Представляем вас одну из очень МИСТИЧЕСКИХ старин наших предков - Вавило и скоморохи.
Несомненно - что КОЗЬМА И ДЕМЬЯН - позднейшая замена "неуместного" Старого Деда Велеса или Сварога, сохранилось даже единственное число обращения.
Прочтение же имен как имен скоморохов - может вызвать лишь смех над невеждами, очень дурно знакомыми с славянской мифологией и динамикой замены теонимов славянских Богов именами христианских"святых" и научными работами по данной теме.
(можно посоветовать статью СДЭС- Кузьма и Демьян Агапкина Т.А., Белова О.В. Гinпiyc В. Коваль Кузьма-Демьян у фольклорi // Eтнoгpaфiчний вiсник. Киiв, 1929. Кн. 8;
Петров В. Кузьма-Дем'ян в украиському фольклорi // Там же. Кн. 9.
Макашина Т.С. Святые Косма и Дамиан в русском фольклоре//Живая старина. 1994. № 3. С. 18-21. и так далее.
Малый кусочек сказаний по теме:
Кузьму и Демьяна связывали с кузнечным ремеслом и народные легенды и сказки, которые повествуют о том, как они куют сохи и плуги и раздают их людям, а в некоторых сказаниях даже учат людей земледельческому труду. В загадках кованую железную цепь называют Кузьмою - "Узловат Кузьма, развязать нельзя".
А по северному поверью, цепи, скованные божьими кузнецами Кузьмою и Демьяном, Михаил-архангел налагает на дьявола. Известны поверья о Кузьме-Демьяне как двух кузнецах, выковывающих звезды на луне или небе.
Кроме того, произведения восточнославянского фольклора создают из святых Космы и Дамиана образ кузнецов-змееборцев, борющихся с нечистой силой - Змием. (Ср. в русских сказках кузнец для своих колдовских дел знается с нечистой силой, в частности, с чертями).
Так, в белорусской сказке "Иван Попялов" кузнецы Кузьма и Демьян, спрятав победителя змея у себя в кузнице от змеихи, защемляют ее язык раскаленными щипцами и убивают молотами (молниями), а в южнорусских и украинских сказаниях кузнецы Кузьма и
Демьян (вар. Борис и Глеб), поймав змея, истреблявшего людей и собиравшего человеческую дань, запрягают его в первый выкованный ими плуг, и пашут на нем землю от моря и до моря.
Любой грамотный человек, несомненно сразу опознает- ЧЬИ Образы перекрыт "Козьмодемьяном".
В былине о Вавиле и путешествии его со скоморохами запечатлена прямая связь эпического сюжета со скоморошьим творчеством.
Былина была впервые записана в 1899 г. в дер. Шотогорка Пинежского уезда Архангельской губернии от М. Д. Кривополеновой известным собирателем А. Д. Григорьевым.
Собиратель не мог знать, что текст Кривополеновой будет единственным, и считал преждевременным обсуждать его, пока нет новых вариантов.
В наше время былина неоднократно записывалась в полуразрушенном виде. Григорьев заметил лишь, что «назначение этой скоморошьей старины не рассмешить, а внушить уважение к скоморохам, которые представлены здесь не веселыми, а святыми людьми.
Вопросы о времени, месте и среде, в которой возникла былина, доставленные самим Григорьевым, остались нерешенными. Не вполне уяснен смысл ее содержания и отдельных мотивов, как и причина ее уникальности, хотя накоплено значительное количество материала: и комментаторских заметок, и обстоятельных статей.
Цельность содержания, стройность композиции, самобытная образно-художественная ткань произведения в целом говорят о безукоризненном владении эпической былинной формой.
И в то же время — «случай в фольклоре редчайший, чтобы такое выдающееся произведение сохранилось в памяти лишь единственного сказителя», — заметил В. И. Калугин (2 с. 108-109). Однако в этом есть свой резон. [120 В полуразрушенном виде былина записывалась позднее. См.: Иванова А. А. Скоморошья традиция... С. 472-473].
Скоморохи в былине заиграли в первый раз — и в ответ на потоп, вызванный царем Собакой, пошли быки стадами и выпили воду. Скоморохи заиграли второй раз, видимо, в ответ на какие-то новые враждебные действия противника, но это звено утрачено.
Сами имена сторонников и родных царя Собаки указывают на переделывающих все на свой лад лиц и переделывающих во вред людям: Перегуд, Перекраса, Пересвет.
