Куря беспричинно на остановке трамвая,
Хочу до конечной, горячего чая.
Чтоб вдруг полил дождь.
И намокли все стекла,
Ведь я не умею рыдать вот так просто.
Еще — чтоб Москва потихоньку темнела.
Включая огни, отражая от тела.
От тела себя, своих улиц, прохожих,
Творя вокруг мир, ни на что не похожий!
А я буду ехать тихонько в трамвае,
Который звенит на машины
— как лает.
Искрит иногда:
я не вижу, но слышу.
Как искры посыпались ярко на крышу.
Увижу собаку — промокшую псину.
И больше согну я от жалости спину.
Придумаю быстро в блокноте картину.
Поправлю штанину,
увижу причину
Своих невезений, совру себе мирно,
что я неплохой, что творец я солидный...
Но неочевидный, я неочевидный!
Позлюсь, поругаюсь, потом все отпустит.
Когда отвлекусь за окно
— там подпустит
к себе чуть поближе девчушка собачку.
Укусит?
Погладит?
Укусит?
Погладит?
А я проезжаю все дальше
в трамвае.
В чарующем мире Москву изучая.
Аркадьев Кирилл