[показать]Индивидуум существо хрупкое.
[показать]Сломать, уничтожить, убить во много раз легче, чем сотворить или породить. Больше того — во много раз легче, чем защитить себя от угрозы поломки или уничтожения.
[показать]Убийце достаточно нанести удар лишь один раз.
[показать]Тот же, кто желает надёжно защитить себя от приходящего из пустоты удара, вынужден будет постоянно пребывать настороже и постоянно ждать неведомой угрозы.
[показать]Асимметрия.
[показать]Человек, цивилизация или снежинка — особой разницы тут нет. Уничтожить это всегда во много раз проще, чем вечно оберегать.
[показать]Чтобы защитить себя от убийственной асимметрии, некоторые виды структур научились объединяться в структуры ещё большие. Хотя слово «научились» здесь не совсем уместно — и может создать в уме читателя ложное неосознанное впечатление о наличествующем здесь акте заслуги. В действительности просто часть структур случайно усложнила себя — тем самым нечаянно обеспечив себе чуть меньшую уязвимость перед жестоким фильтром отбора.
[показать]Таким образом:
[показать]— асимметрия разрушения и созидания косвенным образом поспособствала эволюции и самому нашему возникновению;
[показать]— одновременно она привела к возникновению в каждом из нас сильного инстинкта индивидуального самосохранения.
[показать]Первое вроде бы должно склонять нас к восприятию асимметрии разрушения и созидания как положительного фактора. Есть люди, которые пытаются воспринимать смерть, хаос и страдания именно так — через позитивную призму.
[показать]Второе вроде бы должно склонять нас к восприятию асимметрии разрушения и созидания как отрицательного фактора. Инстинкт индивидуального самосохранения призывает нас ненавидеть то, что может нас убить, даже если наш вид в целом — или вся жизнь во Вселенной? — от этого станет лишь сильнее.
[показать]Диалектика?
[показать]Педант мог бы заметить, что, строго говоря, заслуга Смерти в эволюционном процессе очень косвенна. Смерть попросту устраняет не участвующие в эволюции организмы, тем самым высвобождая их материальные ресурсы для использования более продвинутыми организмами. Смысл в этом существует лишь постольку, поскольку материальные ресурсы не бесконечны относительно числа их потребителей.
[показать]Иначе, с точки зрения материализма, быть бы и не могло — поскольку потребители сами возникают из материи и сами её представляют.
[показать]Иначе могло бы быть лишь в случае возникновения специфически маловероятных обстоятельств и очень точно подобранных условных определений.
[показать]Тем не менее:
[показать]— из соображений морального характера;
[показать]— из соображений педантичного характера;
[показать]— из соображений утопического характера;
мне хотелось бы ещё раз подчеркнуть тот факт, что Смерть полезна для эволюции лишь в силу ограниченности ресурсов и порождаемой ею периодической необходимости в трупоедстве. Асимметрия разрушения и созидания, приводящая к пресловутому «вымиранию слабых», сама по себе не друг нам. Но мы вместе с ней «дружим против» глубинно враждебного нам фактора ограниченности ресурсов.
[показать]Чисто теоретически ничто не мешает представить себе Вселенную без этого ограничения, возможно, представляющую собой гуманизированную версию квантового мультиверса, где каждая самореплицирующаяся материальная конфигурация, вплоть до примитивного вируса «I love you», получает себе свой собственный океан хаотичных неорганизованных ресурсов для поглощения.
[показать]С другой стороны, для эволюции необходимо не только пресловутое «вымирание слабых».
[показать]Необходимы — и это уже по-настоящему фундаментальное требующееся условие — мутации.
[показать]Тут мы имеем дело с интересным философским вопросом.
[показать]Не иной ли это лик Смерти?
[показать]Где грань между исчезновением и изменением? Если же брать уровень чисто психического человеческого существования, то здесь мы вообще имеем не раз подмеченный мыслителями парадокс — чтобы ощущать неизменно продолжающимся своё существование, человеческий разум должен изменяться во времени.

[показать]Но мы отвлеклись.
