[447x699]

Биография его несложная. Родился 29 июля 1961 года, был назван Алексеем. Учился в Воронежском государственном институте искусств и должен был работать в театральной сфере. Но Господь призвал его к иному.
Отслужив в армии, в 1983 году Алексей Тамберг поступил в Московскую Духовную семинарию, затем - годы учения в Академии, которую закончил в 1990 году с ученой степенью кандидата богословия. 16 июня 1987 года принял монашеский постриг с именем Роман, в честь преподобного Романа Сладкопевца; 5 июля того же года был рукоположен во иеродиакона; 30 августа 1993 года - в сан архидиакона. По окончании Московской Духовной академии был назначен помощником заведующего иконописной школой при Академии, затем - начальником организованного им архитектурно-художественного отдела Троице-Сергиевой Лавры. В 1992 году переведен в Свято-Данилов монастырь и назначен экономом обители.
4 мая 1998 года внезапная смерть прервала жизнь отца Романа в самом ее расцвете.

Когда уходит близкий человек, любовь и скорбь расставания обостряют наше внутреннее зрение и проясняются многие черты ушедшего, прежде сокрытые за суетой повседневности. Так и теперь. Отца Романа с нами нет. Мы всматриваемся в прошедшее, еще такое недавнее, и открываем для себя, что не знали его, не понимали, недооценивали. "Большое видится на расстояньи". И мы видим теперь, насколько незаурядной, масштабной, крупной была его личность, как много даров он получил от Господа и как эти дары возвратил Богу стократ.
Отец Роман был человеком несомненно талантливым. Полностью раскрыть эти таланты помогла Церковь. Одаренность его проявлялась во всем - в том, как он смело и решительно шел по жизни и увлекал за собой других, как умел открывать для себя и других красоту, петь песни, писать иконы, сочинять стихи, строить храмы и возводить памятники, любить и дружить, говорить утешающее и убеждающее слово.
Он был безраздельно верен Богу, Церкви, Родине. Приняв Таинство Крещения юношей, в сознательном возрасте, он сразу же, бесповоротно оставил все прошлые намерения относительно устроения своей жизни и полностью предал себя воле Господней. Внутренне созрев для служения Богу, избрав свою дорогу, он никогда не сворачивал с нее. Он не мог делить себя между Богом и миром. И при своей деятельной натуре не мог быть пассивным членом Церкви. Поэтому, не сомневаясь, он поступил в семинарию и столь же решительно принял монашество. Это было неожиданно для многих даже близко знавших его - Роман был жизнерадостным, подвижным, веселым человеком, казалось призванным на пир жизни.
Дарованными ему Богом талантами он пользовался благоговейно. И то, что Господь посеял в нем, - любовно и бережно взращивал.
Отец Роман любил музыку, тонко чувствовал ее. Сам играл на фортепиано, на фисгармонии, в последнее время осваивал гусли. Глубоко интересовался церковным пением. У него было огромное количество кассет со старинными распевами. Когда ему предстояло служить, он всегда готовился к этому заранее и нередко украшал службу чем-то новым, иногда собственного сочинения, хотя и не признавался в этом. Даниловские прихожане помнят, как Великим постом он пел дивные песнопения, настраивавшие на молитвенный лад. Он любил церковное искусство и считал, что оно имеет огромное значение в богослужении, собирает на молитву, устремляет к Богу. В Даниловом монастыре при отце Романе хор запел по-новому и теперь считается одним из лучших церковных коллективов в Москве. Отец Роман увлекался знаменным пением. Организовал такое пение в Троице-Сергиевой Лавре.
Музыкальная одаренность помогала ему в исполнении диаконского послушания. Диаконство - возможно, самая светлая, самая лучшая сторона его жизни. Он очень любил это служение и хотел остаться в диаконском сане. Он был диаконом во всем. Весь его облик, его голос, осанка - все было диаконским. Здесь все его таланты собирались воедино. К этому послушанию, как и ко всем другим, он подходил серьезно. Изучал традиции, экспериментировал, менял стиль служения и в конце концов нашел свой, неповторимый. Служил спокойно, без какой-либо внешней аффектации, без искусственных приемов, гармонично, но величественно. И всегда был очень смиренным в храме, умел сохранять должное почтение к старшим по сану.
