Это цитата сообщения Dmitry_Shvarts Оригинальное сообщение
«Опустела без тебя Земля…»
Майя Кристалинская — музыкальный символ поколения
|
Опустела без тебя Земля… Так же пусто было на Земле, |
 [показать]Опустела без тебя Земля… |
«Мне важен не сам летчик, а человек, который глазами поэта смотрел оттуда на Землю» (Николай Добронравов).
Сами авторы, писавшие песню «по заказу», не предполагали, каким невероятным успехом она будет пользоваться, какая долгая и счастливая судьбы ее ожидает. «Нежность» исполняли многие: Синявская, Зыкина, Гвердцители, Сенчина, но в памяти поколения 60-х осталась она — Майя Кристалинская — и ее исполнение.
На сайте «Пахмутова в Интернете» насчитывается 28 (!) вариантов исполнения песни «Нежность». Желающие могут выбрать любой из них и послушать песню в исполнении самых разных певиц или просто мелодию в формате midi.
Майя Кристалинская поёт
и грудного голоса волной,
обнимая, увлекает нас
в пору ту, где было всё весной…
(Руфь Тамарина)
Ты спрашиваешь, Палома, помню ли я Майю Кристалинскую? Да ведь это все равно, что спросить, помню ли я первого мальчика, который поцеловал меня! Знаешь, ведь мы, девчонки 60- х, были совсем другие, и поймешь ли ты, что я хочу сказать?
Нет, я не склонна видеть в молодых одни недостатки. Просто время сейчас другое, более стремительное, более прагматичное, что ли… А мы… мы росли неспешно, без компьютеров, без сериалов, без всех этих «фабрик» звезд, поющих под «фанеру». В наше время не было звезд, во всяком случае, такого понятия. А Майя Кристалинская была. И Анна Герман была, и Юрий Гуляев… Штучный товар, знаешь ли, таких не на фабриках делают. И песни их мы наизусть знали, и в именах не путались.
Палома, а дай-ка мне список песен Майи, который у тебя в руках, и ты увидишь, что я не только спою тебе практически каждую из них, но и расскажу историю, связанную с той или иной песенкой. Свою историю, конечно, не песенкину. Они ведь у тебя там по годам расписаны. Старая черепаха, которую ты видишь перед собой, и которая забывает многое из того, что надо бы помнить, кроме разве что графика приема лекарств, тоже была когда-то молоденькой барышней. Правда, часами она просиживала не в этих современных Макдональдсах, а в библиотеках и театрах с филармонией впридачу.
[показать] Ну и радио слушала. Особенно любила передачу «После полуночи», когда передавали, то что называется, лучшее из лучшего. И все свои девичьи радости или горести соотносила с той или иной мелодией, с теми или иными словами песни. Это сейчас пишут тексты для песен, а в мое время стихи писали. Поэтов-песенников ведь тоже не так много было. Их имена были на слуху, так же, как имена композиторов и певцов.
Итак, «Старый клён», запись 1961-го года. Песня из кинофильма «Девчата»…
А как же! Песни Александры Пахмутовой, Алечки, как ее ласково называли на советской эстраде, все любили. И фильм мы любили с этой малышкой — Наденькой Румянцевой.
| [показать] |
Старый клён, старый клён, |
Во дворе моего детства тоже был такой клен, а под ним — уютная беседка, в которой днем сидели старушки, а вечером собиралась наша дворовая компания. Ах, какими мы были юными тогда. Девчонки в туго накрахмаленных нижних юбках под платьями с рукавами-«фонариками», с косичками, как у Надюши Румянцевой, и наши все еще не взрослеющие мальчики. Теплое лето, из окна раздается этот самый «Старый клен», а я знаю, что по переулку идет мальчик из моего класса, в которого я тайно влюблена. И вдруг окрик: «А не пора ли тебе домой, милая? Уже 9 вечера!». Это меня зовет моя мама. А компания моих друзей дружно произносит: «Детское время закончено!». Вот так, Палома, каждый вечер поступала моя строгая мама, и не удивительно, что присказка о «детском времени» на несколько лет стала моим дворовым прозвищем. И мальчики мои были отодвинуты тоже на несколько лет вперед…
Погоди, погоди, Палома, не спеши. Вот в самом конце смотри — «Журавленок». Ах, Палома, ведь мы все родом из СССР, во всяком случае, мы с тобой. Майя ведь не только о любви пела. Слушай, ведь у меня до сих пор работает старый проигрыватель, тот, что в углу! И пластинки с записями Кристалинской есть в тумбочке под ним. Давай послушаем эту песню вместе с тобой, ведь мы когда-то плакали, когда она звучала, мы под нее обретали это острое ощущение принадлежности к нашей стране, к нашей великой Родине.
