Только когда Сёко Тендо снимает свою олимпийку, понимаешь, почему она даже в зной предпочитает наглухо застегнутую одежду с длинным рукавом. С виду эта женщина ничем не отличается от множества других японок в возрасте около тридцати лет, которых можно встретить на улицах Токио. Волосы у нее окрашены в темно-каштановый оттенок, предпочитаемый многими женщинами ее возраста в Японии; здороваясь, она изящно кланяется, голос звучит высоко – так обычно принято у японцев, когда они общаются с малознакомыми людьми.
[510x628]

Но когда она совлекает свой защитный кокон, обнажаются тонкие, как тростинки, руки, с запястий до самых плеч покрытые татуировками. Татуировка перетекает на ее грудь и спину. Композиционный центр – на левом плече. Это фигура куртизанки эпохи Муромати: бюст обнажен, в зубах – кинжал.
[450x328]
Это изображение вполне соответствует бунтарскому характеру Тендо. Оно – самый очевидный признак происхождения этой молодой женщины из того слоя японского общества, само существование которого возмущает большинство ее соотечественников. Тендо – дочь криминального авторитета "якудзы" (японской мафии).
[500x326]
"Мне было необходимо очень много мужества, чтобы решиться написать все как было. В семье главы банды якудза царят своеобразные представления о чести и долге."

[500x270]

Она попала в мир насилия еще в младших классах средней школы, ей часто приходилось сталкиваться с представителями других банд.
«Я всегда была в окружении девушек в банде ...На самом деле борьба была моей повседневной жизнью» - говорит Сёко. [450x327]

Ее семья была очень богата, а гараж был забит дорогущими автомобилями, которые были тайной страстью ее отца.
Но потом настали плохие времена, и Сёко довелось полностью испить горесть такой жизни. Своему статусу дочери гангстера она обязана своим трудным отрочеством: в школе ее травили, ей приходилось в наркотическом дурмане заниматься сексом с людьми, с которыми ее отец был вынужден таким образом расплачиваться. В подростковом возрасте ее неоднократно насиловали мужчины, которые давали ей наркотики, а потом бросали ее, избитую и окровавленную, в номерах сомнительных отелей. Лишь благодаря макияжу на ее лице незаметны рубцы от пластической операции, которую пришлось сделать после особенно жестокого избиения.
[400x400]
"Я ненавидела своего отца за то, как он себя вел.Но потом я стала такой же, как он. Я нюхала клей, я совершала преступления (за правонарушения ее на восемь месяцев заключили в исправительную колонию). Я вела себя совершенно так, как молодые члены якудзы: я затевала драки, мне было плевать на чувства других людей".

Последний раз Тендо принимала наркотики в 19 лет, когда чуть не умерла от последствий очередного избиения в номере мотеля. "У меня из головы не выходила мысль: "Не хочу умирать в таком месте". Я провела там час, а потом каким-то образом доползла до дома. Я осознала: пора остановиться", – рассказывает она. Тогда она и решила оставить банду. Пережив унижения, побои, изнасилования, страсть и предательство любовников-бандитов, и чуть не умерев от передозировки, Шоко все-таки находит силы изменить свою жизнь.
[450x645]
В 22 года она вышла замуж за члена якудза. Однако радостное событие было горько-сладким, так как накануне она была изнасилована своим бывшим возлюбленным. Она была вынуждена прервать свою первую беременность, так как она и ее муж были просто бедны, чтобы позволить себе это. Их брак продлился недолго, хотя она по-прежнему отзывается о своем муже как о "серьезном человеке с добрыми намерениями", который хорошо с ней обращался.
[699x466]
Жестокая реальность преследовала ее. Через два дня после того как она получила свою первую зарплату, будучи замужней женщиной, ее мать перенесла обширный инсульт и умерла. Подавленная ударом за ударом в жизни, она уступила и попыталась покончить жизнь самоубийством с помощью снотворного. К счастью, она была спасена. Но тут новый удар - ее отец умирал от рака желудка. Распространенные представления о семьях якудзы – дескать, они купаются в роскоши и верны главам семьи до мозга костей – мало похожи на трудное детство Тендо, омраченное бедностью и предательством. Она ненавидит гангстеров отчасти из-за того, как гнусно поступили деловые партнеры с ее отцом, когда для того наступили трудные времена. "Когда его бизнес прогорел и сам он заболел, они дали ему денег "из сочувствия", но фактически они кинули его, – говорит Тендо. – В больнице его навещали только настоящие друзья".
[450x300]Родители Шоко. Фото Jeremy Sutton-Hibbert.
[450x300]
Тендо думает, что она не исключение из правила и что у многих других детей членов якудзы тоже было тяжелое детство. "С виду японское общество выглядит очень спокойным, но под этой тишью да гладью бушуют бури, – говорит она. – Дискриминация очень жесткая".
[500x182]
Она нашла в себе силы и решимость оставить позади потрепанный отрезок прошлого, она погрузилась с головой в работу, написала книгу-исповедь о своей жизни. Она называется Yakuza Moon (Yakuzana Tsuki): воспоминания дочери гангстера, в Японии она стала бестселлером и переиздавалась 11 раз.
[699x466]

Сейчас она живет с дочерью в Токио. Сёко воспитывает ребенка одна. Сейчас малышке Комачи (Komachi) уже 5 лет.

[450x676]

[400x600]





Тендо не стыдится своих татуировок, но знает: даже на маленький участок татуированной кожи под задравшейся манжетой блузки люди смотрят с отвращением: "Музыканты и художники могут демонстрировать свои татуировки – и ничего, но такие преступницы, как я, всеми силами стараются их спрятать".
[500x276]

Хотя писательский труд доставляет ей удовольствие, Тендо говорит, что ее борьба за статус нормального человека в столь консервативном обществе далеко не закончена. "Есть большая разница между тем, воспитываешь ли ты ребенка одна после развода или потому, что решила сознательно стать матерью-одиночкой", – поясняет она. Но Тендо уверена, что ничего не стала бы менять в своем прошлом, даже если бы у нее была такая возможность. "Мне тяжело пришлось из-за того, что мой отец был гангстер, но, оглядываясь назад, я понимаю, что не хочу другой жизни. Я горжусь тем, что мой отец был членом якудзы. Я знаю, что в его мире нет достойного места для женщин. Но во мне гены моего отца".