• Авторизация
Дневник Sveta_Savyhska Лента друзей - Дневник - Полная версия


Читаем.. 19-11-2022 16:27 к комментариям - к полной версии - понравилось!


 
ПОСПЕШНЫЕ СЛОВА.
 
Четырехлетний Андрей соорудил посреди комнаты дом из конструктора. 
- Мамочка, посмотри какой красивый домик! Когда я вырасту, у нас будет такой же, правда? - восторженно произнес он. 
- Думаю, что зимой в нем будет холодно,- засмеялась Ольга, мать Андрея. 
- Зато летом здесь будет очень хорошо! - подбежав к матери, мальчик обхватил ее шею руками: - Мамочка, я тебя люблю! 
Ольга поцеловала сына и сказала: 
- Андрейка, сходи к тете Рите и попроси, чтобы она купила бисквит к ужину. 
Мальчик тут же кинулся исполнять поручение, но нечаянно задел ногой легкую подставку, на которой стояла дорогая ваза. Подставка упала, и ваза, подаренная Ольге покойной матерью, разбилась вдребезги. 
- Что ты наделал, негодный мальчишка! - вскрикнула Ольга. 
Негодуя на сына, она велела ему собрать осколки и бросить в ведро с золой. Дрожащими ручонками малыш стал собирать осколки, поранив при этом пальчики. Затем он отнес ведро и куда-то исчез. 
Через некоторое время Андрей вернулся, что-то сжимая в кулачке. Подойдя к матери, он положил ей на колени монетку и, доверчиво глядя в глаза, тихо спросил: 
- Мама, ты можешь на эти деньги купить себе вазу? 
Ольга потеряла самообладание. Она схватила монету, которую приветливый сосед дал Андрейке за какую-то услугу, и швырнула ее в сторону. 
Слезы покатились по щекам сына. Он молча поднял монету и, не смея подойти к матери, забился в угол. 
Ольга так рассердилась, что полдня вообще не обращала на сына никакого внимания. 
- Мама, можно мне пойти к Вите поиграть? - спросил Андрей несколько часов спустя. 
- Мне все равно, куда ты пойдешь. Иди, лишь бы я тебя не видела! - недовольно бросила мать. 
Андрей надел пальто, взял шапку и снова подошел к матери. 
- Прости меня, мамочка! Я так жалею, что огорчил тебя,- прошептал он, приготовившись к поцелую. 
- Прощаю,- холодно сказала она и подтолкнула сына к двери. 
Услышав скрип садовой калитки, Ольга выглянула в окно. Андрюша оглянулся и приветливо посмотрел на мать, ожидая ответной улыбки. 
Но Ольга была сурова. Она смотрела вслед своему любимцу с каким-то чужим, незнакомым чувством. Наконец синее пальтишко и серая шапочка скрылись из виду. Ей хотелось вернуть сына, но она подавила это желание. 
Отойдя от окна, Ольга снова взялась за шитье. "Пусть разбилась драгоценная ваза, но что стоят все вазы мира по сравнению с твоим ребенком? - услышала она тихий внутренний голос.- Как ты могла так бессердечно разговаривать с малышом? Это ведь уже не первый раз! И ты еще считаешь себя матерью-христианкой? Подумай, если вдруг Андрейки не станет, не будут ли эти злые, жестокие слова твоими обвинителями?.." 
В сердце Ольги вкралась тревога. Она встала, привела комнату в порядок, затем подошла к окну и с беспокойством стала всматриваться в сгущающиеся сумерки. Ничего не увидев, она поспешила к соседям. 
- Мой Андрейка у вас? 
- Недавно был здесь, а потом они с Витей пошли к Ване. Я думаю... 
Что думала соседка, Ольга так никогда и не узнала, потому что в этот момент в дом забежал Витя и, порывисто дыша, крикнул: 
- Мама, мама! Андрейка утонул! 
- Тс-с-с,- приложив палец к губам, прервала его мать,- тетя Оля здесь! 
Несколько секунд в комнате царила гробовая тишина. 
Ольга замерла. В одно мгновение ей представилась ужасная картина: холодный зимний день... озеро, на котором играют малыши... Немного опечаленный Андрюша... И вдруг он исчезает под коварным льдом! Маленькие ручонки отчаянно цепляются за обломки льда, ротик наполняется ледяной водой... В ушах ее зазвучали последние слова, сказанные сыну: "Мне все равно, куда ты пойдешь! Иди, лишь бы я тебя не видела!". 
Густой туман поплыл перед глазами Ольги, и она рухнула на пол. 
