Ах, какая пропажа - пропала зима! Ну не гнаться ж за нею на север? Умирают снега, воды сходят с ума, И апрель свои песни посеял. Ну да что до меня - это мне не дано: Не дари мне ни осень, ни лето, Подари мне февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Полоса по лесам золотая легла, Ветер в двери скребет, как бродяга. Я тихонечко сяду у края стола, Никому ни в надежду, ни в тягость. Все глядят на тебя - я гляжу на одно: Как вдали проплывает корветом Мой веселый февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Ах, как мало я сделал на этой земле: Не крещен, не учен, не натружен, Не похож на грозу, не подобен скале, Только детям да матери нужен. Ну да что же вы все про кино, про кино - Жизнь не кончена, песня не спета: Вот вам, братцы, февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. Поклянусь хоть на Библии, хоть на кресте, Что родился не за пустяками: То ль писать мне Христа на суровом холсте, То ль волшебный разыскивать камень. Дорогие мои, не виновно вино, На огонь не наложено вето, А виновен февраль - три сосны под окном И закат, задуваемый ветром. 1972

Последний день зимы нам выдан для сомненья:
Уж так ли хороша грядущая весна?
Уж так ли ни к чему теней переплетенья
На мартовских снегах писали письмена?

А что же до меня, не верю я ни зною,
Ни вареву листвы, ни краскам дорогим:
Художница моя рисует белизною,
А чистый белый цвет - он чище всех других.

Последний день зимы, невысохший проселок...
Ведут зиму на казнь, на теплый эшафот.
Не уподобься им, бессмысленно веселым, -
Будь тихим мудрецом, все зная наперед.

Останься сам собой, не путай труд и тщенье,
Бенгальские огни и солнца торжество.
Из общей суеты, из шумного теченья
Не сотвори себе кумира своего.

23 сентября 1974