Вменённое ограничение на развитие малых наций

В попытке оправдать «основателей» Российской Федерации возникает вопрос: так можно каналировать потенциал этнических национализмов в направлении мирных созидательных задач развития общей многонациональной Родины? Ведь известно, что идеология национализма может принимать две формы: «национализма-за» и «национализма-против». «Национализм-за» – это движение, направленное на развитие своей нации или этической группы. «Национализм-против» – это борьба за ограничение других наций или этнических групп. Если перевести все националистические идеологии государства в форму «национализма-за», то не сможет ли совместное мирное развитие этносов обеспечить расцвет страны и исключить межнациональную вражду из политической практики?

К сожалению, такая стратегия, похоже, имеет встроенное ограничение. Действительно, каждой нации, каждой этнической группе для актуализации сваей идентичности необходимо периодическое появление великих людей, делающих значимый вклад в одно из направлений человеческой деятельности. Такие люди (национальный пантеон) играют роль скреп соответствующей коллективной идентичности, подтверждают наличие замысла Божьего об инаковости данного сообщества.

С тех пор как развитие общества стало определяться быстротой усвоения новых технологий, а лидерство в мире – производством оных, резко усложнилась ситуация с коллективной идентификацией малочисленных субъектов истории. Действительно, для поддержания лидерства по какому-нибудь направлению необходимо поддерживать несколько творческих групп, способных продуктивно работать и соревноваться в этой области. Для малых сообществ это оказывается непосильным, поскольку практически все творческие ресурсы забираются другой задачей – задачей усвоения нацией наработанного в мире. Это делает дискурс малочисленного, замкнутого сообщества объективно вторичным.

Единственное направление, в котором нация или этнос всегда первичны, – это традиция. Данный факт обусловливает концентрирование амбициозных творческих кадров на этом направлении и соответствующее развитие дискурса национализма. Как уже отмечалась, идеология национализма мажет принять формы «национализма-за» и «национализма-против». Что может предложить малой нации националистическая идеология в качестве «национализма-за»? Только лишь включение национального сообщества в дискурс какой-нибудь большой нации, которая тянет технологическое лидерство по некоторым направлениям, с тем, чтобы способные национальные кадры могли участвовать в позитивном мировом распределении труда на первых ролях, пополняя национальный пантеон и обеспечивая сообществу ощущение первичности. Другими словами, частичную ассимиляцию малочисленной нации.

В итоге мы видим, что «национализм-за» при малочисленности носителей сам себя «съедает», и, следовательно, целостность и воспроизводство националистического дискурса малочисленной нации или этноса может состояться только в рамках «национализма-против», который, впрочем, отнюдь не решает проблему ощущения обществом своей вторичности. Но может хорошо её объяснить происками врагов.

В целом, похоже, что эволюция множества взаимодействующих национальных идентичностей аналогична эволюции множества зародышей новой фазы при фазовом переходе l-го рода. При этом существует критический размер зародыша, такой, что зародыши меньшего размера растворяются, давая материал для роста зародышей большего размера. В свете этой аналогии, нации с численностью менее определённого критического значения объективно испытывают кризис национальной идентичности, втягиваясь в поле притяжения более крупных наций, способных обеспечить человеческое самоуважение в полном объёме. Современные данные по националистическим дискурсам в разных странах позволяют считать, что в настоящее время критическая численность нации, допускающая устойчивое существование «национализма-за», составляет 50-60 млн. человек.

Таким образом, мы видим, что мирное развитие межэтнических отношений в русле «национализмов-за» возможно лишь в контексте совместного строительства единой идентичности, в рамках которой этнические субидентичности будут существовать в виде интегрированных компонентов. При этом на современном этапе возможна лишь одна устойчивая форма такой общей идентичности. Эта форма – нация в первом понимании данной категории, нация как политическое сообщество жителей страны. По этому пути пошли в своё время и идут сейчас США. Этот путь своего развития постепенно реализует ЕС.

Включая в рассмотренный контекст Российскую Федерацию, мы видим, что России целесообразно найти пути трансформации своего государственного устройства в nation-state– в национальное государство. При этом будет достигнуто существенное снижение риска возможной ликвидации страны по националистическим сценариям, и таким образом произойдёт «разминирование» государственного устройства.