[показать]Как уже говорилось выше, каждый человек — каждая снежинка или цивилизация — дьявольски хрупкая структура.
[показать]Разрушить легче, чем уберечь.
[показать]С цивилизациями, особенно когда мы мысленно экстраполируем их развитие на космический уровень, повторяется приблизительно та же история, что и с людьми на рассвете их дописьменного существования. Вдруг выясняется, что цивилизацию в целом — особенно в условиях так называемого Первого Контакта — очень даже легко уничтожить.
[показать]Существует теория SETI-атаки, утверждающая, что теоретически через проект SETI, сканирующий небо в поисках осмысленных радиосигналов, мы можем нечаянно получить межзвёздный информационный вирус или посылку с секретом, наподобие чертежей и кода искусственного интеллекта, который, когда мы его из любопытства создадим, уничтожит нас и построит в Солнечной Системе сеть больших радиотрансляторов, передав цепочку SETI-атаки дальше. Причём предполагается, что произойти это может вовсе не потому, что межзвёздные цивилизации злонамеренны — о нет, большая часть из них может быть вполне благожелательна, — просто именно те немногие из них, кто вступит на подобный вирусный агрессивный путь самораспространения, имеют шанс относительно быстро в астрономическом масштабе времени заполонить небо и эфир.
[показать]Существуют более простые варианты угрозы.
[показать]Например, разогнанный на лазерном луче до высоких скоростей объект астероидной массы — нацеленный строгим образом в нашу планету. К тому времени, когда цивилизация обнаружит подобный объект приближающимся к её материнской планете, может быть уже поздно что-то менять.
[показать]Зачем кому-либо в Галактике предпринимать подобное?
[показать]Затем.
[показать]Проблема не в том, что большинство цивилизаций Вселенной могут быть злонамеренны, а в том, что вирусные агрессивные стратегии маркетинга в масштабах мироздания как будто норовят распространяться и побеждать. Существует множество теоретических спекуляций на тему зондов фон Неймана, гипотетических машин, рассылаемых сверхцивилизациями по космосу и самовоспроизводящихся для ещё большего распространения, а попутно, возможно, и очищающих осваиваемый сектор космоса от иных цивилизаций и их зондов. Почему? Просто потому что подобная стратегия как будто обязана победить.
[показать]Как будто.
[показать]Выражаясь высочайшим штилем, не мы злонамеренны — злонамерен мир.
[показать]Или?
[показать]Индивидуум, первый раз сталкивающийся с рассуждениями на эту тему или читающий подробную дискуссию на этот счёт между трансгуманистами или любителями космических опер в Паутине, подчас не может преодолеть в себе вязкое сонливое удивление. Концепция неизбежной победы наглого и агрессивного вирусного маркетинга кажется не вполне соответствующей наблюдаемому невооружённым глазом в окружающей нас живой среде, в которой помимо неустанного взаимоистребления в духе Дикого Запада и принципа «стреляй первым» наличествуют также неисчислимые случаи комменсализма и симбиоза.
[показать]Что там говорить — сам читатель представляет собой один из таких случаев. Большей своей частью человеческий организм представляет сообщество бактериальных и вирусных колоний. Впрочем, сами гены как таковые — в некотором роде вирусы, упакованные в клетку.
[показать]За кадром остаётся и вопрос морали.
[показать]Подозрение вызывает тот факт, что многие рассуждения, рассматривающие стратегию военного взаимодействия межзвёздных сверхцивилизаций, как будто неосознанно исходят из представления об эволюции морали как о параболоидной кривой с коротким всплеском через несколько тысячелетий после начала письменной истории и последующим затуханием. Трудно отделаться от ощущения, что мораль рассматривается здесь в качестве случайного, неведомо как и почему возникшего феномена. Который обречён сразу исчезнуть после выхода цивилизации в космос и после добавления приставки «сверх» к её самообозначению — сменившись агрессивными стратегиями вирусного маркетинга и правилами Дикого Запада.
[показать]При этом:
[показать]— настойчиво педалируется такой факт, как имморальность и скрытая экономическая доминанта большинства войн, ведомых когда-либо человечеством.
