икона Остробрамской Божьей Матери

[показать]

Мядининкские ворота (Аушрос Вартай) и чудотворная икона
" Аушрос Вартай "

С Мядининкских ворот, собственно, и начинается Старый город. От них начинается улица Аушрос Варту, которая постепенно переходит в Диджейи и Пилес, центральные улицы Старого города. "Ворота рассвета" почти единственное, что осталось от крепостной стены, опоясывавшей город в средние века (еще сохранился Бастион, но о нем чуть позже). Правда, несмотря на то, что Старый город в Вильнюсе считается одним из самых больших в Европе, мы обошли его весь и посмотрели все. Ворота Аушрос Вартай являются одним из трех символов города, к которым относятся также башня Гедиминаса и Три креста. В верхней части ворот расположена часовня, украшением которой является знаменитая чудотворная икона Остробрамской Божьей Матери. Иконе поклоняются поляки, русские, белорусы, литовцы, то есть и православные, и католики. Это единственное из пяти литовских изображений Девы Марии, на которой она без младенца Иисуса. Вечером в часовне ярко горят сотни свечей, и через прозрачную стену ее хорошо видно с улицы. Чтобы подняться в часовню, найдите дверь слева от вас (если стоять лицом к часовне) в серой стене, еще ориентир возле нее обычно сидят попрошайки. Войдя в дверь, идите направо по длинному коридору, а затем вверх по лестнице. По легенде, икону писали с жены тогдашнего литовского князя Зигмунда Барбары (1620-30-е гг.), которая, по непроверенным данным, была отравлена своей свекровью из знаменитого итальянского рода Сфорца (чудесная "Дама с горностаем", которая из работ да Винчи нравится мне гораздо больше, чем "Джоконда", принадлежала некогда роду Сфорца и писана с возлюбленной герцога Сфорца. Сейчас эту картину можно увидеть в Кракове .
[показать]


Архимандрит Рафаил (Карелин)

В католических иконах нет метафизического трагизма. Там трагизм земных, душевных человеческих переживаний. А чаще всего другое - человеческая чувственность, то, что обращено к земле и принадлежит земле. Рай и ад или забыты, или оземлены, перенесены на землю. Там икона смотрит по земному, может быть добрыми глазами, но видит только земной мир. Перед такой иконой грешник, не пройдя через огонь покаяния, может вполне отдаться душевным переживаниям. Поэтому так часто на Западе поэты воспевали Деву Марию как "прекрасную даму", а рыцари называли ее королевой своего сердца, что для православного звучит как страшное кощунство и надругательство над святыней. Эта душевная чувственность и сентиментальность католических икон воспринимается подсознанием человека как возможность примирения с Богом без покаяния, без изменения себя. Поэтому в католической мистике так много говорится о восторженной любви и так мало о покаянии, очищении сердца и повседневной жестокой борьбе со страстями. Православное сознание чувствует чужое в этих по земному красивых, но в духовном плане не возрожденных, а только нежно-слащавых ликах. Это улыбающееся выражение иконы действует как усыпление грешника, как капитуляция и примиренчество с грехом. Грешник любит, когда сквозь пальцы смотрят на его безобразия. В некоторые католические иконы влюблялись люди. В православную икону влюбиться невозможно. Там гаснут страсти, там пробуждается дух. А страстный.11 сластолюбивый человек спешит отойти от такой иконы. В древних иконах нет томности, жалостливости и того, что мы назвали бы убаюкиванием грешника. Кто знает ужас трансцендентного зла, тот не станет успокаивать грешника. Тот по другому будет смотреть на земные страдания, которые так мало значат по сравнению с вечностью. Общение с Богом без сердечной чистоты, вернее, без стремления к сердечной чистоте невозможно. Сердечная чистота невозможна без покаяния и борьбы с грехом. Поэтому прощение грешника без решимости его бороться с собой, без пролития своей крови невозможно - это ложь.

http://www.lib.eparhia-saratov.ru/books/16r/rafail/orthodoxikon/6.html
О языке православной иконы