| [показать] |
Ушло тепло с полей, и стаю журавлей |
У людей сейчас размыто понятие Родины. Глобализация, интеграция и прочие иностранные слова. Но в нашем поколении это осталось, и похоронят меня, Палома, в родной земле бывшего СССР, как бы ни назывался теперь этот его осколок. «А Родина милей…». Ты, Палома, тоже не забывай об этом никогда…
А вот и «Карелия»… Слова К. Рыжкова музыка А. Колкера. Еще одна пара имен, как Пахмутова и Добронравов…
В разных краях
Оставляем мы сердца частицу,
В памяти бережно, бережно, бережно встречи храня…
Вот и теперь
Мы никак не могли не влюбиться,
Как не любить
Несравненные эти края.
Долго будет Карелия сниться,
Будут сниться с этих пор
Остроконечных елей ресницы
Над голубыми глазами озер.
Ах, Палома! Жаль, что ты не была в Карелии, не видела того, о чем поется в песне. А мы с мужем много раз ездили туда — и на лыжах кататься, и на байдарках ходить. В нашем поколении Карелия был своеобразным связующим знаком людей определенного круга, определенного мировоззрения и мироощущения. «Партия побывавших в Карелии». Как тебе, Палома, такой штришок к политическому портрету нашей нынешней страны?
А вот какая чудная песня — «А снег идет»! Стихи, не текст, Палома, стихи!! Написал твой любимый Евтушенко. Я помню этот фильм «Карьера Димы Горина». Жаль, что по ТВ мало показывают старых фильмов, даже по этому кабельному телевидению нечего смотреть, да я и не смотрю, уж лучше старые книги перечитывать, классиков, на которых росло наше поколение. Мы в метро не читали в паузах между пересадками эти жуткие, в руках разваливающиеся книжонки. «Женский роман»… Палома! Не бывает женских и мужских романов, бывает хорошая литература и плохая. Хорошая в моем шкафу собрана. Ой, отвлеклись мы от Димы Горина в исполнении совсем юного Александра Демьяненко и от песни, когда-то мною очень любимой.
| [показать] |
А снег идет, а снег идет, |
Фильм, конечно, то что называется «советский». Но такой милый этот кассир Дима, который в финальной сцене встречается со своей любимой! Нелепый интеллигентный мальчик, волею судьбы превратившийся в строителя ради любви. Но сколько миллионов зрителей привлекала эта красивая зимняя сказка! Как жаль, что он умер… Не Дима Горин, а Александр Демьяненко. Скоро все уйдут, кто формировал наше поколение, прививал вкус к настоящему искусству…
Палома! А это уже по твоей части. Смотри — песня Окуджавы, «Старый причал».
Чайка летит, ветер гудит, шторм надвигается,
Кто-то и мне машет рукой и улыбается.
Кто-то и мне прямо в глаза молча глядит,
Словно забыть старый причал мне не велит…
Я знаю, вы там у себя в журнале любите Окуджаву. Когда эта песня появилась, мне еще немного лет было. Это уже потом появилось целое направление — бардовская песня. А «Причал» просто хорошей песней был, такой очень лиричной. Вообще Майя много песен спела в ритме вальса. Хорошо ложился этот ритм на ее голос, на манеру исполнения.
