Можно быть далеко, а можно — близко, — в дороге или дома. Можно у моря, у океана, а можно у реки или пруда. Можно молчать или говорить, много или мало. Можно также слушать, а можно внимать. Можно слушать, но не слышать, можно делать вид, что слушаешь, а думать о своем, о разном. Смотреть на облака, загадывать желания, чертить на песке или щекотать травинкой. Можно идти, а можно не спешить, можно уходить, а можно оставаться, — можно идти по кругу, а можно стоять неподвижно. Там луна, а здесь — солнце, — тут восток, а, если заглянуть с другой стороны — то сплошной запад. А еще есть северо-восток, а еще восток ближний и дальний. Еще есть право и лево, — с этим полная неразбериха, все зависит от точки отсчета, она же определяет начало и конец. Итак, можно здесь, и еще там, и еще чуть дальше и ближе, и западней, и восточней, — можно у реки летом, и вечером, когда закат, а еще у пруда без названия, наблюдать и молчать, говорить и слушать, сомневаться, анализировать, мечтать, вспоминать, любить, думать о любви, думать, что любишь или думать наоборот.

 

Можно так, а можно этак, в полнолуние и на рассвете, быть счастливым и не очень, а также — голодным, пресыщенным, беспечным, озабоченным, торопливым или же неспешным.

У всего есть цель, но, пока достигаешь одной цели, обнаруживается другая, ничуть не менее важная.

А, если не следовать никакой цели, то все, что попадется на пути, можно считать таковой.

И тогда становится абсолютно неважным, океан или река, дом или дорога, юг или север.

Можно молчать, можно смеяться, можно мечтать.

Можно повернуть налево, а можно идти на восток.

Там — луна, а здесь — солнце…

Все зависит от точки.

 

Кажется, она где-то здесь...

 

Каринэ Арутюнова