 [400x80]
 [показать]
«Сильна, как смерть, любовь», – сказано в библейской книге «Песнь Песней». С тех пор поэты часто утверждали в стихах эту парадоксальную мысль: любовь – причина бытия – всесильна, как смерть, разрушительница жизни.
В наше время, глухое к поэзии, особенно к любовной лирике, такое сближение бесконечно далеких понятий может показаться поэтическим бредом. Но, представьте себе, в прежние времена от любви, случалось, умирали. Еще чаще гибли во имя любви.
Сегодня я хочу предложить вашему вниманию, самую известную и, несомненно, самую красивую и трагическую историю любви. Легенда ли это? Хотелось бы в это верить, так как все персонажи этой истории реальны. Они жили, правили, любили, совершали преступления, мстили, воевали... И только вереница прошедших веков овеяла эту историю легендарным флёром...
 [500x500]
Многим безнадежная любовь наносила, казалось, смертельный удар, но почему-то все же сохраняла жизнь. Великий португальский поэт Камоэнс писал не ради красного словца:
И пред разверстою могилой
Шепну я имя доны милой.
Поэт был безнадежно влюблен в инфанту, сводную сестру короля. За это Камоэнса отправили в ссылку, затем – на военную службу в Африку. Там в стычке с маврами он потерял глаз, едва не погиб. И позднее, скитаясь по морям и дальним странам, он часто стоял над краем бездны, а сердцем устремлялся к «королевской орлице».
Поэт хорошо знал другую историю, случившуюся примерно за двести лет до того, в XIV веке, – трагедию воистину смертельной любви. В эпической поэме «Лузиады» Камоэнс посвятил этим событиям несколько строф.
Лишь ты, любовь, таинственная сила,
Играющая слабыми сердцами,
Несчастную красу свела в могилу
И жизнь ее наполнила слезами…
 [309x419]
Поэт Камоэнс
***
Педро едва минуло двадцать лет, когда его отец - король Португалии Афонсу IV решил породниться с герцогом Пеньяфьель и просил руки дочери его Констанции для своего сына.
 [320x295]
Педру I Справедливый 1320-1367
Принц знал, что противиться воле отца немыслимо, но сердце его было еще свободно, и он ждал прибытия избранной для него невесты не с большим волнением, чем бросал кости на поле игры. Все же щеки его были бледнее обыкновенного, когда он выехал навстречу герцогскому поезду и издали еще приглядывался к ехавшим впереди двум молодым девушкам.
Головка красавицы поистине создана была для царского венца. Прекрасная фигура, которой наделила её Мать-природа, блестящие, как бриллианты глаза, одухотворённое лицо, спадающие на плечи густые волосы, элегантность, грациозность – всего этого не мог не заметить принц. И он влюбился, влюбился в эту девушку страстно, до умопомрачения, « до конца Света».
Спутница ее казалась рядом с ней бледной и робкой и дон Педро даже не разглядел ее, весь поглощенный созерцанием другой.
Но бледная девушка оказалась дочерью герцога, а дивная красавица - только ее родственницей и придворной дамой: галицианкой Иннесой де Кастро.
Тщетно пытался Педро умолить короля не настаивать на его браке с Констанцией: дело зашло слишком далеко. В то время как епископ соединял руки новобрачных и говорил им о будущей их жизни и любви, - и душа принца, и его взгляды стремились к той, которая стояла позади невесты, затмевая всех своей красотой. И в первый же вечер принц стал говорить ей о своей любви.
Иннеса хотела бороться с этой грешной любовью, но трудно ей это было, пока они постоянно встречались, пока его взгляды, намеки, тайные слова охватывали ее пылающей сетью искушения; и не в силах оставаться при дворе, Иннеса попросила разрешения удалиться в монастырь св. Клары
Стены монастыря не спасали ее от его посланий: с пылающим лицом читала она его признания и вот раз вместо своих стихов прислал ей Педро книгу: это был прославившийся роман о Фламенке, и там заложил он страницу золотой лентой; вот что прочла в ней Иннеса:
"Есть женщины, которые заставляют томиться влюбленных, говоря им "нет", и их называют чистыми и целомудренными; но стыд той, которая устами отказывает в том, на что сердце ее давно согласно. Овидий сказал: "Придет время, и та, которая презрела возлюбленного, будет одинокой, холодной и старой; та, которой ночью приносили розы, чтобы, проснувшись, она нашла их утром у порога, - будет покинута всеми; помните это, красавицы!.."
