоит только произнести две магические буквы и всем сразу становится ясно о ком идет речь - ММ. Мэрилин Монро.

Мерилин - отлакированная американская мечта. Её любили женщины - ведь она доказала, что можно достичь звёзд, даже если ты начинаешь с нуля. Её любили мужчины - ведь она была прекрасна. Её любили все - потому, что фильмы с её участием заканчиваются хэппи-эндом, и она сама - обещание хэппи-энда. Всё будет хорошо - стоит лишь похлопать длинными ресницами.

Мэрилин вытянула счастливый билет, когда в 1949 году познакомилась с театральным агентом Джонни Хайдом. Хайд был старше на 30 лет и смертельно болен, но именно он создал из юной блондинки, в которую отчаянно влюбился, звезду. От брака с ним Монро отказалась, зато согласилась сняться в эпизоде фильма "Счастлив в любви" вместе с одним из знаменитых братьев Маркс - Граучо Марксом. Мэрилин томно жаловалась Граучо, игравшему частного детектива, что её преследует какой-то мужчина. "Как, всего один?" - восклицает тот, пожирая глазами аппетитную красотку, уходящую вдаль. То, как она удалялась, запомнилось надолго: эффект от походки Мэрилин на экране был сродни гипнозу (ради такой походки Мэрилин специально стачивала на полдюйма один из каблуков). Известен её афоризм - "Дайте женщине пару туфель на высоких каблуках, и она завоюет весь мир".В дальнейшем туфли, специально для неё,  изготавливал легендарный итальянский мастер Сальваторе Феррагамо.

Хайд вложил в юную Мэрилин все силы и весь опыт, превратив её из неизвестной статистки в успешную актрису, из простоватой куклы - в объект мужских желаний. Хайд уговорил Монро изменить при помощи пластики форму носа и подбородка, именно он создал тот образ, которому Монро обязана своим восхождением на вершину славы: пухлые губы и зовущий взгляд прикрытых глаз, ореол "полудоступности" и невероятная сексуальность.

[показать]

Популярность Монро приняла неимоверные масштабы. Поклонники преследовали её, любой фильм с нею, даже самый слабый, становился событием. Журналисты с упоением писали, что новоявленная кинобогиня старается не есть мяса, бегает трусцой для поддержания формы, не носит нижнего белья и не имеет драгоценностей ( хоть вся страна следом за Монро распевала "Бриллианты - лучшие друзья девушки", сама Мэрилин предпочитала бижутерию). Известнейшая фраза о том, что на ночь Мэрилин не надевает ничего, кроме капли Chanel №5, стала хрестоматийной. Статьи в некоторых "дамских" изданиях объясняли неимоверный успех Монро у мужчин её родинкой на щеке. По всей стране женщины, и так старающиеся во всем подражать Мэрилин (известный писатель Марти Ларни писал, что "на американских улицах ходит больше Мэрилин, чем просто людей"), стали рисовать родинки карандашом для бровей - продажи этого продукта резко возросли. В стремлении стать "совершенной блондинкой" Мэрилин приходилось подкрашивать волосы каждые три дня. Она нередко опаздывала, потому что тратила несколько часов на то, чтобы привести свою прическу в полный порядок.

К моде по большому счету Мэрилин была равнодушна. В повседневной жизни она предпочитала простые джинсы и рубашки, купленные в универмаге. Платья для выходов ей обеспечивала студия, особенно часто для нее шил Билл Травила, который, как говорят, некоторое время был её любовником. Сама Мэрилин всегда считала, что у нее нет вкуса, и утверждала: "Главное - не одежда, а то, умеете ли вы ее носить. Я умею". Травила вспоминал: "Она была единственной женщиной из всех, кого я знал, рядом с которой мужчина чувствовал себя высоким, красивым, обаятельным. С ней у вас возникало чувство, что вы у нее единственный, даже если это было не так".

[показать]

Её первую драгоценность - браслет с золотым сердцем, на котором было выгравировано ее имя - Монро подарил на свадьбу ее второй муж, знаменитый бейсболист Джо Ди Маджо. Он был без памяти влюблен в Мэрилин и заваливал ее охапками роз. В свадебном путешествии в Японии, приревновав жену к толпе поклонников, подарил Монро жемчужное ожерелье Mikimoto и увез обратно в США.

Апогеем романа Монро с Джоном Кеннеди стало  появление Мэрилин в мае 1962 года на гала-представлении в честь сорокапятилетия президента. Когда на сцене Мэдисон Сквер Гарден  появилась Монро, зал ахнул. Она скинула манто и осталась в знаменитом платье от Жана Луи - шелковом, расшитом бисером, - в свете прожекторов казалось, что блестит обнаженное тело. Мэрилин пропела "С Днем рождения, мистер Президент!", и Кеннеди, поднявшийся к ней на сцену, сказал: "После того, как мне спели "С днем рождения" так очаровательно и искренне, я могу уходить в отставку".

Через несколько месяцев, 36-летнюю актрису нашли в ее спальне, с телефонной трубке в руке, а на столике стоял пустой флакон от нембутала. Было это самоубийство, убийство или несчастный случай, не ясно до сих пор. Похороны организовал Джо Ди Маджо, разом постаревший на двадцать лет. Всего 30 человек провожали Мэрилин, лежащую на бледно-желтом шелке в зеленом платье от Pucci, с букетом роз от Джо, его последним подарком. Вместе с Джо свою возлюбленную оплакивала вся страна.

Брижитт Бардо

[показать]
"It is better to be unfaithful than to be
faithful without wanting to be".

Именно Брижитт Бардо стала первой актрисой, рискнувшей надеть бикини в 50-х годах, и даже сыграть в них главную роль в фильме "Девушка в бикини" (Girl in Bikini, 1958). Ей же мы благодарны за возвращение в моду бледно-розовой помады, черной подводки, солнцезащитных очков "кошачий глаз" и копны взбитых белокурых локонов.

Платье в клеточку Брижитт надела в 1959 году на свою свадьбу с Жаком Шарье. Розовое платье из наивной хлопчатой ткани придумал дизайнер Жак Эстерель, который мгновенно стал знаменитым, а платье - идеальным воплощением стиля "Лолита". Это платье как символ эпохи разместила в своей экспозиции парижский Musee Galleria. Провинциальный шик гингама (для парижан он по-прежнему ассоциируется со скатертями в бистро) так велик, что его вводят в свои коллекции даже минималисты. 
  [показать]
Брижитт Бардо ввела в моду так называемый Saint-Tropez chic - стиль курортов Лазурного берега, каннских пляжей и купален Монако. Бикини и парео были изобретены до нее, но именно она одной сценой в "И Бог создал женщину..." (той, где она щеголяет, обернутая полотенцем) совершила революцию. Ее распущенные волосы (как будто бы только что выбралась из постели), ее шикарная вульгарность в сочетании с раскрепощенностью и кошачьей пластикой сделали из нее одну из киноикон ХХ века.
  Шик Лазурного Берега в трактовке Брижитт - это узкие белые брючки-капри и сарафан на тонких бретельках. Именно капри и белые хлопковые платья прославили дизайнера Луи Феро (Louis Feraud) - не без участия Брижитт. Кокетливые капри, конические хлопковые бюстье в сладких оттенках - одежда для модниц, уверенных в своей неотразимой женственности. 

[показать]

[показать]

Актриса Жанна Моро, которая сыграла вместе с Брижитт Бардо в фильме Луи Малля "Вива Мария", сказала о ней так: "Брижитт была настоящим революционным женским характером. Она помогла обнаружить, что наши истинные ценности - жизнерадостность, страсть, любовь и веселье".