Открыв глаза, Ольга с удивлением осматривала комнату: возле печки сидела незнакомая женщина, а у кровати, закрыв рукой глаза и лоб, стоял мужчина. 
Ольга пыталась вспомнить, что с ней произошло, и понять, где она находится. Вдруг она увидела в кресле маленького мальчика в красном фланелевом костюме, и в ее сознании что-то дрогнуло. Немного приподнявшись, она тихо спросила: 
- Что случилось? 
К ней тутже подошел муж, Сергей. 
- Ложись, моя милая, тебе нельзя сейчас разговаривать,- прошептал он. 
По его щекам неудержимо катились слезы. 
В это время Андрейка забрался на кровать больной. Ничего не понимая и видя мужа в слезах, Ольга тоже начала плакать. Женщина тут же забрала мальчика и что-то шепнула Сергею. 
- Расскажите мне все! - попросила Ольга.- Я должна все знать. Мне приснилось, что наш Андрейка утонул!.. 
- Да, он был близок к смерти, но сосед спас его. Андрюша упал в прорубь и чуть не утонул. Слава Богу, Он сохранил нашему сыну жизнь! 
- Сколько времени прошло с тех пор? - спросила Ольга. 
- Вчера исполнилось семь недель. 
- Семь недель? - медленно переспросила она. 
- Ты заболела воспалением мозга и чуть не умерла. Иногда мы теряли надежду, что ты когда-нибудь придешь в сознание. В бреду ты повторяла: "Андрейка утонул, и я виновата в этом!". Вчера доктор сказал, что должен наступить кризис, и если эту ночь ты переживешь, то снова поправишься. Как я благодарен Богу, что Он оставил нам тебя! 
- Я была так жестока и несправедлива! Я согрешила против Бога и против нашего сына! - разрыдалась Ольга. 
В памяти ясно всплыли события того дня, когда случилось несчастье. Ничего не скрывая, Ольга все рассказала мужу. 
Сергей терпеливо слушал, с любовью поглаживая волосы жены, а когда она закончила, тихо сказал: 
- Пусть это послужит нам хорошим уроком. Будем просить у Господа милости, и Он не оставит нас. 
С тех пор прошло много лет. Господь подарил Сергею и Ольге еще троих детей. Никто из них никогда не слышал от матери поспешных, необдуманных слов. Ольга поняла, что раздражение, проявляющееся в словах, перед Богом является таким же грехом, как и раздражение, выражающееся в конкретных поступках.
«Моя дорогая мама» 
Усыновление и удочерение происходят среди наших друзей, знакомых и соседей довольно часто. Может  быть, и вы когда то, как и я размышляли о приемном ребенке? На сегодняшний день, я не сделала этого, по некоторым причинам. Но я знаю, что Господь обильно благословляет человека, приютившего сироту.
Три пары детских глаз зорко следили за каждым маминым движением. Детям было интересно наблюдать, как мама миксером взбивает сливки, смазывает кремом, а потом украшает большой бисквитный торт. Этот торт она испекла по случаю дня рождения двойняшек Толи и Эли. Им исполнилось по шесть лет.
– Только моя дорогая мама умеет такие вкусненькие тортики делать, – сказал Толя и, запустив ручонку в кастрюлю, собрал остатки крема на палец.
Он был рад, что его не отправили спать, как маленькую Лизу, и что он может задержаться на кухне и помочь маме в приготовлении к празднику. А детская помощь, как вы знаете, заключается в том, чтобы доедать остатки крема, фруктов, ягод и допивать вкуснейшие сиропчики.
– Наша мама всегда на день рождения печет такой красивый торт, – заметила Эля, – самый вкусный торт на свете!
Девочка посмотрела на маму, пытаясь определить, произвели ли ее слова какое-нибудь впечатление. Мама молча улыбнулась.
– Мама, – вдруг спросила Эля, – а такие тортики всем деткам пекут мамы?
– Думаю, что нет, – коротко ответила мама.
– А почему? – допытывалась Эля.
– Потому, вмешалась в разговор старшая сестра Вера, – что не у всех детей есть мамы.
– А разве бывают дети без мамы? – удивилась Эля.
– Бывают, – подтвердила Вера, – вот если у кого-нибудь из детей умирают и папа, и мама, то их отдают в детский дом.
– Мамочка, – потянула Эля маму за рукав, – а что такое детский дом?
Мама вздохнула и как-то неохотно стала говорить:
– Детский дом – это дом, в котором живут дети без родителей. Там есть воспитатели и нянечки, которые дают детям одежду, пищу и даже игрушки. Но у них нет мамы и папы.
