За то, что нет благословения
Для нашей сказки — от людей,—
За то, что ищем мы забвения
Не в блеске принятых страстей,—

За то, что в сладостной бесцельности
Мы тайной связаны с тобой,—
За то, что тонем в беспредельности,
Не побежденные судьбой,—

За то, что наше упоение
Непостижимо нам самим,—
За то, что силою стремления
Себя мы пыткам предадим,—

За новый облик сладострастия,—
Душой безумной и слепой
Я проклял всё — во имя счастия,
Во имя гибели с тобой.
***
[560x700]

О Елена, Елена, Елена,
Как виденье, явись мне скорей.
Ты бледна и прекрасна, как пена
Озаренных луною морей.

Ты мечтою открыта для света,
Ты душою открыта для тьмы.
Ты навеки свободное лето,
Никогда не узнаешь зимы.

Ты для мрака открыта душою,
И во тьме ты мерцаешь, как свет.
И, прозрев, я навеки с тобою,
Я — твой раб, я — твой брат — и поэт.

Ты сумела сказать мне без речи:
С красотою красиво живи,
Полюби эту грудь, эти плечи,
Но, любя, полюби без любви.

Ты сумела сказать мне без слова:
Я свободна, я вечно одна,
Как роптание моря ночного,
Как на небе вечернем луна.

Ты правдива, хотя ты измена,
Ты и смерть, ты и жизнь кораблей.
О Елена, Елена, Елена,
Ты прекрасная пена морей

***
Опошлено слово одно
И стало рутиной.
Над искренностью давно
Смеются в гостиной.
Надежда и самообман -
Два сходных недуга.
Единственный мир без румян -
Участие друга.

Любви я в ответ не прошу,
Но тем беззаветней
По-прежнему произношу
Обет долголетний.
Так бабочку тянет в костер
И полночь - к рассвету,
И так заставляет простор
Кружиться планету.

***
Мы скоро в сумраке потонем ледяном;
Прости же, летний свет и краткий и печальный;
Я слышу, как стучат поленья за окном,
Их гулкий стук звучит мне песней погребальной.

В моей душе - зима, и снова гнев и дрожь,
И безотчетный страх, и снова труд суровый;
Как солнца льдистый диск, так, сердце, ты замрешь,
Ниспав в полярный ад громадою багровой!

С тревогой каждый стук мой чуткий ловит слух;
То - эшафота стук... Не знаю счета ранам,
Как башня ветхая, и ты падешь, мой дух,
Давно расшатанный безжалостным тараном.

Тот монотонный гул вливает в душу сон,
Мне снится черный гроб, гвоздей мне внятны звуки;
Вчера был летний день, и вот сегодня - стон
И слезы осени, предвестники разлуки

***
Если зима приходится на июль

Если зима вдруг приходится на июль,
Если проснулся в кровати, но весь в снегу,
Губы мгновенно замерзли на слове «лю…»
Значит, солгу тебе правду. Опять солгу.

Я расскажу, что ты принц из другой страны.
Я промолчу, что страны твоей больше нет.
Той, где под солнцем и звездами все равны,
Той, по которой ты плакал сейчас во сне.

Я расскажу, что глаза у тебя в отца.
Я промолчу, что он был от рожденья слеп,
Помня его волевые черты лица,
Теплые руки, дающие теплый хлеб.

Я расскажу про родную твою сестру.
Смуглую девочку, шуструю как лиса.
Я промолчу, как тащили ее к костру.
Богу Дождя не хотелось ее спасать.

В доме натоплено. Ночь и горит камин.
Ты улыбаешься, веря моим словам.
А за окном, осыпаясь, цветет жасмин
А под окном, зеленея, растет трава.

Ты засыпаешь и видишь свои снега.
Я научу, и ты сможешь сказать «люблю»
Знаешь, как трудно бывает тебе солгать
Если зима вдруг приходится на июль?
© Саша Бесt

***
Созидающий башню сорвется,
Будет страшен стремительный лет,
И на дне мирового колодца
Он безумье свое проклянет.

Разрушающий будет раздавлен,
Опрокинут обломками плит,
И, Всевидящим Богом оставлен,
Он о муке своей возопит.

А ушедший в ночные пещеры
Или к заводям тихой реки
Повстречает свирепой пантеры
Наводящие ужас зрачки.

Не спасешься от доли кровавой,
Что земным предназначила твердь.
Но молчи: несравненное право -
Самому выбирать свою смерть.