 [700x437]
В эту ночь дон Педро проник в монастырь. Сперва Иннеса думала, что это видение, вечно сопутствующее ее душе; но когда сильные и нежные руки охватили ее, когда пылающие уста остановили поцелуем крик, готовый сорваться с ее уст, она поняла, что жизнь настигла ее.
После этой ночи променяла Иннеса стены монастыря на мраморный дом Quinta del Amor в Коимбре.
 [476x700]
Иннеса и дон Педро оба не думали ни о чем, кроме своей любви; подобно благоуханию апельсинной рощи, обвевала их сладкая снисходительность мавританских нравов. Никому кругом и в голову не приходило презирать дона Педро за любовь его к чудной красавице, ибо все привыкли, что недалеко во дворцах калифов, уважаемых и мудрых правителей государства, целые цветники жен красовались к их усладе и они могли выбирать любую, подобно тому как, пересыпая жемчужины, выбирают то самую матовую, то самую розовую.
Больная и бледная супруга дона Педро чахла во дворце, подарив принцу сына Фернандо - такого же хилого и бледного, как она сама. Все солнце Португалии не могло согреть ее. Она знала, что дон Педро и душу свою унес в сад где, как королева, царила та, которую народ назвал Ines la formosa - Иннеса прекрасная.
Горько жаловалась Констанция старому королю на чаровницу, отнявшую у нее супруга; попы толковали ему о грехе беззакония, в котором жил наследник короны; придворные угрожали ему влиянием Иннесы на дона Педро и тем, что она употребит свою власть во вред Португалии и сделает ее провинцией своей родины. Так ревность, хитрость и низость развенчивали любовь и клеветали на ее божественное происхождение.
Никто не мог понять непреодолимую силу любви, которая объединяла наследника престола дона Педру и женщину его страсти. Это были невероятные чувства страсти глубокой, пламенной. Вопреки приказам своего отца, дон Педро уехал к своей возлюбленной в Куимбру, куда сослал Иннес старый правитель. Он оставил родителей и двор, пренебрег обязанностями наследника престола и соединился, наконец, с ней в монастыре Святой Клары в Албукерке.
И началась новая фаза жизни, жизни абсолютно счастливых людей! Там родились их четверо детей: первенца назвали в честь деда – Афонсу, но он умер в младенчестве. Остальные дети - два мальчика, Жуау и Диниж, девочка, Беатриж, росли физически крепкими, здоровыми и веселыми, окруженные любовью и заботами своих родителей. Как цветы надежды в долине, где воздух голубого неба чист и прозрачен. Любовь между Доном Педру и Инеж оставалась неизменной и такой же крепкой, способной преодолеть все беды и несчастья.
И когда в лунные ночи дом-Педро и Инеса гуляли в своем саду, идя медленной поступью счастливых влюбленных, и черные тени их на серебряном песке аллей сливались в одну,-- они говорили друг другу, что и сами они слились воедино, как слились их тени.
И каждый раз, целуя перед сном возлюбленную, гордо и радостно говорил ей дом-Педро:
-- Ты будешь королевой, Иннеса моя, в том клянусь тебе.
 [448x317]
В октябре 1345 года принцесса Констанция умерла в родах. Ни медик, ни придворный астролог не смогли спасти жизнь принцессы. Но законный наследник престола будущий король Португалии дон Фернандо (1345 – 1383) остался жив. Эта трагедия повергла в ужас всех. Но дон Педро был свободен и готов пасть в объятия своей возлюбленной! Вскоре пришла весть к королю, что его сын у себя в домовой капелле обвенчался с Иннесой.
