– Да не парься ты так! В конце-то концов все устаканится!

Тысячелистник не узнала голос. Она узнала запах. Выворачивающая ноздри наизнанку кислятина и – на втором плане – нотка медово-апельсинового сиропа, склеивающего в вывернутых ноздрях волосы и сосуды.

– Д-да? – всхлипнул другой голос. – У-устаканится…Меня все ненавидят…Я…Я…Никуды-ышный!

Тысячелистник  вошла в тронный зал.

Мизансцена, представшая ее глазам, была интригующей.

По обе стороны алой ковровой дорожки замерли человек тридцать мужчин и женщин, облаченных в роскошные одежды. Замерли в прямом смысле слова: не двигались, не разговаривали, не дышали.

Однако Тысячелистника такая картина нисколько не смутила и не испугала.  Хроникерша не раз наблюдала действие так называемой Петли Щелкунчика или...(читать далее на proza.ru)