Ну уж, доложу я вам, и кухня! Закоптелый потолок, какие-то мёртвые сухие букеты висят по стенам, а меж ними – зайцы ободранные, синие окорока, связки лука. Горы лука были и на столах; видно стряпуха всем прочим предпочитала именно эту приправу, не дающую посетителям уловить «ненужные» запахи. Ещё всякие бутыли, грязные сосуды, точно выловленные в болоте… В очаге на вертеле – не поймёшь кто. Больше всего смахивает на гигантского жука. Тьфу!

     А на каменной плите – кипят, плюются рассвирепевшие кастрюли, а пар так и висит, как зловещий обморочный туман… Еле-еле Себастьян разглядел худенькую замарашку с поварёшкой и целым набором ножей на поясе. Замарашка металась туда-сюда, с грохотом переставляла тарелки, швыряла в кастрюли горстями какие-то несусветные специи… Ножи на поясе звенели и мерещилось – на кухне идёт нешуточный бой: валятся убитые, бойко фехтуют резвые вояки, гремят доспехи…

     - Доброго дня доброй женщине!- поклонился гном.

     - Ой, этого-то как сюда занесло?!- изумилась через плечо маленькая кухарка, продолжая метаться по кухне.

      - Осмелюсь просить разрешения посмотреть, как вы тут… орудуете…

     Себастьян шевелил направо и налево густыми бровями, присматривался.

     - Посмотреть…- пробормотала женщина, озабоченно стряхивая пыль с рук прямо в кипящую кастрюлю.- Только тебя мне не хватало! Ты чего, в повара наниматься пришёл? Так нам без надобности – видишь, тут и одной бы успеть управиться…

     Поскольку связи в её словах не было никакой, гном предпочёл промолчать и просто подошёл ближе, озабоченно заглянул в кастрюлю.

     - Что, коротыш, ходули свои там потерял?- весело поинтересовалась замарашка, которая, к слову, была выше гнома лишь на полторы головы.

     Пугливый, хмурый и обидчивый Себастьян в другой раз непременно бы завял от такой дерзости, но сейчас… То ли женщина оказалась слишком забавная, то ли сказалось обладание Занзарром (с ним и в мышонке проснётся самоуважение), но гном неожиданно засмеялся и ласково сказал:

     - Голубушка, вы же неправильно стряпаете! Вы остановитесь, я объясню…

     О-о-о, как разъярилась маленькая женщина! Она подпрыгнула даже и подлетела к Себастьяну с такой скоростью, что тот засомневался, точно ли люди не умеют творить чудеса.

     - Вот я тебе дам поварёшкой по бровям, так узнаешь!- взвизгнула она пронзительно, но… вот ещё одно чудо – НУ СОВСЕМ НЕ СТРАШНО! Хоть и полыхнули синим пламенем рядом с лицом Себастьяна такие же, как у сестры, прекрасные глазищи, да вот слишком они были прекрасны, чтобы испугаться.

     Себастьян снизу смотрел на раскрасневшуюся стряпуху и улыбался. Из мохнатых бровей, как из мха, показались даже его маленькие, как две зелёные ягодки, глазки.

     - Чего зубы скалишь?! Я ведь не посмотрю, что гном, ка-ак врежу поварёшкой – вот этой самой!!- она для наглядности потрясла ею прямо у лица Себастьяна.

     - Да послушайте… Вы не кричите, я же вам не навредить хочу.

     - Неправильно стряпаете! Коротышка в бородишке! Ты у себя в Лесу диких белок учи орехи вылузгивать! Пришёл тут и учит!- она вдруг села на скамеечку и устало отёрла пот со лба.- Нет, чтобы помог кто-то, а то приходят, учат…

     - Хорошо, врежьте мне по голове поварёшкой,- предложил гном, чувствуя, что дело идёт на лад,- но потом дайте мне сказать. Только очень сильно не бейте, а то все кулинарные знания вылетят.

     Оба помолчали. Дружба невидимыми лапищами подтаскивала их друг к другу, легко растягивала на их лицах улыбки.

     - У-ух!- замарашка толкнула гнома поварёшкой в лоб, правда, не сильно; и проверить успела перед этим, не горячая ли она.- Принесла нелёгкая шишку сосновую, да ещё и болтливую!.. Ну говори, а то всё пока зубы скалишь, да любезничаешь…

     - Вот почему все красивые женщины, так не любят слушать добрых советов?- начал гном с фразы, которой ему настоятельно советовал пользоваться в беседах с дамами Полосатый…