- Погибла Португалия! - вопили придворные, и все чаще и чаще можно было видеть старого короля в тесном кругу своих приближенных
Прошло почти десять лет после смерти Доны Констанции. Маленький принц Фернандо жил в Лиссабоне, под покровительством своих дедушки и бабушки. Воспитывался как принц, который однажды должен будет стать королём Португалии. Придворные советники короля Дона Афонсу IV не уставали говорить ему об опасности для португальской короны в том случае, если Иннеса де Кастро станет королевой. Она ведь принадлежала к дворянской семье Кастро, которая могла претендовать на трон Кастильи. Вполне возможно, что один из сыновей Иннесы может стать королём. И было нетрудно себе представить, что в этом случае два иберийских государства могут превратиться в одно, положив этим конец независимости Португалии.
Надо было принимать какое-то решение – король дрожал от мысли, что его внуки начнут огнём и мечом прокладывать себе дорогу к трону...
Любимцы короля -- министр его Пачеко, Педро Цельо и Гонзальец нашептали ему убийство.
 [700x491]
Долго жег свечи король перед святой девой и решил спасти сына. Заговорщики внушили ему также, чтобы он сам пошел с ними, для того, чтобы его именем прикрыться от гнева дона Педро.
Они выбрали время, когда Педро уехал на охоту на всю ночь и все слуги, конюшие, оруженосцы отправились с ним; в мраморном дворце остались женщины, дети и старики
- Молись, грешница! - сказал ей король.- Пришел твой час: готова ли ты к смерти? - И рука его сжала меч, которого боялись мавры.
 [700x569]
Иннеса не боялась смерти, она боялась одиночества, в котором останутся без нее ее возлюбленный Педро и ее невинные дети.
 [523x700]
С тоской подняла она к небу полные слез глаза и всплеснула прекрасными руками. А в это время проснувшиеся дети увидали, что матери нет с ними, и побежали по ее следам, и, дрожа от холода и страха, окружили ее, хватаясь за ее одежду.
И, не зная, какие найти слова, чтобы умолить короля, начала Иннеса прерывающимся голосом и молила не за себя, а за любимых:
- Слыхала я, есть на земле дикие звери и хищные птицы, которые жалеют маленьких детей; волчица не растерзала, а вскормила основателей Рима; вы - человек, ваше величество; неужели же вас не трогает судьба моих сирот? Ваша кровь течет в них; взгляните на них, как они красивы; у них глаза вашего сына. Вы казните меня... За что? За то лишь, что я повиновалась тому, кого люблю? Любовь - моя вина, но ведь они -- невинны. Сжальтесь над ними! Вы, дававший в боях смерть гордым потомкам Агари, - подарите жизнь слабой женщине. Изгоните меня! На что вам моя кровь? Пусть холодная Скифия или жгучие пустыни Африки будут моим убежищем!..
При виде прекрасной женщины, простирающей к нему руки, при виде детей в слезах, похожих на его сына, как орлята на орла, король поколебался.
Видя его колебание, Цельо крикнул ему:
-- Государь! Ты не хочешь спасти сына и родину?
-- Я хочу пощадить женщину; довольно изгнания.
-- Будь благословен, государь! - воскликнула Иннеса; но ослепленный яростью Цельо кинулся на нее, как тигр, с криком:
- Так мы же спасем его помимо твоей воли!
 [700x503]
Брюллов Карл Павлович__Смерть Иннесы де Кастро.
И, оторвав детей от Инесы, схватил ее за одежду, так что распахнулась красная симарра и обнажилась лилейная грудь, - и с жадностью вонзилось в нее лезвие кинжала.
Смерть была милосердна и удар меток, так что, когда двое других убийц бросились на Иннесу и ударами мечей хотели добить ее, они добивали уже бездыханный труп.
С ужасом бежал король, подобно Понтию Пилату умывший руки в этом убийстве.
А наутро вернувшийся Педро застал весь дом в отчаянии, не передаваемом словами, а Иннесу - лежавшей на столе в том самом атласном платье, в котором она стояла под венцом.
С тех пор стал Дом любви называться в Коимбру Домом слез, Quinta das Lagrimas.
Пылок и жизнерадостен был ранее Педро; мрачен и угрюм стал он, не мог он простить отцу своему….
 [400x490]
И вот наступил 1357 год, - король Альфонс умер, - и Педро стал королем Португалии.