Но почему-то:
[показать]— настойчиво игнорируется тот факт, что едва ли не с самого пробуждения в человеке разума властителям племён всегда приходилось выдумывать для своих подчинённых хотя бы какой-то морально обеляющий войну мотив.
[показать]Кроме того:
[показать]— подозрение у читателя, впервые знакомящегося с современными теоретическими рассуждениями о возможных войнах сверхцивилизаций, вызывает тот факт, что гипотетические могущественные сверхразумы подобно простым смертным так же находятся в плену «дилеммы заключённого».
[показать]Суть «дилеммы заключённого», как известно, в следующем. Двое заключённых могут либо дать показания друг на друга, либо промолчать. Если они дадут показания друг против друга, то получат по большому сроку каждый, если оба промолчат — отделаются небольшим сроком наказания. Если показания против другого даст лишь один из них — его срок окажется ещё меньше, но другой засядет надолго.
[показать]Парадокс «дилеммы заключённого» в том, что заключённым как правило не удаётся договорится об обоюдном молчании.
[показать]Каждый думает так: «Если мой сосед и вправду промолчит, то я отделаюсь минимальным сроком. Если же он даст или уже дал на меня показания — я, по крайней мере, ему отомщу».
[показать]Проблема в том и состоит, что так думают оба.
[показать]Так и у нас.
[показать]Гипотетические могущественные межзвёздные сверхцивилизации представляются нам в духе испуганных ковбоев с руками на револьверах, вынужденных подчиняться принципу «стреляй первым» — иначе это сделает враг. Что, если радиосигнал из созвездия Ориона является неявной SETI-атакой? Что, если входящий в нашу Солнечную Систему шаровидный голубовато-металлический объект несёт на своём борту агрессивных саморазмножающихся нанороботов? Горе было бы дружелюбным коммунистическим каллистянам из романа Георгия Мартынова, войди они в звёздную систему достаточно продвинутой и вооружённой подобными представлениями цивилизации.
[показать]Чтобы защититься от некоторых из наиболее наглядных и наиболее осуществимых враждебных угроз, иногда наиболее оптимальным путём для сверхцивилизации предлагается изменение самого своего существа — превращение себя и всей своей планетной системы в гигантский Компьютрониум, облако саморазмножающихся и саморемонтирующихся по мере необходимости технических систем, своеобразной кибержизни, несущей в каждой своей частице грань разума создателя.
[показать]Концепция эта по-своему глобальна и захватывает дух, будучи возможной к осуществлению даже вне зависимости от потенциальных враждебных причин.
[показать]Но не иронично ли всё же?
[показать]Сверхцивилизация, находясь в плену «дилеммы заключённого» и неумолимой логики Бытия, возможно, будет вынуждена менять саму свою форму и образ существования только ради избежания гипотетических будущих угроз.

[показать]То, что написано выше, является в некотором роде лирикой.
[показать]По-настоящему нас должны волновать два вопроса:
[показать]— почему в известной нам биосреде, хотя бы на её высшем эволюционном уровне, не произошло столь уж наглого и неприкрытого торжества вроде бы логически непобедимой вирусной стратегии маркетинга и неопровержимого принципа «стреляй первым»;
[показать]— почему при переходе к космическим отношениям сверхцивилизаций сей переход должен, по мнению некоторых, произойти.
[показать]Ответ кажется простым.
[показать]Выше неспроста шёл поток рассуждений об уязвимости людей, снежинок, цивилизаций. Тонкость в том, что, хотя каждую отдельную особь каждого отдельного живого вида на Земле всегда легко уничтожить, сама по себе она не одинока, существуя в целом океане достаточно легко поглощаемых ресурсов и себе подобных живых форм.
[показать]Что открывает широкие возможности:
[показать]— для самовоспроизведения;
[показать]— для паразитирования;
[показать]— для симбиоза.
[показать]Отдельно взятого человеческого индивидуума всегда было гораздо легче убить, чем уберечь. Подобно человеческой цивилизации в целом, которая может быть раз и навсегда безвозвратно уничтожена разогнанным до субсветовой скорости снарядом враждебной цивилизации, человек может быть убит с помощью дубины или каменного топора.