***
Приходи на мою могилу, если ищешь тепла и мира,
Пей бокал за моё здоровье в доме хайгейтского вампира,
Отпляши пару страстных вальсов на окраине старой Вены,
Заблудись средь печальных статуй в бесконечном саду Стальено.

Приходи, если будет больно, подари свою грусть туману,
В тёмных норвудских катакомбах я с рассветом тебя застану,
В пьяном джазовом Лафайете преврати меня в куклу вуду
И сожги все печали в листьях алых клёнов холмов Грин-Вуда.

Здесь тебя не накажут боги, здесь тебя не достанут черти,
В сонном мраморном Побленоу не боятся объятий смерти.
Позабудь, что мой дом заброшен, что увита плющом веранда,
Я танцую в соборе Берна, в Груневальде и Сан-Фернандо.

Приходи, если стёрты ноги, а во рту горчо и сухо
Сквозь египетский Город Мёртвых, сквозь долину царей и духов,
Я дождусь тебя в де Долорес, с Калаверой танцуя танго,
В рыжем шёлковом Варанаси, упокоившись в водах Ганга,

В желтокрылый осенний полдень или в знойную пору лета
В тонком переплетеньи стилей аргентинского Реколета,
Средь узорных камней Ньюгрейджа, в гулком эхе эльфийских песен,
В опустевшем ночном Париже, в Монпарнасе и Пер-Лашесе.

Коли трещин не стерпит сердце, распадётся, звеня, на грани –
На тебя я подую бризом у висячих гробов Гун-Сяня,
В белопёрых цветущих вишнях, в лепестках на камнях Янаки,
В листьях пальм и крестах Бореллы ты мои расшифруешь знаки.

Ты прочтёшь имена на стенах тёмных башен и коридоров,
Ты отыщешь меня средь склепов Сан-Амаро и Исидоро,
У Грейфрайерских врат при встрече я подам тебе руку, милый…
Если станет невмочь держаться – приходи на мою могилу.
_______
В стихотворении упоминаются или подразумеваются следующие кладбища: Хайгейтское (Лондон), Центральное (Вена), Стальено (Генуя), Вест-Норвуд (Лондон), Лафайет (Новый Орлеан), Грин-Вуд (Нью-Йорк), Побленоу (Барселона), Груневальдское (Берлин), Сан-Фернандо (Севилья), Город Мёртвых (Каир), Гражданский пантеон де Долорес (Мехико), Реколета (Буэнос-Айрес), Монпарнас и Пер-Лашес (Париж), Янака (Токио), Борелла (Коломбо, Шри-Ланка), Сан-Амаро (Ла Корунья), Сан-Исидоро (Мадрид), Грейфрайер (Эдинбург), а так же следующие географические объекты: Бернский собор (Швейцария), знаменитый витражами с изображением «плясок смерти», Варанаси (Индия) - религиозный центр, где, в частности, проводят погребальные обряды, Ньюгрейдж (Ирландия) – мегалитный комплекс, почитавшийся кельтами не только как усыпальница, но и как врата в потусторонний мир (в более поздних легендах связывается с Самайном и феями), Гун-Сань (Китай) – район, где сохранилась традиция располагать гробы на отвесных скалах.

MariLafitt. Стихи и песни.

***
В сказках, в древних легендах - снег, темнота и мрак.
Как мне с ними бороться, скажи мне, о боже, как?!
Как тут быть сильной, смелой, как согревать в пути,
когда лавины, торосы, сугробы, метели, и до жилья не дойти?..

Руки мои слабы, и сердце ноет в груди.

Твое же такое огромное - в нем воплотился мир.
И кто мне расскажет, как его завести?
Ведь я не могу иначе,
мой сломанный механизм для радости, жизни, любви
вовсе не предназначен.
Но я так срослась, так свыклась, связалась с ним...

И вопреки всем ветрам, всем холодам и тьме
я дотянусь - светом - к нежной твоей душе.
И если ничто не согреет, и не достать мне огня -
я грудью тебя закрою, безрукая, глупая...

не забывай меня.

Если выживешь, если встанешь и снова тронешься в путь,
то в колесе Сансары мы встретимся - как-нибудь.
Я буду весенней веткой, а может, камнем в степи.

На застывшие веки ложится иней, лицо залепляет снег.

Встань. И иди. Я жду, я зову тебя. Верю.
Потому что ты - Человек.

(Полина Смирнова)