I taught myself to live simply and wisely,                       

to look at the sky and pray to God,

and to wander long before evening

to tire my superfluous worries.

When the burdocks rustle in the ravine

and the yellow-red rowanberry cluster droops

I compose happy verses

about life's decay, decay and beauty.

I come back. The fluffy cat

licks my palm, purrs so sweetly

and the fire flares bright

on the saw-mill turret by the lake.

Only the cry of a stork landing on the roof

occasionally breaks the silence.

If you knock on my door

I may not even hear.

ай тот майˈселф тэ лив ˈсимпли энд ˈуайзли, 
тэ лук эт зэ скай энд прей тэ год, 
энд тэ ˈуондэ лон биˈфор ˈивнин 
тэ ˈтайэ май сьюˈпёфлуэс ˈуариз.

уэн зэ ˈбёдокс ˈрасл ин зэ рэˈвин 
энд зэ ˈйелоу-ред rowanberry ˈкластэ друпс 
ай кэмˈпоуз ˈхэпи ˈвёсиз 
эˈбaут лайфс диˈкей, диˈкей энд ˈбьюти.

ай кам бэк. зэ ˈфлафи кэт 
ликс май пам, пёз соу ˈсуитли 
энд зэ ˈфайэ флеэз брайт 
он зэ со-мил ˈтарит бай зэ лейк.

ˈоунли зэ край эв э сток ˈлэндин он зэ руф 
эˈкейжнэли брейкс зэ ˈсайлэнс. 
иф ю нок он май до 
ай мей нот ˈивэн хиэ.

Я научилась просто, мудро жить,

Смотреть на небо и молиться Богу,

И долго перед вечером бродить,

Чтоб утомить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи

И никнет гроздь рябины желто-красной,

Слагаю я веселые стихи

О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь

Пушистый кот, мурлыкает умильней,

И яркий загорается огонь

На башенке озерной лесопильни.

Лишь изредка прорезывает тишь

Крик аиста, слетевшего на крышу.

И если в дверь мою ты постучишь,

Мне кажется, я даже не услышу.