Хильдегарда Бингенская видела музыку как распростертое тело,
представляла свой голос целебною травою
для этого тела, измученного верой,
для души, переполненной ангельской любови –

чуть всколыхни – и через край перельется,
опустошит дорогой сосуд.

мне иногда кажется, что не стоит за сердце трогать
и при этом спрашивать – как зовут.

(с) Симонова Екатерина