Сегодня день рождения отмечает лучший фигурист-одиночник настоящего времени, Нэйтан Чен. В собственном дневнике я могу себе позволить столь категоричное утверждение. Как частное лицо. Я слишком давно наблюдаю фигурное катание. Видела-перевидела их столько. И любимцев было предостаточно. За которых я болела со всей страстью, прекрасно понимая все их слабые стороны. Но такого, как Нэйтан, я не видела никогда. Это некая квинтэссенция именно мужского фигурного катания. Можно сказать вершина эволюции на данный момент. Не знаю, как охарактеризовать его одним словом. Дайсуке Такахаши в такой же ситуации сказал о Нэйтане: "Он красивый". Пожалуй, я бы согласилась с этим. Он действительно эстетичен во всем, что делает на льду. Безупречен от тугих колец кудрей до чёрных лезвий коньков John Wilson Blades. Но все же применила бы другое слово: "Он настоящий". Бриллиант чистой воды, который сияет ярким и ровным светом. Без ненужной суеты, без пафоса и шлейфа скандалов. Без перьев, рюшей и страз. Он просто выходит и катается так, что перехватывает дыхание. И запросто может довести до тихих слез восторга. Вот и все. Назло тем, кто продолжает упрямо пыхтеть о якобы завышенных оценках и якобы деревянности и прочие глупости, о которых даже говорить противно. Для меня все это с легкостью перекрывает стоящий зал в Сайтаме, когда японцы уже понимали, что Ханью не станет первым, и все же устроили овацию его сопернику. Еще стоящий зал в Стокгольме. Немногочисленный, но зато какой. Там были только те, кто понимает по-настоящему, что такое фигурное катание. И еще аплодирующий стоя Стефан Ламбьель. Он никогда не был "технарем", но по части понимания и интерпретации музыки, хореографии, равных швейцарцу на мой взгляд, очень мало. Нэйтан привел его в полный восторг своим прокатом. Да и поздравление от маэстро Филиппа Гласса, живого музыкального классика, тоже чего-то да стоит.
Истинному таланту никогда не было легко. В любой отрасли. Его ответ на злопыхательство три подряд титула чемпиона мира. Нэйтан выиграл все и вся. За исключением Олимпиады. Правду о том, что случилось в Пьенчхане, я думаю никто из нас так и не узнает. Теперь есть шанс Пекина. И никому наверное я не желала золота так отчаянно, как ему. Именно потому, что он настоящий. Мальчик, прикоснувшийся к звездам.
Грациозен даже в баскетбольном броске. Так и кажется, что сейчас скрутит коронные четыре оборота, а потом забросит мяч.
Я знаю, что фигурное катание не является для него делом всей жизни. Нэйтан достаточно разносторонний человек с самым широким кругом интересов. Он йельский студент, хочет получить высшее образование и заниматься медициной. Он играет на гитаре и пианино. Он разбирается в баскетболе и балете. Балетом занимался в детстве, а разминка с мячом помогает ему сохранить концентрацию перед ответственными стартами. Он хорошо играет в шахматы и сдал экзамен по математике в университете на высший балл. Я ничего не забыла? Его волнуют проблемы бездомных детей. Он немного говорит и понимает по русски. Наконец он просто красивый и обаятельный парень. И чем бы он не занимался, у него все получится. Надеюсь и верю, что золото Олимпиады он тоже возьмет.
У него потрясающей красоты и выразительности балетные руки. И загадочный взгляд восточного мужчины.
В заключение хочу привести цитату из отчета о командном ЧМ от человека, который был там, на трибунах. Ее ник на "Sports.ru" Darya-yeNoor
Очень интересна аналогия, которую она приводит в своем отчете:
"Нейтан как-будто заколдовывает зал. Но не так как Плю с его феноменальной командой льда. Чен действует по принципу театра Но - через эмоции подсознания, погружая зрителей в своё притяжение. Он холоднее льда на голову, здоров на все нервы и обладает позитивным добрым умом.
Театр Но имеет тысячелетнюю историю, от театра циркачей-трубадуров до рафинированного искусства. Сравнение с Ченом состоит в том,
что театр Но не гипнотизирует зрителя, управляя им вне его сознания. Не командует им как подчинившимся. Они дают зрителю выбор, т.е.
свободу, и сделав оный зритель добровольно участвует в театре изнутри, т.е. находясь на сцене с артистами. Вот и катание Чена
вызвало у меня такую же аналогию".
Крутые парни фигурного катания: Нэйтан Чен, Шома Уно, Боян Дзин. По лицам видно, что время они на этом шоу проводили очень весело.
Вот так заодно и просвещаешься, благодаря фигурному катанию и великолепным прокатам. Спасибо таким вот вдумчивым болельщикам и самому Нэйтану. И с днем рождения его.
А в заключение размещу свой фанфик, посвященный имениннику. О костюме Нэйта к его нынешней ПП много спорили. А мне захотелось немного пофантазировать на эту тему. И заодно представить себе моменты творческого процесса поразившей меня программы.
"КОФТОЧКА ШЕ-ЛИНН"
— А я говорю, что твоя синяя распашонка абсолютно ни о чём. — Ше Линн Бурн сердито посмотрела на Нэйтана Чена, которого пригласила к себе домой. — Совершенно не вписывается в программу. Костюм нужно менять. И немедленно.
Двукратный на тот момент чемпион мира трагически закатил глаза. Нэйтан от души ненавидел весь процесс подбора костюмов. Он покорно терпел дизайнерские эксперименты Веры Вонг, лишь бы от него побыстрее отстали и не мешали оттачивать программы до блеска. Зато в интернете зубоскалили над «творчеством» Веры по полной программе. Нэйтан давно научился не обращать на это внимания. Он добился в фигурном катании таких высот, что мог позволить себе некоторую экстравагантность в плане одежды. И подобное положение вещей полностью устраивало йельского студента. Однако Ше Линн была на сей счёт иного мнения, которое она без всяких обиняков и высказала фигуристу.