[показать]Почему же это не привело к бесповоротному наступлению превентивной оборонительной войны всех против всех?
[показать]Вообще-то, произошло:
[показать]— как кто-то может заметить, значительная часть дописьменной или даже письменной истории человечества представляет собой глобальную свалку типа «племя на племя».
[показать]С другой стороны, подобный ответ на наш вопрос может быть отнесён к разряду софизмов:
[показать]— поскольку вопрос был не о племенах, а об индивидуумах;
[показать]— поскольку сама категория «своего племени» с течением веков словно специально расплывалась и мутировала, так что с течением времени для наиболее интеллигентных людей стала включать в себя едва ли не всё человечество или вообще всех разумных существ Вселенной.
[показать]Таким образом вопрос в принципе можно даже временно переформулировать: что привело к объединению людей в племена, тем самым значительно ограничив и урезав поле действия принципа «стреляй первым»?
[показать]Биолог может отмести вопрос как абсолютную инсинуацию. Действительно, люди — существа стайные, о чём тут ещё говорить? Инстинкт — он и есть инстинкт.
[показать]Пусть даже так.
[показать]Пусть объединение людей в племена произошло ещё на стадии их пребывания в качестве не особо отягощённых разумом особей. Вопрос тот же — почему?
[показать]Так удобней выживать.
[показать]В том числе — защищая друг друга от неумеренного действия негативных сторон принципа «стреляй первым». Человек не может круглосуточно высматривать угрозу в тенях колышущейся травы — но он может попросить об этом назначенного племенем часового. Кроме того, он может попросить племя отомстить за себя — что на первый взгляд глупо, но в реальной перспективе сокращает повторение инцидентов такого рода.
[показать]Откуда, по-вашему, возникли те варварские обычаи?
[показать]«Око за око и зуб за зуб»? «Если за Каина отмстится всемеро, то за Ламеха в семьдесят раз всемеро»?
[показать]Превентивные меры самообороны.
[показать]Очень жестокой самообороны против любого чужака, желающего применить ковбойские правила Дикого Запада. Если ты ещё никак не проявил себя — к тебе будут относиться насторожённо и в целом нейтрально. Если ты нарушаешь Понятия — используя естественную хрупкость человеческого организма и асимметрию разрушения и созидания в своих личных сиюминутных целях — тебя незамедлительно уничтожат и по возможности максимально болезненным способом.
[показать]Хотя, разумеется, цели Понятий никогда и никем не формулировались в столь пафосных терминах.
[показать]Наверное.
[показать]Иногда при чтении разнообразных фольклорных источников меня всё же берёт сомнение: так ли уж просты и примитивны были все эти ветхозаветные старцы?

[показать]Выводы?
[показать]В общем-то, наверное, их можно было бы выразить и без растекания мыслию по такому количеству абзацев.
[показать]Цивилизация — объект крайне уязвимый.
[показать]Единственное спасение от уязвимости — во множественности и притом совокупности, будь то поиск дружественных цивилизаций в духе Великого Кольца или, если уж мы действительно не в силах кому-либо доверять, попытка создать таковое Кольцо самим, расселяясь по космосу.
[показать]Иные пути — поиски способов сохранения себя как монады — исключительно паллиативны. Цивилизация как сжатый в масштабах пространства и времени объект — как монада — чересчур хрупка. Всегда остаётся риск её уничтожения — с помощью пришедшего из глубин космоса разогнанного до субсветовых скоростей астероида или как-нибудь ещё. Пространство разрозненных закрепощённых цивилизаций-монад — цивилизаций-одиночек — неизбежно станет полем игры для агрессивных самореализующихся вирусных стратегий маркетинга, вроде SETI-атаки или звездолётов-берсеркеров, причём совершенно не обязательно высокоинтеллектуальных.
[показать]Цивилизации, действующие совместно и согласованно — хотя здесь, как и в ветхозаветные времена при наблюдении за пришедшим из-за гор чужаком, придётся проявлять максимум осторожности, чтобы не перепутать друга с врагом, — способны, во имя борьбы с Бездной Зияющей в лице агрессивных вирусных стратегий, если и не очистить от последних космос, то по крайней мере сделать его чуть более безопасным.

