Когда я укладываю своего трехлетнего сына и он обнимает меня ручонкой, глядя по бритой седой голове, - я чувcтвую себя защищенным его руками.
Сорок лет назад так же обнимала и гладила мать. Вероятно, обнимала бы и сейчас, да как-то нам обоим неловко - она немолода и я не мальчик...Мы и говорим то больше иносказательно.
Мой мальчик, моя звездочка обнимает меня, крепко прижимая к своему крохотному тельцу, и улыбается восне - ему ничего не страшно рядом с таким большим и сильным человеком, как его отец. Он пока не знает, что его отец сам нуждается в защите. В защите этих маленьких ручек с неровно подстрижеными ноготками.
ему ничего не страшно рядом с таким большим и сильным человеком, как его отец. Он пока не знает, что его отец сам нуждается в защите.В защите этих маленьких ручек с неровно подстрижеными ноготками.
Он и не узнает этого никогда. Скоро наступит время, когда я перестану прижиматься к нему, потомучто дети всегда должны быть уверены, что самым мужественным и справедливым человеком на свете является их отец.
А отцам... А отцам до безумия хочется нежности.
И лишь у какой-нибудь тихой заводи, допивая водку из прохладной фляжки и глядя на одинокий, обдуваемый теплым ветром метроном поплавка, можно отпустить себя и уронив голову на руки, заплакать о прожитой жизни, где тебе всего хватило сполна, кроме нежности, отпускаемой такими скупыми долями, словноона покоится на дне глубокого колодца, в очереди к которому можно простоять всю жизнь.
Сколько мне осталось этой нежности? Два, ну, три года, а потом? А потом сын вырастет и с точностью до жеста повторит путь своего отца.
Сыновья обречены повторять путь своих отцов. И этот путь обреченных бесконечен.

Из сборника прозы Сергея Говорухина "Прозрачные леса под Люксенбургом"

Интернет магазин OZON.ru http://www.ozon.ru/context/detail/id/5119472/
Магазин книг "ЛАБИРИНТ" http://www.labirint.ru/books/237108/

И другие магазины:http://market.yandex.ru/model.xml?modelid=6163794&hid=90829
[200x316]