Возьми хоть «Вальс о вальсе» на стихи Евтушенко… Палома?.. Тебя не утомила еще своими воспоминаниями старая черепаха? Я ведь тоже, как и ты, обожаю раннего Евтушенко. А моя мама как-то не очень вначале воспринимала это слишком, на ее взгляд, откровенное «Постель была расстелена, а ты была растеряна…». Пуританское советское воспитание, что поделать. Ее эта «постель» испугала, а я забрала сборник и ушла в свою комнату дальше читать, потом уже увлеклась серьезно — и стихами, и романтическими историями, с ними связанными.
Вальс устарел, —
Говорит кое-то, смеясь.
Век усмотрел
В нём отсталость и старость.
Робок, несмел,
Наплывает мой первый вальс.
Никогда не смогу,
Никогда не смогу
Я забыть этот вальс…
Мой первый вальс позже случился. Я имею в виду школьный выпускной бал. Нам ведь не разрешали краситься, ногти лаком покрывать, начесы делать. Знаешь, что такое начес? Это когда волосы для увеличения объема к корням чешут, а потом сверху слегка приглаживают. Если не слишком пригладить, получалась знаменитая прическа «я у мамы дурочка». Ой, Палома, начнешь воспоминания, дня не хватит. Скажу только, что в знак протеста против учительского террора я пришла на выпускной бал с заплетенной косой без всяких начесов, переброшенной через плечо, и даже ресницы не подкрасила. Против течения, Палома, против течения… Как раз в этот день многое не возбранялось.
И хотя в нашей школе уже давно была своя собственная рок-группа, все равно на магнитофон ставили кассеты с любимыми старыми песнями, конечно, и с вальсами Майи Кристалинской.
|
Чуть охрипший гудок парохода |
Ты пришел к нам таежной тропинкой, |
Кстати, вторая песня — «Таежный вальс» — это ответ девушки на песню «Бирюсинка» Колмановского и Ошанина. Еще один замечательный тандем композитора и поэта.
Палома! А ведь опять Евтушенко. Во времена моей юности были необыкновенно популярны песни Арно Бабаджаняна. А кумиром всех девчонок нашей школы безоговорочно был молодой еще Муслим Магомаев. Помню, он приезжал в наш город на гастроли почти одновременно с Эдитой Пьехой. Ой! Как не любила Эдиту моя учительница химии… «Кафешантанная певичка», — брезгливо морщилась она. А среди нас, девчонок, почему-то витал слух, что Магомаев и Пьеха связаны романтическими отношениями. Одна моя одноклассница случайно пропустила выступление Муслима, которое транслировало телевидение. Узнав о своей оплошности, она буквально заходилась в рыданиях, когда мы наперебой обсуждали некоторые моменты концерта. Но я отвлеклась, Палома. Просто увидела одну из лучших песен Бабаджаняна, которую исполняли и Магомаев, и Кристалинская, — «Не спеши».
Ты спеши, ты спеши ко мне,
Если я вдали, если трудно мне,
Если я, словно в страшном сне,
Если тень беды в моём окне.
Ты спеши, когда обидят вдруг,
Ты спеши, когда мне нужен друг,
Ты спеши, когда грущу в тиши,
Ты спеши, ты спеши…
Ах, Палома… Смотрю я на список песен Майи, вспоминаю музыку, стихи. Эти песни «сделали» нас, девчонок 60-х. Мы соотносили с ними свои чувства, мысли, мироощущение. Та женщина, которую ты видишь перед собой — не только продукт эпохи, но и продукт того лучшего, что было в советской массовой культуре. Хотя, какая же она массовая? Талантливые певцы, композиторы, поэты… Каждое имя на слуху, каждое имя любимо и почитаемо. Может, мы слишком идеализировали нашу будущую взрослую жизнь, может, нам не хватало здорового прагматизма, а романтики было с перехлестом. Но поверь, Палома, я счастлива, что моя жизнь сложилась именно так, а не иначе, и то, о чем мы говорим с тобой, для меня не пустой звук, не желание как-то оправдать негативы моего времени.
Как писал Высоцкий — «Время эти понятья не стерло…». И любовь, и добро, и зло останется тем же всегда — даже в будущем нашем далеком. Вашем, Палома, — и твоем, и твоей дочери, и твоей внучки, которая у тебя когда-нибудь будет. Вот так.