— Программа ведь абстрактная, — попробовал было торговаться Нэйтан. — Предполагает разнообразные трактовки. И пусть костюм будет, как ты говоришь «ни о чём». Не страшно.
— Ну уж нет, — решительно возразила хореограф. — Мы проделали слишком большую работу, чтобы ты своим пофигизмом по части образа всё уничтожил.
— Может мне вообще без верха катать? — недовольно пробурчал фигурист.
— Конечно, — фыркнула Ше Линн. — Только тогда программу мою никто не заметит. На пресс твой распрекрасный пялиться будут. Так что предложение не проходит. Будем искать образ. — И она в шутку бросила в фигуриста случайно попавшуюся под руку черную кофточку.
— Смелое решение, — Нэйтан на лету поймал вещицу и развернул её. — А что, мне нравится дизайн. Унисекс. И вентиляция хорошая. — Он просунул руку в дырку на спине.
— Это мой костюм с какого-то шоу, — предалась воспоминаниям хореограф. — Давно это было.
— Годная вещь, — усмехнулся фигурист. — Предлагаю остановиться на этом варианте.
— Ну конечно, чтобы я от тебя отстала, — проворчала Ше Линн. — Может, ещё примерить рискнёшь?
— Да запросто, — Нэйтан стал натягивать кофточку поверх футболки.
— И пусть Вера Вонг умрёт от зависти, — развеселилась хореограф. Однако когда её подопечный окончательно одёрнул трикотаж на себе и вскинул взгляд на женщину, ей как-то расхотелось смеяться. Эффект оказался неожиданным. Чёрный цвет красиво оттенял кремовую кожу фигуриста. Вырез открывал мужественную шею, которая вечно терялась в воротниках-стойках дизайнерских «шедевров» от Веры. Романтический беспорядок кудрей странно гармонировал с дырявой абстракцией предмета одежды. А главное таинственный, непроницаемый взгляд раскосых чёрных глаз, в глубине которых мерцал огонь, в любой момент готовый вырваться наружу.
— Йель тебя забери, Нэйтан Чен, — ошеломлённо пробормотала Ше Линн. — Правду говорят, хоть мешок из-под картошки на тебя нацепи, ничем не испортишь. А ну, попробуй подвигаться.
Нэйтан молча сложил руки горстью, как в программе, медленно поднял их на уровень глаз, опустил, как-будто размышляя о чём-то. Затем грациозно склонился направо. Изящная балетная рука, совершенная до кончиков пальцев, ушла вверх. Затем он выпрямился и раскинул обе руки в парящем жесте. Чёрная птица или …
— Душа! — вдруг воскликнула Ше Линн. — Ни мужчина, ни женщина. Человеческая душа. Мятежная, ищущая. Это же находка, а не кофточка. Завтра же пойдём работать в этом направлении.
— Сетку нужно под неё, — усмехнулся Нэйтан, выходя из образа. — Не то околею нафиг на льду со всей этой вентиляцией.
— Вот что ты за человек, Чен, — вздохнула хореограф. — Весь полёт вдохновения разрушил.
А потом был триумф в Стогольме и третий титул чемпиона мира. Ше Линн не могла сдержать слёз восторга, глядя на тот воистину «золотой» прокат. В медитативной музыке Филиппа Гласса и в её хореографии Нэйтан уносился в космические дали. И женщине казалось, что вместе с той чёрной кофточкой передала она ему своё безмерное восхищение и отчаянное желание победы в главном старте ковидного сезона. За долгую свою карьеру хореографа Ше Линн работала с разными фигуристами. Талантливыми, блистательными, титулованными и не очень. Но этот юноша был совершенно особенным. Непостижимым образом сочетающим в себе почти нечеловеческую силу, позволявшую ему взрываться квадами во второй половине программы и редкую одухотворённость, с которой он отдавался музыке. Нэйтан был очень земным и крепко стоящим на ногах, с одной стороны. С другой же, в душе его жили звёзды. «Метаморфозы» явили их миру. Удивительная программа, в которой есть одиночество современного человека, тщательно скрывающего свои истинные чувства, его мечты и раздумья, приходящие в тонкой пелене снов. И яростный взрыв, желание уничтожить преграды, условности, мешающие жить. Идти в этом до конца или сгореть на пути к освобождению.
«Таинство»… Именно это слово слышала Ше Линн от потрясённых зрителей. Точнее не скажешь. Нэйтан приоткрыл кусочек своей души и смог прикоснуться к нашей собственной. И это уже не просто спорт. Это настоящее волшебство, которое случается не так часто. И может быть истинную ценность «Метаморфоз» для мира фигурного катания смогут понять только когда пройдёт какое-то время.
— Кофточка оказалась счастливой, — хитро прищурил глаза Нэйт, когда они встретились с Ше Лин уже после Стокогольма. — А у тебя случайно нет ещё? Для Олимпиады.
— Найдётся, — усмехнулась хореограф. — У меня задумка есть для программы. Давняя. Я не могла найти, кому предложить. А теперь поняла, ты единственный, кто сможет претворить в жизнь мою мечту. И попробуй только не выиграть золото! Не знаю, что сделаю, — пригрозила она.
— Я понял, — Нэйтан поднял руки в шутливом ужасе, а потом слегка приобнял женщину за плечи. — Спасибо, Ше, — серьёзно сказал он. — За всё спасибо. Будем работать дальше.
***
|
|
|
