Это вовсе не глупый вопрос!
Большинство людей думают в первую очередь о себе
и о своих чувствах,
поэтому позволяют себе подобные выходки!

И достается в первую очередь самым близким.
Я такая же.
Но пытаюсь бороться с этими своими задвигами

нет, ну во всех есть этот эгоизм.
в данном случае я не могу понять: люди либо не расставляют приоритеты, либо расставили не в мою пользу...

А выяснить никак?
У меня когда наступает момент неясности, я буду терзать до последнего, но чтобы ясность была!
Иногда это не очень здорово заканчивается,
но когда все отходят - больше нет непонимания!

надоело просто выяснять!
если человек сам не хочет, значит ему не нужно это...

Эпилог.

Закрыта дверь, подведена черта.
Твой голос прячется в углу гостинной.
Мрак затопил знакомые места.
А я к нему иду, иду с повинной.

Мрак обнимает, укрывает с головой,
Вползает в поры, заменяя кожу.
Но всё - равно растёт тупая боль.
Её он замениить, увы, не может.

Оборвалась внутри какая-то струна,
И звон её мне разрывает душу.
Ко мне по комнате крадётся тишина,
Мне жаль её. Её я не нарушу.

Встаю и замираю у окна
Смотрю на двор, до одури знакомый.
Со мною рядом примостилась тишина,
Ей хорошо, она полна истомой.

А во дворе уже толпятся тени
Спешат, снуют, одна из них твоя.
Они так зыбки. Сгинут коль заденешь,
И я смотрю, дыханье затая.

Она подходит и ложится на стекло.
Твой абрис бесконечно точен,
Я протянул ладонь, давая ей тепло,
Так холодно сейчас, на грани ночи.

Зла не держи, хотя не в этом суть,
Я путаюсь в словах, струна звенит..
Всё будет здорово, и даже лучше чуть.
Прошу и умоляю - извини.

Эпилог.

Закрыта дверь, подведена черта.
Твой голос прячется в углу гостинной.
Мрак затопил знакомые места.
А я к нему иду, иду с повинной.

Мрак обнимает, укрывает с головой,
Вползает в поры, заменяя кожу.
Но всё - равно растёт тупая боль.
Её он замениить, увы, не может.

Оборвалась внутри какая-то струна,
И звон её мне разрывает душу.
Ко мне по комнате крадётся тишина,
Мне жаль её. Её я не нарушу.

Встаю и замираю у окна
Смотрю на двор, до одури знакомый.
Со мною рядом примостилась тишина,
Ей хорошо, она полна истомой.

А во дворе уже толпятся тени
Спешат, снуют, одна из них твоя.
Они так зыбки. Сгинут коль заденешь,
И я смотрю, дыханье затая.

Она подходит и ложится на стекло.
Твой абрис бесконечно точен,
Я протянул ладонь, давая ей тепло,
Так холодно сейчас, на грани ночи.

Зла не держи, хотя не в этом суть,
Я путаюсь в словах, струна звенит..
Всё будет здорово, и даже лучше чуть.
Прошу и умоляю - извини.

Эпилог.

Закрыта дверь, подведена черта.
Твой голос прячется в углу гостинной.
Мрак затопил знакомые места.
А я к нему иду, иду с повинной.

Мрак обнимает, укрывает с головой,
Вползает в поры, заменяя кожу.
Но всё - равно растёт тупая боль.
Её он замениить, увы, не может.

Оборвалась внутри какая-то струна,
И звон её мне разрывает душу.
Ко мне по комнате крадётся тишина,
Мне жаль её. Её я не нарушу.

Встаю и замираю у окна
Смотрю на двор, до одури знакомый.
Со мною рядом примостилась тишина,
Ей хорошо, она полна истомой.

А во дворе уже толпятся тени
Спешат, снуют, одна из них твоя.
Они так зыбки. Сгинут коль заденешь,
И я смотрю, дыханье затая.

Она подходит и ложится на стекло.
Твой абрис бесконечно точен,
Я протянул ладонь, давая ей тепло,
Так холодно сейчас, на грани ночи.

Зла не держи, хотя не в этом суть,
Я путаюсь в словах, струна звенит..
Всё будет здорово, и даже лучше чуть.
Прошу и умоляю - извини.

твоими же...

"...Но ночами кто-то шепчет:
Всё могло бы быть иначе...."

вообще, эта твоя поэма оказалась во многом пророческой...