Нет, Палома, мы, конечно, не были «тургеневскими барышнями», во всяком случае, если и были, то не все и не так уж буквально. Но представь себе молоденькую барышню, воспитанную хорошими книгами, театром, гениальными актерами (а в наше время по воскресеньям в 14 часов по телевидению был обязательный спектакль ведущих московских театров), которая, переживая свою первую любовь, в этой самой радиопередаче для полуночников слушает такие песни в исполнении Майи:
| [показать] |
Пусть завтра кто-то скажет, как отрубит, |
Инна Гофф написала стихи к этой песне… Давай послушаем — она того стоит, уверяю тебя.
А вот смотри, Палома, как интересно перекликаются эти две песни Кристалинской! К первой тоже Инна Гофф стихи написала, а ко второй — Роберт Рождественский.
|
Для чего ты сказал |
Зачем на склоне дня |
Знаешь, мне кажется, если посмотреть на список песен, что всю сознательную жизнь девочек 60- х сопровождали песни Майи — развивали душу, ставили и решали сложные вопросы на каждом этапе их женской судьбы… На каждом этапе — от нижних юбок для увеличения девчоночьих форм до первой седины в волосах и первых настоящих, не придуманных женских горестей.
Вот смотри, Палома! Сколько интересных ситуаций, сколько историй в песнях Кристалинской. Ее негромкий голос жалел, утешал, давал надежду или рассказывал, что ты не единственная в таком положении, и нужно жить дальше.
|
Ночь была, был рассвет, |
Я узнаю цену раю, |
Вот еще одна замечательная песня — грустная такая. Майе Кристалинской особенно удавалось передать своим голосом такое настроение. А почему ее песни были подчас такими грустными, ты теперь знаешь. Кстати, обрати внимание — опять Евгений Евтушенко. Я как-то не задумывалась раньше, сколько его стихов звучат в лучших песнях Кристалинской.
В нашем городе дождь,
Он идет днем и ночью.
Слов моих ты не ждешь, ты не ждешь,
Я люблю тебя молча.
Дождь по крышам стучит,
Так что стонут все крыши.
А во мне все молчит, все молчит,
Ты меня не услышишь.
Я люблю высоко,
Широко, неоглядно,
Пусть тебе это все, это все,
Совершенно не надо…
Мы, девчонки 60-х, сохранили в себе эту способность к широкой и неоглядной любви, да собственно, другой и не представляли. До чего же насыщенной была наша внутренняя жизнь, как я думаю, глядя на эти строчки. И пусть мы не так ярко одевались, пусть не умели пользоваться косметикой, но душа наша не уставала трудиться, вбирать в себя лучшее из того, что было вокруг.
«Сколько неба, сколько света, сколько солнца… Неужели это мне одной?». Как счастливы мы были своей безоглядностью, Палома, как счастливы… Я не плачу, не волнуйся, просто вся моя юность перед глазами, все мои надежды… «И все сбылось, и не сбылось…».
Или вот это. Хоть стихи Игоря Шаферана написаны от мужского имени, но и ее пела Кристалинская —
| [показать] |
Для тебя, для тебя, для тебя |
Ах, как все переплетено в моей памяти. Уже гораздо позже был такой фильм Эдмонда Кеосаяна «Когда наступает сентябрь». Там необыкновенно сыграл Армен Джигарханян, а песню «Для тебя» пел герой Владимира Ивашова. Вот еще одно артистическое имя — тебе стоит почитать о нем и посмотреть, если не видела, фильм «Баллада о солдате».
Это ведь такая вершина Григория Чухрая! А еще говорят — тоталитаризм. Но почему, скажи мне, тогда культура была на таком высоком уровне? Неужели ей вредна свобода?
