Моногамность, схожа с одиночеством. Сосредотачиваясь на одной планете, особенностях ландшафта и законах изменения материи - понимаешь, насколько глубока пропасть между знанием и познанием. И все же начинаешь скучать по другим континентам, архипелагам и даже островам, пусть простым и понятным, но другим! Не знать, не смотреть, познание - конец... Но, я уже ощущаю этот раздражающий зуд, мне не скрыться... от себя…

- Я не могу.
- Это просто, расслабься и вздохни, я всё сделаю на выдохе.
- Зачем ты сказал? Теперь я боюсь дышать.
- Может, не будем?
- Будем, только мне страшно.
- Чего? - шепчу, дотрагиваясь губами до холодного изгиба ушка.
- А больно?...
- Не будет.
- А если?...
- Я остановлюсь.
Она не готова. Рассуждает – значит, не готова. Эта просьба - блажь, попытка доказать свою состоятельность, смелость, раскрепощенность - всего, чего в ней нет. Пока нет... Вот только кому: мне или себе? Быть лучшей для меня? Или преодолеть себя?
- Ш-ш-ш, ничего не говори, сделаем это завтра, - она успокаивается, она мне верит, еще... Поцелуй...
- Хочу тебя.
Нет, ты должна лучше просить. Твои глаза должны вспыхнуть в темноте, тебе должно казаться, что смерть равна сексу. И если я не заполню тебя сейчас, в это мгновение, немедленно собой - ты умрешь. В этот миг, не раньше, я сделаю, то, что ты просишь...
Я все еще целую твою спину, моя рука там, где жарко и влажно, а пальцы превращают движения в танец, дрожь в ритм. Еще немного, я хочу услышать крик, а не стон! Ты вырываешься! Ты прижимаешься! Обессиленная и безутешная, ждущая и жаждущая. Вот, сейчас.
Будет больно - ты не почувствуешь.
Будет долго – там нет времени.
Будет много - ты захочешь еще...
Сейчас, на ее выдохе.
- А-а-а.
Простишь ли ты меня, за ложь и эгоизм?
Смирись, я буду обманывать и дальше.