Еще в годы учения в семинарии он получил благословение заниматься иконописью, и с тех пор глубоко интересовался этим видом церковного искусства, учился у современных иконописцев. Писал иконы, участвовал в росписи академического храма после пожара в 1996 году. Изучал иконопись и теоретически. Его кандидатская диссертация была посвящена русскому богословию иконы. Позже им была подготовлена и издана книга "Послание иконописцу" преподобного Иосифа Волоцкого.
По окончании Академии отец Роман был назначен помощником начальника и преподавателем иконописной школы, которая тогда только создавалась при Академии. Для молодых иконописцев он был старшим другом, входил во все трудности их жизни. Его ученики вспоминают, что когда они впервые приехали в Академию, то он помогал им устраиваться, сам все организовывал. Отец Роман горячо брался за любое дело.
Он не только учил студентов тому или иному предмету, но помогал укрепляться духовно. Преподавая славянский язык, в качестве примера часто избирал тексты из старопечатной книги поучений во дни Великого поста - о покаянии, молитве, значении поста, о Страшном суде; научая языку, он старался преподать и азбуку духовной жизни.
Отец Роман был убежденным воином Христовым, защитником чистоты Церкви. Верил, что Русь возродится. И не просто верил, но прилагал к этому свои силы. Он проповедовал в храме, по радио и телевидению, писал стихи и песни, исполнял их, записывал на аудиокассеты, участвовал в создании православных фильмов. Хотя его интересовали серьезные богословские проблемы и он мог бы писать богословские труды об иконе, о церковной музыке, он выбрал другое: своими стихами и песнями, словом и делом он нес Слово Божие "среди тех, кто еще не пришел, а может быть, и ушел из Церкви, среди болящих, скорбящих, опустившихся, позабывших про Вечное и погрязших в сегодняшнем". Так он писал в предисловии к сборнику стихов Д. Соколова. Отец Роман всегда помнил о том, что сеять надо, а уже как прорастет - на то воля Божия.
Он сеял везде. Ездил в армию, выступал в Академии им. Ю. А. Гагарина, бывал на Северном Флоте, преподавал катехизис казачеству.
Отец Роман любил Россию и своими песнями учил любить Русскую землю других. Он остро переживал сияние Неба на земле, и восхождение "от Отечества земного к Отечеству Небесному" было для него реальностью. Он предполагал даже издать книгу для юношества под таким названием.
Русская природа радовала его сердце. Побывав за границей, например на Кипре, он оценил по достоинству море, климат, солнце, но сказал, что никогда не променял бы на все это родную деревню. Выезжая на природу, он неизменно брал с собой удочки, замечая, что и Апостолы были рыбаками.
Отец Роман был верным, чутким другом. Свою любовь проявлял скупо, без внешней сентиментальности. Любил делать подарки друзьям, и когда ему говорили, что подарок слишком дорогой, он отвечал: "А сколько стоит дружба?" Господь дал ему счастье быть другом ушедшего вместе с ним отца Алексия Грачева. Они сблизились очень быстро, еще в Лавре Преподобного Сергия, и надолго, до смерти.
Вместе писали и пели песни, вместе отдыхали и не могли насытиться общением друг с другом.
В 1992 году отец Роман был назначен экономом в Московский Свято-Данилов монастырь, и с этого времени начался новый этап в его жизни. Здесь расцвели и раскрылись многие заложенные в нем способности. Он был талантливым руководителем, администратором, организатором. Но вместе с тем был смиренным и послушным монахом, всегда помнил о данном им обете послушания и ничего не предпринимал без благословения Священноначалия.
Отец Роман занимался не только вверенной ему хозяйственной и финансовой частью монастырской жизни - для него в Церкви не было ничего раздельного, все было едино, поэтому он вникал во все.
Он организовывал работу всех служб обители, поднял на высокий уровень издательскую деятельность, книжную торговлю, произвел полный ремонт всех монастырских зданий. Много сил приложил к благоукрашению обители. При отце Романе был расписан древний монастырский храм святых отец семи Вселенских Соборов. Он сам подбирал художников, участвовал в разработке проекта росписей, лично следил за ходом работы. Его тщанием на стене больничного корпуса, обращенной к монастырской площади, были помещены мозаичные иконы Преподобного Сергия Радонежского, святых благоверных князей Даниила Московского и Александра Невского.
Отец Роман любил преподобного князя Даниила, глубоко понимал его значение для Москвы, для России, писал стихи и песни, ему посвященные, записывал их на аудиокассеты.