Не эдикты о прощении преступников, не щедрые награды верным слугам и назначения были первым деянием вступившего на престол короля - первым актом его власти был приказ разыскать и привести убийц Иннесы, Педро Цельо и Альваро Гонзальеца. И когда стало известно, что они нашли убежище у короля Кастилии, с неукротимой стремительностью поспешил Педро заключить мир и союз со своим двоюродным братом, тоже доном Педро Кастильским, с которым раньше была Португалия двенадцать лет в войне; и чего тот ни пожелал, он на все условия согласился, себе же потребовал одного: выдачи преступников.
И не храмы, не дворцы, не памятники были первым, что приказал построить новый король Португалии, -- но костры, и дыбу, и колеса, на площади Сантарема.
Свершилась казнь, а Педро, которому книги судеб готовили прозвище справедливого и милосердного, получил от народа имя Педро Жестокого.
В Испании популярна легенда о том, что Педро короновал мертвую Иннес, выполнив обещание, ей данное - о том, что она станет королевой.
Королева покоится в белой мраморной гробнице, украшенной изваяниями сфинксов...
А вскоре рядом с нею похоронили и короля.
 [700x527]
И гробницы их стоят не рядом, а одна против другой, по воле короля: затем, чтобы, когда они встанут для вечной жизни в день Страшного суда, - их первый взгляд был бы взглядом любви.
 [267x400]
***
Так гласит легенда... А что же было на самом деле?
Достоверные источники представляют эти события в несколько ином свете.
Афонсу Храбрый действительно был выдающимся правителем Португалии. Он защищал свою страну от многих напастей: от нашествия мавров, стремившихся вернуть былые завоевания; от вторжений самого сильного государства на Пиренейском полуострове – Кастилии. Когда-то власть кастильских королей простиралась на королевства Арагон, Леон, Наварра и графство Португальское. Поэтому и двести лет спустя после обретения португальцами независимости, кастильские короли втайне считали Португалию своей провинцией.
Внутри самой Португалии бушевали политические страсти: каждый феодал мнил себя суверенным корольком, безбожно тиранил простой люд, сам творил суд и расправу. Объединяясь, мятежные феодалы представляли серьезную опасность для королевской власти.
Ко всем бедам, именно в период правления Афонсу по стране прошлась со своей косой свирепая чума, не хватало рабочих рук, чтобы обрабатывать землю, строить дома, ковать оружие.
Со всеми этими заботами Афонсу IV худо-бедно справлялся. Но собственная семья – это было особое государство со своими бедами. К тому же семейные дела были тесно связаны с внешней политикой.
На протяжении столетий между представителями иберийских королевств заключались династические браки. Так что король Португалии или Кастилии не мог с уверенностью сказать, кто он по национальности – испанец или португалец.
Одна из дочерей Афонсу IV, Мария, была замужем за королем Кастилии. Но вот кастильский монарх покинул жену, да еще подверг ее унизительному обращению. Отец-португалец вступился за честь дочери, началась война, прекратившаяся лишь после примирения супругов и заступничества самой Марии.
 [300x463]
Афонсу IV
Сына Педру король женил дважды. В первый раз – на дочери испанского гранда. Но затем этот гранд стал неугоден своему королю. Поэтому король Кастилии настоял на расторжении брака. Второй брак оказался более прочным и продолжительным: в 1339 году португальский инфант Педру женился на Констансе Кастильской. Она-то и включила в свою свиту Иннес де Кастро из знатного галисийского дворянского рода.
По внебрачной линии Иннес происходила от одного из кастильских королей; ее семья состояла в родстве со многими могущественными кланами. Именно «опасные связи», тянувшиеся за фрейлиной, больше всего беспокоили короля Афонсу IV. В частности, Иннес состояла в родстве с Афонсу Саншешем, незаконнорожденным братом португальского короля. Этот Саншеш чуть не захватил португальский трон. Четыре года законный наследник воевал с незаконным. В конце концов побежденный Саншеш бежал в Кастилию, но и там не успокоился, постоянно подстрекал кастильцев против португальцев.