– Они умерли? – не унималась Эля.
Мама, украшая торт, вложила в крем последнюю вишенку и вытерла руки полотенцем.
– Бывает так, дети мои, – сказала она, – что мамы бросают своих детей и их тоже отдают в детский дом. И таких брошенных деток в детских домах больше, чем сирот.
– А как их бросают? – спросил Толя.
– Просто оставляют в роддоме, и не хотят их кормить, и на руки брать не хотят, и даже не хотят на них смотреть. Не все мамы так поступают, но такие случаи бывают.
Разговор становился слишком серьезным, и дети притихли. Каждый по-своему воспринимал услышанное и сожалел, думая о тех, кого родные мамы не захотели взять. Живя под заботливым оком любящих родителей, они не подозревали, что есть на свете несчастные дети, которые не нужны своим мамам.
– Мама, – осторожно спросила Вера, – а ты когда-нибудь видела, как оставляют детей?
Иногда неожиданные вопросы или слова заставляют человеческое сердце биться учащено, а мысли устремляются куда-то далеко, в прошлое. И старая, почти забытая боль души оживает в памяти вновь и вновь.
– Да, – ответила мама, – однажды, когда я была в роддоме, в нашей палате лежала женщина, которая не хотела брать своего ребенка. Она говорила, что он ей не нужен, что он будет для нее обузой. Она была совсем молодая…
Мама на время умолкла. На кухне воцарилась тишина. Было слышно, как урчал холодильник и тикали настенные часы. Впечатлительная Вера, стараясь скрыть навернувшиеся на глаза слезы, подняла высоко голову, делая вид, что смотрит в потолок. Она всегда так делала, когда не хотела при всех плакать.
– Когда я узнала, – продолжала мама, – я стала уговаривать эту женщину, чтобы она взяла своего ребенка, но она не хотела даже слушать об этом. А он был такой хорошенький, этот мальчик! Просто сердце разрывалось на части при мысли, что его бросает родная мать. Я проплакала тогда всю ночь. Всю ночь я молилась Богу об этом ребенке, чтобы Бог помог ему… Но женщина та так и не взяла его…
– А моя дорогая мама, – после некоторой паузы громко сказал Толя, – нас всех взяла, и любит, и вкусные тортики печет.
Раздосадованная Вера готова была стукнуть брата, потому что мама, спохватившись, стала торопить детей идти спать. Если бы он помолчал, то, может быть, Вера узнала бы, что стало с этим маленьким мальчиком. Но мама не желала больше об этом говорить. Делать было нечего, и дети гуськом отправились на покой.
Еще некоторое время мама возилась на кухне, занимаясь уборкой. Потом она подошла к детской комнате и приоткрыла дверь, чтобы убедиться, что дети уже спят. Затем она открыла шкаф и достала припрятанные там два свертка, в которых дети, проснувшись утром, найдут свои желанные подарки. Мама тихо подошла к кровати Эли и, приподняв подушку, осторожно положила сверток. Второй сверток она положила под подушку Толи и уже собиралась выйти, как заметила, что Вера еще не спит. Мама подошла к дочери и шепотом спросила:
– Почему ты не спишь?
Вера повернула лицо к матери, оно пылало и было мокро от слез.
– Мамочка, – тихонько всхлипывая, сказала она, – я не могу забыть того маленького ребеночка, мне очень жалко его. Я все думаю и думаю о нем – вот мне и не заснуть. Как ты думаешь, где он сейчас?
Поглаживая девочку по голове, мама прижала ее к груди и стала, утешая, шептать ей на ушко:
– Я же говорила тебе, что молилась тогда о нем всю ночь. Ведь Бог слышит наши молитвы. И мою молитву Он услышал. Не надо плакать, я только могу тебе сказать, что этого ребенка усыновили. И у него есть сейчас папа и мама, которые его любят. Ему хорошо, Бог позаботился о нем.
Удовлетворенная таким ответом Вера облегченно вздохнула. Она мысленно благодарила Бога, что Он так внимательно слушает молитвы. И не только слушает, но и отвечает. «И если я когда-нибудь встречу этого мальчика, – думала она, – я ему скажу, что это моя мама за него молилась».
«Мне не хотелось бы, – подумала мама, тихонько прикрывая дверь детской комнаты, – чтобы вы, дети мои, узнали сейчас, что этот мальчик живет и растет среди вас».
Галина Шперлинг.