Палома, тебе не кажется, что старая черепаха что-то слишком впала в брюзжание и менторский тон? Ты же знаешь свою соседку — перелом срастется, как на собаке. Ну, подвернула ногу и не вовремя обратилась к врачу, так не голову же, ногу! Я еще побегаю, девчонка 60-х, потанцую под Майины песни. А пока давай мы с тобой просто послушаем мои любимые…
|
* * * * * * * * * |
* * * * * * * * * |
Что ж, Палома, надеюсь, тебе мой рассказ помог окунуться в эпоху моей юности. И еще! Какие имена, посмотри — Ю. Друнина, Р. Рождественский, Е. Евтушенко, Б. Окуджава, Б. Ахмадулина, И. Гофф, И. Кашежева, Р. Казакова, Н. Доризо… Какое сплетение талантов! И конечно, Майя Кристалинская…
Советская певица Майя Владимировна Кристалинская родилась 24 февраля 1932 года в Москве. Еще в школе она пела в хоре ЦДДЖ (Центрального Дворца детей железнодорожников), которым руководил И. Дунаевский.
В 1950-м году Майя поступила в Московский авиационный институт, пела в институтском хоре с будущей оперной певицей Галиной Каревой.
В 1955 году Кристалинская окончила МАИ и получила распределение в Новосибирск, но очень скоро вместе со своей сокурсницей, подругой детства Валентиной Котелкиной, она вернулась в Москву и начала работать в КБ Яковлева.
В 50-е годы на экранах страны шел фильм с участием молодой аргентинской актрисы Лолиты Торрес — «Возраст любви». Песни в ее исполнении были очень популярны. Именно их, на испанском, не понимая ни слова, но с отличным произношением и стала петь Майя Кристалинская. Ее приняли в молодежный хор при Центральном доме работников искусств (ЦДРИ).
Руководительница хора сказала Майе: «Для нашего репертуара ты в солистки не годишься. Твоему голосу нужна песня особая, негромкая, идущая от души. Там ты королева. Иди в «Первый шаг» (Эстрадное объединение Э.С. Разниковского — Палома).
В 1957 году Майя Кристалинская выступала на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве, а после его окончания она становится солисткой оркестра Олега Лундстрема. Дебют Майи состоялся в Харькове — никому не известную москвичку приняли сразу. Последовали гастроли в других городах.
В том же 1957-м она вышла замуж за участника ВТЭК (Врачебного театрального-эстрадного коллектива) Аркадия Арканова (теперь — российского сатирика, драматурга, писателя, ведущего телевизионных передач). Они познакомились 30 апреля. Второй раз встретились в знаменитом ресторане ВТО. Третья встреча состоялась на День Победы. Арканов сделал Кристалинской предложение. 1 июня 1957 г. они поженились. Родители молодых не были в восторге от выбора детей.
— Ты с ним жить не будешь! — сказала Майе одна из подруг. Так и случилось.
Из интервью с Аркадием Аркановым:
«Майя действительно была моей женой, я не делаю из этого никакого секрета. Мы познакомились с ней чисто случайно в 1957 году, во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве. Я был тогда больной на девушек и женщин с хорошим слухом. Для меня главным было в женщине помимо, конечно, внешности, чтобы она была с юмором и музыкальна. Если без юмора или без слуха — все, не получается… Я очень быстро влюбился в Майю, а она — в меня. Спустя два месяца мы расписались, а еще через семь расстались. Объяснить причину тут невозможно. Но должен сказать, что до конца ее дней мы сохранили хорошие, теплые и нормальные человеческие отношения».
В конце 50-х Лундстрему приказали сверху сократить состав оркестра и вокалистов. Жертвой стала недавно пришедшая Майя. Поступило предложение от Эдди Рознера, которому в ансамбль требовалась солистка после ухода Ирины Бржевской. Джазовым вокалом Майя не владела и ей достался лирический репертуар.
В 60-е годы Майя Кристалинская пела в фильмах «Жажда», «Цепная реакция», «Карьера Димы Горина», «Большая руда», «Был месяц май», «Суд сумасшедших». Пластинка «Мы с тобой два берега» вышла невиданным доселе тиражом — 7 млн. экземпляров — и разошлась мгновенно.
Певица одной из первых исполнила на эстраде песенку Булата Окуджавы «Ах, Арбат», звучавшую до этого только в магнитофонных записях. С декабря 60-го Майя Кристалинская стала петь в очень популярной радиопередаче «С добрым утром!».
