Нобелевская премия– 1933
Присуждение премии и поздравления
Так случилось, что у двух ближайших друзей Бунина и Рахманинова 1933 год стал годом празднования одновременно двух торжеств – присуждение Нобелевской премии И.А.Бунину и празднование юбилейного дня рождения С.В.Рахманинова. Вот как развивались события по датам.
Май 1933 года. Весь мир поздравлял Рахманинова с 60-летием со дня рождения. 5 мая 1933 года Бунин пишет Рахманинову: “…Дорогой Сергей Васильевич, простите, не хотел писать в пространство, куда-то вдаль, теперь же, когда Вы близко, ощутимо, от всей души приветствую Вас, целую и желаю еще многих лет сил, здоровья, благополучия и всяческих возможностей продолжать свое славное поприще, гордость русскую и всемирную, Ваш Иван Бунин”. “Близость”, о которой пишет Бунин – приезд С.В. Рахманинова во Францию, где 5 мая 1933 года Париж чествовал великого музыканта. Бунин присутствовал на торжественном приеме по случаю 60-летия С.В. Рахманинова.
|
С.В.Рахманинов и И.А.Бунин. 1930-е гг. |
И.А. Бунин. Грасс 10 ноября 1933 года у входа виллы «Бельведер». |
На прогулке. |
Ноябрь 1933 года. Телеграф принес в Нью-Йорк известие из Стокгольма:“…Решением Шведской академии от 9 ноября 1933 года Нобелевская премия по литературе за этот год присуждена Ивану Бунину «за строгий артистический талант, с которым он воссоздал в литературной прозе типичный русский характер…”
10 ноября Рахманинов поздравил телеграммой из Нью-Йорка:“Искренние поздравления от господина из Нью-Йорка”. Они встречаются каждое лето во Франции.
10 декабря 1933 года, в годовщину смерти А. Нобеля, шведский король Густав V вручил Бунину в стенах Шведской академии Золотую медаль.
|
Альфред Нобель |
Золотая медаль |
Диплом Нобелевской премии был вручён Бунину 15 декабря 1933 года в Стокгольме. В дипломе, выполненном специально для Бунина в русском стиле, записано, что премия присуждена «за художественное мастерство, благодаря которому он продолжил традиции русской классики в лирической прозе». Диплом хранится в Архиве Университета в городе Лидс (Великобритания).
Диплом лауреата Нобелевской премии И.А.Бунина
Сам Бунин считал, что Нобелевская премия присуждена ему, прежде всего за роман “Жизнь Арсеньева”.
В воспоминаниях И.А.Бунина о событиях, связанных с присуждением и вручением ему Нобелевской премии в области литературы, за 1933 год говорится: 9 ноября 1933 года Бунин был отмечен Шведской академией седьмым в общем списке удостоенных премии за период 1920 – 1933 годы и первым русским писателем, которому присуждена Нобелевская премия за всё время её существования. Весь вечер в «Бельведер» (Франция), где жил Бунин, приходили приветственные звонки и телеграммы чуть не из всех стран мира – отовсюду, кроме России!
Из церемонии награждения премией
Концертный Зал шведской столицы, в котором проходит награждение украшается цветами, подаренными властями итальянского города Сан-Ремо, где провел свои последние годы жизни и скончался 10 декабря 1896 года Альфред Нобель.
Диплом, золотую медаль с портретом основателя премии и документ о присуждении суммы в 10 миллионов шведских крон (1,1 миллиона евро) лауреатам вручается лично королём Швеции. Присутствуют и другие члены монархической семьи.
О некоторых подробностях церемонии награждения премией-1933 можно узнать из следующих фотографий.
Церемония вручения Нобелевской премии. Бунин в первом ряду первый справа. Стокгольм. 1933
[показать]
Король Швеции Густав V вручает Бунину диплом нобелевского лауреата и золотую медаль. Стокгольм. Фото 1933
Чествование И.А. Бунина по поводу присужденияему Нобелевской премии. Стокгольм. 1933 г.
(Справа) В.Н.Муромцева – Бунина и И.А.Бунин.
И.А. Бунин (в центре) на вокзале в Стокгольме перед отъездом. Фото 1933
Друзья навсегда.
Бунин и Рахманинов были очень близки не только в дни торжеств 1933 года.
О существовавшей сердечной дружбе Бунина и Рахманинова свидетельствует следующее воспоминание Бунина. «При моей первой встрече с ним в Ялте произошло между нами нечто подобное тому, что бывало только в романтическіе годы молодости Герцена, Тургенева, когда люди могли проводить целыя ночи в разговорах о «прекрасном, вечном, о высоким искусстве, впоследствии, до его последняго отъезда в Америку, встречались мы с ним от времени до времени очень дружески, по все же не так, как в ту встречу, когда, проговорив чуть не всю ночь на берегу моря, он обнял меня и сказал: «Будем друзьями навсегда!».
Уж очень различны были наши жизненные пути, судьба все разъединяла нас, встречи наши были всегда случайны, чаще всего недолги и была, мне кажется, вообще большая сдержанность в характере моего высокаго друга.
Фотография с надписью Бунина: "С.В. Рахманинов и И.А. Бунин. Лето 1926 года Cannes, A.M
А в ту ночь мы были еще молоды, были далеки от сдержанности, как-то внезапно сблизились чуть не с первых слов, которыми обменялись в большом обществе, собравшемся, уже не помню почему, на веселый ужин в лучшей ялтинской гостинице «Россія». Мы за ужином сидели рядом, пили шампанское Абрау-Дюрсо, потом вышли на террасу, продолжая разговор о том паденіи прозы и поэзіи» что совершалось в то время в русской литературе, незаметно спустились во двор гостиницы, потом на набережную, ушли на мол, – было уже поздно, нигде не было ни души, – сели на какіе-то канаты, дыша их дегтярным запахом и этой какой-то совсем особой свежестью, что присуща только черноморской воде, и говорили, говорили все горячей и радостнее уже о том чудесном, что вспоминалось нам из Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Фета, Майкова…
Пушкин Лермонтов Тютчев Фет Майков
Тут он взволнованно, медленно стал читать то стихотвореніе Майкова, на которое он, может быть, уже написал тогда или только мечтал написать музыку:
Я в гроте ждал тебя в урочный час.
Но день померк; главой качаясь сонной,
Заснули тополи, умолкли гальционы:
Напрасно!.. Месяц встал, сребрился и угас;
Редела ночь; любовница Кефала,
Облокотясь на рдяные врата
Младого дня, из кос своих роняла
Златые зерна перлов и опала
На синие долины и леса, -
Ты не являлась...