Первый мой выезд, не считая прошлогоднего Тундика (только там все больше вегано-хиппи, а тут контингент другой противоположно), в поездах - туда и обратно - синька страшная, Викинг - прижизненная реинкарнация Джигурды, Леша из Абадонны истории травит вполне себе в духе нашего Макара, все становится на круги своя, хорошо.

Горы - синие, по утрам от холмов пеленой молочный такой туман, слезы в глазах от восторга - ваниль во все поля, холод собачачий (до минус двух у подножья и это днем), в столовке по демократичным ценам (только то для нас, хохлы же негодуют) суп по вегану, вкусный-вкусный и чай на травах пополам с припизженным у Микса коньяком. Вокруг гуляют кони. Викинг с конями здоровается. Нам - шепотом советуют не разговаривать по-русски.

На территории всего одна точка, где можно купить некрепкий алкоголь; сигарет тут не бывает вовсе (кстати, комендантский час, распространяющийся и на табак тоже, тут с 22.00). Маленький палаточный городок (место под палатку платное тоже), местные "туристы" тихо охуевают от холода - температура все еще падает, до ближайшей сравнительно теплой кафешки пол часа ходу (в гору, в темноте). В еще худшем положении оказались съемщики коттеджей у подножья горы - только к вечеру нам сообщили, что подъемник не будет работать всю ночь.

Блацк день. Турки - смешные (что-то со звуком), техничные, но скучные - Дарк Фьюнерал. Я в этой жизни не видел ничего круче, чем Инквизишн. Хотя они и в побелке.

Под утро отогревались горячим чаем с медом у хозяина ближайшего коттеджика. Дед пишет стихи мудрые, считай, экзистенциализм чистой воды, читает вслух, в странной ни на что не похожей выразительной манере со сбивчивым ритмом. Он выдал нам - непроплаченным - постельное белье и дал добро на здоровый четырехчасовой сон при условии самостоятельного поиска свободного места.

А утром пошел дождь, запоровший весь фолковый день. Молодое поколение (те, кто младше 25) поехали смотреть Львов, я - зачем-то - остался. И мы пили пиво, водку, коньяк и, кажется, что-то еще - я и те, кому хорошо за 30, я же для них глупый ребенок, но было почему-то как никогда тепло и уютно и странные мысли - я тут среди своих, наконец.