После смерти Констансы Кастильской фрейлина Иннес де Кастро фактически лишилась должности. В каком качестве она оставалась при дворе? Только как фаворитка инфанта. Но такой должности нет, при дворе нужен хоть какой-то официальный статус. Таким образом, лишь король Афонсу IV имел право распорядиться судьбой Иннес, по крайней мере, ее карьерой: возвысить или отставить, выслать в Кастилию или подвергнуть опале в Португалии. Он решил сослать ее в Коимбру, что не было таким уж тяжким наказанием.
 [640x480]
Коимбра, монастыре Санта-Клара
Но положение еще более осложнилось, когда в Кастилии началась гражданская война – мятежные дворяне выступили против короля. Они стремились через семейство Кастро втянуть Португалию в свою междоусобицу, а в случае успеха предложить кастильский трон португальскому инфанту Педру. И Дон Педру готов был принять это предложение. А в этом случае кастильская гражданская война неизбежно захватит Португалию.
В таких обстоятельствах Афонсу IV не рассчитывал на благоразумие сына. Многие придворные считали страсть инфанта к Иннес де Кастро «любовным помешательством».
Неизвестно, была ли Иннес де Кастро посвящена в планы своих родственников, влияла ли она на своего пылкого любовника. Или, может быть, она была лишь невольной участницей интриг? В таком случае это родственники навлекли на нее королевский гнев и кару. Это они – прямые виновники разыгравшейся трагедии.
Афонсу IV собрал королевский совет. Государственные мужи долго решали, как поступить с этой опасной женщиной. Кинжал – оружие тайной интриги, топор палача – орудие закона. Несчастная Иннес де Кастро была казнена, а не убита: по решению совета ее обезглавили в Коимбре 7 января 1355 года.
 [700x469]
Все дальнейшее происходило примерно так, как было изложено раньше. За исключением одного: не было коронации и присяги мертвой королеве. Кстати, нет этого эпизода и в поэме Камоэнса. Нет его и в трагедии Антонио Феррейры «Иннес де Кастро», написанной примерно тогда же. В финале трагедии, сразу после гибели возлюбленной, Дон Педру говорит:
Инyес, не кори, что не умер с тобой:
Я здесь, на земле, задержался, чтоб мстить,
Но скоро я встречусь с тобой в небесах,
И там я тебя назову королевой,
Когда не успел на земле…
Только позднее, и постепенно, реальное событие обрастало легендарными эпизодами. Сначала в народных романсах (старинные романсеро воспевали и воинские подвиги, и подвиги любви), потом в творениях профессиональных авторов. Начиная с XVIII века к этому сюжету обращались драматург Антуан Удар де Ла Мотт, писатели Виктор Гюго и мадам Жанлис, композиторы Николо Антонио Цингарелли и Джузеппе Персиани, художники и многие другие.
В России историю Иннес де Кастро узнали в XVIII веке благодаря опере Цингарелли, исполнявшейся в Санкт-Петербурге; в начале XIX века в Императорском театре с большим успехом шла трагедия де Ла Мотта, в которой блистал молодой Каратыгин в роли инфанта. В 1834 году Карл Брюллов создал впечатляющее полотно «Смерть Иннесы де Кастро» (хранится в Русском музее). В 1910 году известная писательница и переводчица Т.Л.Щепкина-Куперник написала новеллу «Иннеса де Кастро». В ней подробно описана ужасная сцена коронации мертвой королевы. Оканчивается новелла такими словами: «Гробницы их стоят не рядом, а одна против другой, по воле короля: затем, чтобы, когда они встанут для вечной жизни в день страшного суда, – их первый взгляд был бы взглядом любви».
И, наконец, кинофильмы о несчастной Иннес де Кастро (самый ранний – «Мертвая королева» – вышел в 1910 году в Португалии) окончательно закрепили в общественном сознании легенду о ней.
 [480x640]
В Португалии история любви Иннес де Кастро и Дона Педру давно обрела статус национального мифа. Именем Иннес названы школы, творческие конкурсы, подростки разыгрывают этот сюжет на любительской сцене.
И пусть в этой легенде немало фантазий – они подчас ценнее, чем историческая точность. Здесь правда и вымысел не противоречат друг другу, а вместе подтверждают библейскую истину: «Сильна, как смерть, любовь!»
Материал взят отсюда
Отсюда
И отсюда
 [300x60] |  |
|
|
|
|
|
|
|
