Настроение сейчас - вампирское

Природа замерла в ожидании. Защечные мешки наполнены, орехи закопаны, семена и зерна заботливо припасены в норке, грибы нанизаны на ветки. Одеты гламурно-белые или неприметно-серые шубки. Только медведя, совершенно не трогают осенние хлопоты, накопил побольше жира, выкопал поглубже берлогу и давай спать. Глаза открыл – весна. Мне бы так!
…Выпил стопку коньяка – не греет, а любимые джинсы с дырками вызывают озноб – терплю. Я продрог, мое тело не любит осень: обманчиво-яркое солнце, ожидаемый дождь и неожиданно забытый зонт, ветер, выдувающий все тепло, накопленное за лето…
Осенью я становлюсь другим – вампиром, утоляющим голод лишь чужим теплом. Меня терзает, сбивающая с ног, потребность в другом существе – дотронутся, вдохнуть теплый запах кожи, прижать к себе... Звонок домофона. Я спасен!
Это царевна-несмеяна счастливая, улыбающаяся, взахлеб рассказывает о прекрасном времени, очей очарованье, чудо-осени. И «как прелестно сейчас гулять по аллеям» и «поехали в субботу в Абрамцево, ты будешь дышать кислородом», а сейчас чем?, «а я буду читать свои любимые стихи про осень»! Я не спорю, бесполезно! Чем бы ее заткнуть, и канистры нет. («О чем говорят мужчины»)
Ставлю диск Адель, как раз для моего тягуче-вампирского настроения.
- Хорошо. В Абрамцево, так в Абрамцево.
Целую в шею, она продолжает щебетать о золотом и бардовом, ну, хватит, языком раздвигаю губы, расстегиваю пуговицы на блузке. В спальне прохладно и ее сотрясает дрожь, нет, давай, уж догола, чтобы ощутить всю «прелесть» этой «чудо-осени». Толкаю на кровать и вхожу, двигаюсь долго-долго, пока ее дрожь не приобретает горячительно-солоноватый привкус. Она плачет, всегда плачет…
Сигарета, и я снова голодный и продрогший. Еще всхлипывающую, поворачиваю лицом к стене, и ох, это непередаваемое ощущение тела прижатого к моему телу, медленно и глубоко, ещё… Стон, нет, не сейчас, зажимаю рот рукой, я не насытился, ещё… Но, она берет мой палец в рот и сосет в такт моим движениям. Всё, больше не могу, успеваю подумать о медведе, сосущем лапу и опять довожу ее до рыданий.
- Ты, садист.
Ха, должен же я на ком-то оторвать за это «прекрасное» время года!

P.S. Три месяца без секса - бедный мишка…