Все бы хорошо, но к Новому году была подготовлена и выпущена в эфир ТВ запись песни «В нашем городе дождь», исполненной Майей с очень грустными интонациями. 2 января разразился скандал: выступление Кристалинской стало эмоциональным диссонансом.
«Интонации мещанской сентиментальной лирики с оттенком пошлости не имеют ничего общего с нашей героической современностью. К сожалению, подобные песни особенно нравятся людям с «душевным надрывом», но эту болезнь нужно лечить». Путь на телеэкран для Майи оказался надолго закрыт.
В 1962 г. Кристалинская получила третью премию на втором Всероссийском конкурсе артистов эстрады.
Скромный костюм, красивый, низкий, хотя и небольшой, по мнению специалистов, голос. Но этот голос звучал легко, свободно и очень выразительно. Каждая песня Майи была своеобразным спектаклем, который она разыгрывала, покоряя публику глубиной и правдивостью переживания.
В конце 1966-го телевидение обратилось к зрителям с просьбой назвать лучшего исполнителя года. Ответы не заставили себя ждать: Майя Кристалинская. В том же году она спела песню Александры Пахмутовой «Нежность», прозвучавшую позже в фильме «Три тополя на Плющихе» кинорежиссера Татьяна Лиозновой и ставшую вершиной певческого искусства Кристалинской.
С ней сотрудничали лучшие эстрадные композиторы-песенники. Молодой Микаэл Таривердиев начинал писать именно для нее. В одной из последних сольных программ «В песне жизнь моя» наряду со своими признанными шедеврами Майя Кристалинская исполняла русские романсы, читала стихи О. Берггольц, Р. Рождественского.
В 1974 г. певице присвоено почетное звание Заслуженной артистки РСФСР.
Очень интересную статью о Майе Кристалинской «Эхо нашей юности» Аллы Райхлиной можно прочитать на сайте еврейской общины г. Тулы.
Мало кто знал, что неизменная косынка, обвивающая шею певицы — не талисман, не новомодная придумка, которую тут же начали копировать многие женщины, — она скрывала огромную человеческую трагедию Майи Кристалинской.
Никто не подозревал, почему так печально звучит ее голос, почему так печальны порой песни, которые она выбирала для исполнения, что скрывается под ее знаменитой косынкой…
Во время гастролей в начале 60-х у Майи поднялась температура. Сначала подумали: ангина. Но врач назвала ангину «атипичной». Певица Мария Лукач, приглашенная в оркестр Эдди Рознера, а потом и сам маэстро первыми предположили, что странные узелки на шее — отнюдь не осложнение после ангины, как думала Майя. Ей не было тридцати, когда врачи установили страшный диагноз — опухоль лимфатических желез (лимфогранулематоз).
Диагноз не скрывали, и начались бесчисленные сеансы облучения и химиотерапии. Выступления на эстраде чередовались с пребыванием в клиниках.
Валентина Котелкина, подруга детства и юности Майи Кристалинской:
— Майя рассказывала вам о своей болезни?
— Она не любила жаловаться… Слово «злокачественная» не было произнесено, но… Мы, как в юности, вместе поплакали, а домашним Майя ничего не сказала…
Она продолжала выходить на сцену такой же, как прежде, легкой походкой. Правда, голос стал чуть печальнее, в глазах появилась грусть, а на шее — кокетливо повязанная маленькая косыночка. Московские модницы, не зная, что Майя таким образом маскирует следы от облучения, тоже начали завязывать на шее маленькие косыночки.
Ее лечили крупнейшие гематологи — Й. Кассирский, а после его смерти в 1971 году — А. Воробьев. Увы, опухоль оказалась злокачественной. 24 года прожила певица в ожидании неминуемого финала, и какой пыткой оборачивался для нее каждый год, вырванный у смерти. Ведь всего за три месяца из-за травмы родинки умерла другая известная певица — Лидия Клемент. Жить в постоянном страхе и при этом петь…
В конце 60-х в доме хирургов Вишневских Майя Кристалинская познакомилась с архитектором Эдуардом Максимовичем Барклаем, которого не смутила болезнь певицы — он стал бывать у нее на концертах, дарил букеты роз, провожал домой, красиво ухаживал. Фамилию свою он унаследовал от псевдонима отца. В свое время в качестве дизайнера Эдуард Барклай участвовал в установке памятника С. Орджоникидзе. В итоге он женился на его дочери, познакомился со Светланой Аллилуевой и другими представителями тогдашней элиты. Брак с дочерью Орджоникидзе вскоре распался.