[показать]За кадром нами были оставлены в том числе следующие вопросы чисто философского плана:
[показать]1) являются ли стратегии комменсализма или сотрудничества сами по себе вирусными?
Вполне очевидно, что являются, но отношения к теме это не имеет ни малейшего. Ведь эти стратегии пока вроде бы не планируют нас уничтожать?
[показать]2) может ли иметь смысл для двух сверхцивилизаций или сверхразумов с примерно равными знаниями и мотивациями война за обладание ресурсами, так как результат этой войны по большому счёту может сводится лишь к смене условных идентификаторов «свой»-«чужой» или смене цвета воображаемого флажка над ресурсами, в то время как эту проблему для сверхразумов кажется гораздо проще решить путём слияния своих «Я» воедино?
[показать]Это не совсем к теме. Кроме того, мы ещё не сверхцивилизация.
[показать]3) как быть с гипотетическим случаем высокоинтеллектуальной вирусной стратегии, если, скажем, некая мудрая сверхцивилизация именно по причине своей мудрости считает себя верхом развития и наиболее достойной сущностью для расселения по Вселенной? Философы и любители порассуждать о «жизни как вирусной атаке» могут здесь провести параллель с распространением живой материи как таковой и её полном отсутствии сантиментов по отношению к менее сложно организованной неживой материи.
[показать]На первый взгляд подобная высокоинтеллектуальная вирусная атака кажется подобной выигрышу в тактике и проигрышу в стратегии, так как усечёт все ветви развития цивилизаций в окружающем секторе космоса кроме одной — так что, даже рассуждая в категориях абстрактного «высшего блага», мы получили бы повод остановить предполагаемого агрессора. Естественный отбор в данном случае отчётливо демонстрирует свою бесполезность — поскольку, как мы убедились выше на некоторых примерах, любая цивилизация есть объект весьма хрупкий и, чтобы встать на путь Тёмной Стороны Силы и уничтожения своих соседей по Галактике, особо большой по сверхцивилизационным меркам изощрённости или ума вовсе не требуется.
[показать]Если же вдруг объявится объективно наимудрейшая цивилизация, настолько наимудрейшая, что по некоей воображаемой шкале «космического развития разума» её доминирование в окружающих секторах космоса привело бы к интеллектуальному росту Вселенной в целом на протяжении последующих тысячелетий, невзирая даже на обратный эффект от гибели изничтоженных цивилизаций, — что ж, вероятно, в этом случае никакое Великое Кольцо с такой наимудрейшей цивилизацией всё равно не сумеет ничего сделать и вопрос становится теоретическим.
[показать]Тем не менее комменсализм или взаимопомощь между цивилизациями вполне способен остановить:
[показать]— низкоинтеллектуальные агрессивные стратегии;
[показать]— агрессивные стратегии с уровнем интеллекта ниже интеллектуального уровня всего участвующего во взаимопомощи сообщества цивилизаций.

[показать]Ироничная мысль, пришедшая между делом:
[показать]— пожалуй, в принципе, мы уже сейчас могли бы внести свой вклад в дело гипотетического Великого Кольца.
[показать]Правда, осуществить мы это смогли бы лишь в том маловероятном печальном случае, если сами станем жертвой агрессивной стратегии вирусного принципа и успеем это осознать до её полной победы над нами. Например, став жертвой SETI-атаки из Альдебарана и уже осознав это, но ещё сохранив часть мощностей цивилизации незахваченными злобным инопланетным киберинтеллектом.
[показать]В этом случае, прежде чем инопланетный ИИ переработает всю материю Земли и Солнечной Системы на радиоретрансляторы для продолжения SETI-атаки, нам надо будет разослать по ближайшим звёздным адресам следующее сообщение:
[показать]«Пожалуйста, не принимайте дальнейшие сообщения из нашей звёздной системы и из Альдебарана. Спасибо за внимание».
[показать]Какой-никакой, а вклад.