– Короче, ржака была полная! – взахлеб рассказывал Ксариус, каждую паузу отмечая  странным горловым прихрюком. – Этот перец – император, в смысле – летит, сучит ручками–ножками и орет: «Контракт! Контракт!» Ну, мы, значит, понимаем: упадет – расшибется. Но времени-то в обрез, наколдовать ни фига не успеем. А с другой стороны, как же профессиональная, мать ее, репутация? А он орет: «Контракт! Контракт!» Тут и так нервы, а тут он еще надрывается…В общем, Эвредика сделала ему контр-акт. Хе! Возвела вокруг него, значит, пузырь и зациклила в нем время. Так он с тех пор там и висит.

Последняя фраза сопровождалась небрежным движением головы куда-то в высь.

Тысячелистник посмотрела наверх. В шее неприятно хрястнуло. Метрах в 15 над землей висел прозрачный шар, в котором белела человеческая фигурка.

– Во, – довольно осклабился Ксариус.

– Но убийц-то вы схватили? – спросила Тысячелистник, обращаясь к Эвредике: очень хотелось хоть на секунду отвернуться от густо пахнущего кислятиной Ксариуса.

Эвредика, которая все это время безучастно стояла у кромки мира, медленно подняла голову. Тысячелистник получила мощный хук медово-апельсиновым ароматом. В носу зашевелились кровеносные сосуды.

– Схватили, – ответил Ксариус. – Только не мы, а тайновысокоподданные. Короче, от троих душегубчиков остался... (читать далее на proza.ru)