Вавило и скоморохи
У цесной вдовы да у Ненилы
А у ней было цядо Вавило.
А поехал Вавилушко на ниву
Он веть нивушку свою орати,
Ишша белую пшоницю засевати:
Родну матушку хоцё кормити.
А ко той вдовы да ко Ненилы
Пришли люди к ней веселые,
Веселые люди не простые,
Не простые люди, скоморохи.
– Уш ты здрастуёш, цесна вдова Ненила!
У тя где цядо да нынь Вавило? -
– А уехал Вавилушко на ниву
Он веть нивушку свою орати,
Ишша белую пшоницю засевати:
Родну матушку хоце кормити.–
Говорят как те веть скоморохи:
– Мы пойдём к Вавилушку на ниву;
Он не идёт-ле с нами скоморошыть? –
А пошли к Вавилушку на ниву:
– Уш ты здрастуёш, цядо Вавило,
Тибе нивушка да те орати,
Ишша белая пшониця засевати,
Родна матушка тибе кормити! -
– Вам спасибо, люди весёлые,
Весёлые люди, скоморохи;
Вы куды пошли да по дороги? -
– Мы пошли веть тут да скоморошыть;
Мы пошли на инишшоё цярьсво
Переигрывать царя Собаку,
Ишше сына его да Перегуду,
Ишша зятя его да Пересвета,
Ишша доць его да Перекрасу.
Ты пойдём, Вавило, с нами скоморошыть! –
Говорило то цядо Вавило:
– Я веть песен петь да не умею,
Я в гудок играть да не горазён.-
Говорыл Кузьма да со Демьяном:
– Заиграй, Вавило, во гудоцик
А во звоньцятой во переладец;
А Кузьма з Демьяном припособит.-
Заиграл Вавило во гудоцик
А во звоньцятой во переладець,
А Кузьма з Демьяном припособил.
А того веть цяда у Вавила
А было в руках-то понюгальцё1)–
А и стало тут погудальцё;
Ишша были в руках у его да тут веть вожжи –
Ишша стали шелковые струнки,
Ишше то цядо да тут Вавило
Видит, люди тут да не простые,
Не простые люди-те, светые;
Он походит с има да скоморошить.
Он повёл их да веть домой жа.
Ишша тут цесна вдова да тут Ненила
Ишша стала тут да их кормити.
Понесла 'на хлебы-те ржаные -
А и стали хлебы-те пшоные;
Понесла 'на куру-ту варёну -
Ишша кура тут да веть взлетела,
На пецьней столб села да запела.
Ишша та вдова да тут Ненила
Ишша видит, люди тут да не простые,
Не простые люди-те, светые,
И спускат Вавила скоморошыть.
А идут скоморохи по дороги.
На гумни мужык горох молотит.
– Тобе бох помошь, да веть кресьянин,
На бело горох да молотити! -
– Вам спасибо, люди весёлые,
Весёлые люди, скоморохи;
Вы куда пошли да по дороги? -
– Мы пошли на инишьшоё цярьсво
Переигрывать царя Собаку,
Ишша сына его да Перегуду,
Ишша зятя его да Пересвета,
Ишша доць его да Перекрасу.-
Говорыл да тот да веть кресьянин:
– У того царя да у Собаки
А окол двора да тын залёзной,
А на кажной тут да на тыциньки
По целовецей-то сидит головки,
А на трёх веть на тыцинках
Ишша нету целовецих-то тут головок;
Тут и вашим-то да быть головкам.-
– Уш ты ой еси, да ты кресьянин!
Ты не мог добра нам веть (и) здумать,
Ишша лиха ты бы нам не сказывал.
Заиграй, Вавило, во гудоцик
А во звоньцятой во переладець;
А Кузьма з Демьяном припособят.-
Заиграл Вавило во гудоцик,
А Кузьма з Демьяном припособил:
Полетели голубята-ти стадами,
А стадами тут да табунами;
Они стали у мужика горох клевати.
Он веть стал их тут кицигами2) щыбати;
Зашибал, он думат, голубят-то,–
Зашибал да всех своих ребят-то.
– Я веть тяшко тут да согрешыл веть:
Ети люди шли да не простые,
Не простые люди-те, светые,–
Ишша я веть им да не молилса.-
А идут скоморохи по дороги.
А на стрецю им идё мужык горшками торговати.