Рассмотрим далее один из возможных подходов к такой трансформации.

Приватизация Этнического

Как было показано ранее, особую опасность стабильности России даёт слишком большая доля Этнического в Политическом страны. Политика «разминирования» государственного устройства может быть основана на идее приватизации Этнического, идее отделения Этнического от государства. Данная политика во многом аналогична политике секуляризации государства, по реализациям которой в мире накоплен большой положительный опыт: в течение периода Модерна (современности) в разных странах мира имели место множество успешных проектов по отделению религии от государства.

Ядром политики приватизации Этнического является создание общей идентичности граждан страны, что во многом уже имеет место в России. Этническое в результате такого проекта должно быть полностью вытеснено из Политического и занять в общественном сознании место на уровне Религиозного – одного из частных компонентов жизни людей. Соответственно, все атрибуты Этнического становятся личным делом людей – язык, культура, традиции и прочее. Этническое также удаляется из государственной системы образования, по меньшей мере, из обязательной ее части. По всей территории страны устраняется политическая дискриминация, основанная на этнических характеристиках, и т.д.

Понятно, что основное противодействие политике приватизации Этнического будут оказывать региональные этнократии, и в принципе только они. При правильном разъяснении политики от основной массы людей следует ожидать лишь поддержки, ибо каждому человеку хочется иметь более широкие возможности для самореализации – как для себя, так и для своих детей. Отделение же себя от других в рамках одной страны будут поддерживать только те, кто чувствует себя неконкурентоспособным в общем масштабе. Именно такие люди будут поддерживать локальные (местечковые) преференции для себя, в том числе и по этническим параметрам.

Поскольку нация является главным образом политической категорией, то в основу общей российской национальной идентичности следует положить лояльность России как нашей общей Родине. Следующий шаг определения идентичности – общие ценности, разделяемые людьми. Я думаю, что по поводу ценностей первого ряда разночтений будет немного – квадрига Россия, Справедливость, Свобода, Достаток найдёт широкую поддержку среди жителей страны.

В плане самоназвания уже достаточно закрепился термин «россияне». Единственный нюанс, связанный с этим термином, заключается в том, что он консервирует  несправедливость, совершённую большевиками при сужении имперской идентификации «русский» до понятия, замещающего этническое самоназвание «великоросс». В результате данного процесса все иные этнические группы страны неожиданно оказались без культурного наследия, ибо русская культура, в которую вложились все жители тогдашней России, вдруг оказалась принадлежащей лишь одной этнической группе. Для исправления данной несправедливости имеет смысл всенародно обсудить вариант обратного расширения идентификатора «русский» до самоназвания всей нации. При этом этничность человека (при его желании) может быть подчёркнута соответствующим существительным: русский татарин, русский эвенк, русский еврей, а для славянского ядра России можно вернуться к прошлому (великоросс) или тоже ввести другое адекватное существительное – русский европеец, русский славянин.

Заключение

Если приглядеться к современной российской жизни, то можно увидеть стихийное становление многих сущностей, отмеченных в данной 'работе. Например, для иностранцев все мы – Russians, и им обычно неинтересна последующая. этническая детализация. Развивающие страну проекты были названы национальными, и ни у кого не возникло желания уточнять ту этническую группу (национальность), которая является по ним главным благоприобретателем. И т. д.

Однако многое ещё надо сделать, особенно в плане деконструкции местечковых этнократий. Чтобы выжить, страна обречена на державный национализм, на трансформацию себя в nation-state. Ни одна другая стратегия не позволит стране удержаться в силовом декомпозирующем поле западного представления о политических реалиях. В этом плане нашим власть имущим которые и так, по сути, являются «стыдливыми» российскими националистами, было бы неплохо избавиться этой своей «стыдливости» и провозгласить курс на создание нормального, в западном понимании, национального государства. Это позволит ввести видение России западной элитой в контекст её политических и культурных категорий, и, соответственно, «выбивать деньги» на поддержку национальных сепаратистских движений заинтересованным этнократиям станет труднее.

Павел Крупкин

Цит. по кн.: Самоваров А.В. Нужно ли нам возвращаться в СССР? – М.: Яуза-пресс, 2009. – 320 с. (с. 280-286). – (Русский проект).