В сентябре 1997 года, к 850-летию Москвы, на Серпуховской площади был установлен памятник святому благоверному князю Даниилу. Отцу Роману было поручено создание авторского коллектива, под его руководством разрабатывался проект памятника, изыскивались средства на его сооружение. Спустя полгода, 17 марта, была освящена часовня во имя Небесного покровителя Москвы. При отце Романе Данилов монастырь поддержал инициативу Северного морского флота о присвоении имени святого князя Даниила одной из атомных подводных лодок. В марте 1998 года это совершилось.
В исполнении экономского послушания отцу Роману помогал данный ему от Бога дар общения с людьми. Он был умным собеседником, добрым, деликатным человеком. Умел поддержать разговор, найти общий язык с совершенно разными людьми, умел слушать. В общении был необычайно простым, иногда по-детски доверчивым и открытым, это отмечают все, кому довелось встречаться с ним. Вообще в его характере было очень много детского, чистого, непосредственного.
Каждый человек ему был интересен, в каждом он принимал живое участие. К нему за советом шли архитекторы, иконописцы, бухгалтеры, издатели, и все беседовали с ним, как со специалистом. Обладая быстротой ума, имея незаурядные организаторские способности, он находил решение, казалось бы, неразрешимых проблем, выход из самых запутанных ситуаций и часто помогал людям.
Он умел и спешил делиться всем, что имел. Щедро, радостно, с каким-то даже упоением. И спешил жить, торопился как можно больше успеть. Он ушел, но как много оставил нам!
Теперь, уже по прошествии времени, мы вспоминаем его, нашего ближнего и близкого, пытаемся запечатлеть в памяти дорогие черты. Как мог один человек вместить в себя столь многое? Как могло в живой нераздельности создания соединяться такое жизнелюбие, постоянное желание радоваться Божиему творению, каждой былинке - и острое чувство неизбежности смерти, всегдашняя память о временности нашего пребывания здесь; как могли в одном человеке так органично сочетаться дар организатора - и доверчивость, ранимость тонко чувствующей души; зрелость мысли, мудрость начальствующего - и детское простодушие, порой беззащитность; как мог один и тот же человек ежедневно вести переговоры, издавать приказы и распоряжения, общаться с людьми, часто далекими от Церкви, - и писать иконы, духовные песни, заниматься богословием? Со смирением склоняемся пред Всеблагим Промыслом Божиим, избирающем человека в определенный день и час для служения Церкви, ставящим его на то место, где он приносит наибольшие плоды; и пред благодатию Божией, подающей силу для несения возложенного на избранного послушания.
Отец Роман считал жизнь доро'гой. Себя видел странником на этой дороге, пребывающим на земле в гостях и устремленным домой, к Богу. Путь его был ясным, прямым, неизменно поднимающимся ввысь. И когда этот путь достиг наивысшего подъема, Господь взял его от нас. По человеческому разумению это непонятно, это трудно принять, но Господний суд иной.
Бог так определил, что отец Роман стал первым ушедшим насельником возрожденного Данилова монастыря, которого отпевали как инока обители. Отпевание, совершенное в Троицком соборе монастыря, в день святого великомученика и Победоносца Георгия возглавил епископ Верейский Евгений, ректор Московских Духовных школ, друг покойного.
Преосвященный Владыка огласил послание Святейшего Патриарха, направленное на имя наместника и братии обители, со словами соболезнования, в которых дана первосвятительская оценка трудам и деятельности почившего отца Романа и выражено глубокое сочувствие. В нем, в частности, говорится: "Высшая цель жизни человека, как временной, так и Вечной, заключается в единении с Богом, Источником всякого блага. Отец Роман, приняв в свое время иноческий подвиг, целиком посвятил себя Господу. Обладая прекрасным голосом и музыкальными дарованиями, он ревностно служил Ему в диаконском сане и выполнял ответственное хозяйственное послушание во славу Божию и на благо одной из самых известных и древних православных обителей нашего Первопрестольного града. Отец Роман имел открытое и восприимчивое к переживаниям и боли ближних сердце. Об этом говорит весь его недолгий, но исполненный служения ближним земной путь, об этом свидетельствует его доброе имя и умиротворяющее песенное творчество.
Господь да упокоит его бессмертную душу в обителях Небесных - об этом наша общая молитва".
Похоронен отец Роман на Новом кладбище в Сергиевом Посаде, рядом с горячо любимой матерью.
Да упокоит Господь душу усопшего раба Своего, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.

Архимандрит АЛЕКСИЙ (Поликарпов),
наместник Свято-Данилова монастыря в Москве

Журнал Московской Патриархии