Позже, по совету Эдуарда, Майя начала появляться на сцене не в привычных костюмах, а в элегантных платьях с высоким воротом. Он сам выбирал фасоны платьев и расцветку ткани. Кристалинская и Барклай стали жить вместе, а через некоторое время гражданский брак сменился официальным, хотя из-за болезни Майя не могла иметь детей.
Эдуард прекрасно готовил, заботился о жене, следил за приемом лекарств и выполнением всех назначений медиков, хотя это порой приводило к ссорам. Он переживал и жаловался Валентине Котелкиной: «Ей нельзя худеть, а она почти ничего не ест».
Накануне своего 50-летия Майя была очень подавлена — голос стал звучать хуже, она стала меньше петь. Возникла мысль о другом занятии, далеком от пения — переводе на русский книги Марлен Дитрих «Размышления».
А в июне 1984 года Майя потеряла мужа. Он разбудил ее ранним утром, попросил вызвать «скорую» и после укола потерял сознание. 19 июня Эдуарда Барклая похоронили.
«После того, как ушел Эдик, мне стало неинтересно жить», — говорила Кристалинская. Она даже перестала наблюдаться у Воробьева. В начале 1985 года Майя легла в клинику, ей сделали там очередной сеанс облучения, но вскоре у нее ухудшилась речь, плохо стали двигаться правая рука и нога. После возвращения домой болезнь начала прогрессировать. Майя потеряла голос. Она не могла говорить, только набирала номер знакомых и плакала в трубку.
В июне певица была помещена в реанимационное отделение Боткинской больницы. Пролежав там без сознания несколько дней, 19 июня Майя Кристалинская умерла — ровно через год после похорон Эдуарда Барклая.
Ее похоронили на старинном Донском кладбище в Москве. На мраморной стеле надпись: «Ты не ушла, ты просто вышла, вернешься — и опять споешь».
По словам композитора Аркадия Островского, «дворовые циклы» песен появились под прямым воздействием фильмов итальянского неореализма.
В 1962 году — «А у нас во дворе», «И опять во дворе», «Я тебя подожду». В 1965 году — «Вот снова этот двор» и «Детство ушло вдаль». Второй цикл, как рассказывают его авторы, появился благодаря бесчисленным письмам слушателей, требующих продолжения рассказа о судьбе героев. Слова ко всем песням написал Лев Ошанин, а спели их Иосиф Кобзон и Майя Кристалинская.
| [показать] А у нас во дворе А у нас во дворе есть девчонка одна, Я гляжу ей вслед: Есть дружок у меня, я с ним с детства знаком, — Не боюсь я, ребята, ни ночи, ни дня, Вот опять вечерком я стою у ворот, Или утром стучит каблучками она, — Я гляжу ей вслед: И опять во дворе Ты не грусти, может быть, ещё встретимся, И опять во дворе нам пластинка поёт Не отнимай свою руку, пожалуйста, В туфлях на гвоздиках, в тоненьком свитере, Губы не прячь и вокруг не поглядывай, Ты не грусти, может быть, ещё встретимся, И опять, и опять, и опять, и опять, |
Я тебя подожду Ты глядел на меня, ты искал меня всюду, А за окном то дождь, то снег, Я иду без тебя переулком знакомым. Во дворе дотемна А за окном то дождь, то снег, Вот снова этот двор Вот снова этот двор, мой добрый, старый дом. Здесь все иное вдруг, и дождь иной, и снег, Вот переулок мой, но нет ответных глаз, Детство ушло вдаль Детство ушло вдаль… И все сбылось, и не сбылось, Если б тебе знать, Слышишь шагов звук, И все сбылось, и не сбылось, |
Лучшие песни Майи Кристалинской можно выбрать из списка и скачать здесь.
В очерке использовано фото Михаила Левита.