– Тобе бог помошь да те, кресьянин,
Ай тибе горшками торговати! -
– Вам спасибо, люди весёлые,
Весёлые люди, скоморохи;
Вы куды пошли да по дороги? -
– Мы пошли на инишыпоё цярьсво
Переигрывать царя Собаку,
Ишша сына его да Перегуду,
Ишша зятя его да Пересвета,
Ишша доць его да Перекрасу.-
Говорыл да тот да веть кресьянин:
– У того царя да у Собаки
А окол двора да тын залезной,
А на кажной тут да на тыциньки
По целовецей-то седит головки,
А на трёх-то веть на тыцыньках
Нет целовецих да тут головок;
Тут вашим да быть головкам.-
– Уш ты ой еси, да ты кресьянин!
Ты не мог добра да нам веть здумать,
Ишша лиха ты бы нам не сказывал.
Заиграй, Вавило, во гудоцик
А во звоньцятой во переладець;
А Кузьма з Демьяном припособит.-
Заиграл Вавило во гудоцик
А во звоньцятой во переладець,
А Кузьма з Демьяном прыпособил:
Полетели куропкй с ребами,
Полетели пеструхи с цюхарями,
Полетели марьюхи с косяцями3);
Ишша стали мужику-то по оглоблям-то садитьсе.
Он веть стал тут их да бити
И во свой веть воз да класти.
А поехал мужык да в городоцик,
Становился он да во редоцик,
Розвезал да он да свой возоцик,–
Полетели куропки с ребами,
Полетели пеструхи с цюхарями,
Полетели марьюхи с косяцями.
Посмотрел во своём-то он возоцьку,–
Ишше тут у его одны да церепоцьки.
– Ой! я тяшко тут да согрешил веть:
Ето люди шли да не простые,
Не простые люди-ти, светые,–
Ишша я веть им-гот не молилса.-
А идут скоморохи по дороги.
Ишша красная да тут девиця,
А она бильё да полоскала.
– Уш ты зрастуёш, красна девиця,
На бело холсты да полоскати! -
– Вам спасибо, люди весёлые,
Весёлые люди, скоморохи;
Вы куды пошли да по дороги? -
– Мы пошли на инишыпоё цярьсво
Переигрывать царя Собаку,
Ешше сына его да Перегуду,
Ешше зятя его да Пересвета
Ешше доць его да Перекрасу.–
Говорыла красная девиця:
– Пособи вам бох переиграти
И того царя да вам Собаку,
Ишша сына его да Перегуду,
Ишша зятя его да Пересвета
А и доць его да Перекрасу.-
– Заиграй, Вавило, во гудоцик
А во звоньцятой во переладець;
А Кузьма з Демьяном припособит.-
Заиграл Вавило во гудоцик
А во звоньцятой во переладець,
А Кузьма з Демьяном припособил.
А у той у красной у девици,
А были у ей холсты-ти веть холшовы,
Ишша стали шелковы да атласны.
Говорыт как красная девиця:
– Тут люди шли, да не простые,
Не простые люди-те, светые,–
Ишша я веть им да не молилась.–
А идут скоморохи по дороги,
А идут на инишьшоё цярьсво.
Заиграл да тут да царь Собака,
Заиграл Собака во гудоцик
А во звеньцятой во переладец,–
Ишша стала вода да прыбывати:
Ишша хоцё водой их потопити.
– Заиграй, Вавило, во гудоцик
А во звоньцятой в переладець;
А Кузьма з Демьяном прыпособит.-
Заиграл Вавило во гудоцик
И во звоньцятой во переладець,
А Кузьма з Демьяном припособил:
И пошли быки-те тут стадами,
А стадами тут да табунами,
Ишша стали ваду да упивати;
Ишша стала вода да убывати.
– Заиграй, Вавило, во гудоцик
А во звоньцятой во переладець;
А Кузьма з Демьяном припособит.-
Заиграл Вавило во гудоцик,
А во звоньцятой во переладець,
А Кузьма з Демьяном прыпособил:
Загорелось инишьшоё цярьсво
И сгорело с краю и до краю,
Посадили тут Вавилушка на цярьсво.
Он привёз веть тут да свою матерь.
Текст публикуется по первой записи 1900 года: Григорьев А.Д. Архангельские былины, т. 1, № 85.
1) Понюгальцё – кнут, погонялка.
2) Кичига – молотило, верхняя часть цепа.
3) Пеструхи – тетера; марьюхи – полевая птица; косачи – польник, полевая птица. (Объяснение сказительницы.)
Светозар Рыжков