Выбор
В центре большого жилого массива среди высотных домов приютилась старая трехэтажная школа. Десять лет учился в этой школе Дима Гончаров. И вот в его жизни наступила последняя школьная весна. Перед ним открывалась дверь в жизнь... Гончаровы воспитывали детей в страхе Божьем. Они учили их добросовестно относиться к труду и к учебе. Дима учился хорошо, но преподаватели часто занижали оценки только потому, что он был верующий. Дима мечтал стать архитектором и часто представлял себя студентом вуза. Это вдохновляло его учиться лучше, старательней.
О своем желании Дима никому не говорил. Однако в последней четверти учитель по русскому языку задал сочинение на тему: «Кем быть?», и Диме пришлось открыть свою мечту. Так одноклассники и некоторые преподаватели узнали о планах Димы.
— В таком случае тебе надо бы позаниматься на подготовительных курсах,— заметил классный руководитель.
От неожиданности у Димы перехватило дыхание.
— Я поговорю с директором,— продолжал учитель,— Думаю, он не откажется направить в институт ходатайство от администрации школы.
Диме казалось, что его сердце вот-вот выскочит из груди. «Неужели моя мечта сбудется? — думал он.— Осталось совсем немного, и... осенью я уже буду студентом!»
Дома Дима все рассказал родителям.
— Конечно, ходатайство из школы много значит,— заметил отец, выслушав вдохновленного сына.
Немного помолчав, он серьезно посмотрел Диме в глаза и спросил:
— Сынок, а ты говорил о своем желании Богу? Одобряет ли Он твою будущую профессию? Дима медленно опустил голову.
— В жизни очень многое зависит от профессии,— продолжал отец.— Архитектура, например, требует много умственных способностей и усиленного труда. Это творческая работа, и для того, чтобы достигнуть успеха, надо полностью отдаться ей.
Эта работа, Дима, не для христианина. Если ты хочешь служить Богу, то должен проверять свои желания и согласовывать их с волей Господа.
Сейчас многие говорят, что надо проще смотреть на жизнь и не втискивать себя в слишком узкие рамки. Можно, мол, и Богу служить, и себя не обижать. Но это не так, сынок. Христианский путь — это путь самоотвержения.
Дима глубоко вздохнул:
— Знаю, папа. Но я никогда не думал, что моя профессия может плохо отразиться на служении Богу...
— Понимаю, тебе нелегко отказаться от своих планов,— сочувственно сказал отец.— Но угодить Богу невозможно, если не отречешься от себя. А это всегда трудно. Конечно, Бог никого не заставляет идти узким путем. Он только предлагает избрать путь, ведущий в жизнь.
В тот вечер в комнате Димы долго горел свет. «Неужели мне никогда не быть архитектором?» — снова и снова думал он и никак не хотел согласиться с этой мыслью. Наконец он открыл Библию и стал читать, как Бог повелел Аврааму оставить дом отца своего и идти в чужую страну. Всемогущий обещал благословить его, и Авраам покорно пошел.
Чем больше Дима читал, тем лучше понимал, почему Авраам делал так, как говорил Бог. Этот человек сильно любил Бога! Вот Авраам ведет на гору единственного сына, чтобы принести его в жертву...
Глубокой ночью Дима склонил колени перед Богом.
— Дорогой Иисус! — молился он.— Ты знаешь, о чем я уже давно мечтаю. Знаешь, как трудно мне отказаться от выбранной профессии. Но я люблю Тебя и боюсь пренебречь Твоей волей. Помоги мне правильно решить этот вопрос и согласиться с Твоими планами. Помоги мне! Аминь.
Через несколько дней на большой перемене к Диме торопливо подошла староста класса:
— Гончаров, тебя директор вызывает!
— Хорошо,— кивнул Дима, догадываясь о теме предстоящего разговора, и торопливо спустился на первый этаж.
Волнуясь, Дима неуверенно открыл дверь кабинета и робко остановился на пороге.
Директор приветливо предложил ему сесть.
— Ну, Дмитрий, как настроение? Как успехи? Последний год, значит, у нас?
— Да.
— Смотрю, точные науки тебе нравятся,— перелистывая журнал успеваемости, сказал директор.— Какие у тебя планы на будущее?
— В институт хотел поступать...
— О! Это тебе под силу! Мне уже говорили по поводу подготовительных курсов. В принципе, я не против ходатайствовать за тебя. Но! Есть одно «но»... — И, глядя Диме прямо в глаза, директор ласково произнес: — Тебе нужно оставить свою веру. Понимаешь, это никак не вписывается в рамки нашего общества!
Дима волновался. Сердце так сильно стучало, что, казалось, этот стук слышит и директор.
— Может, ты пересмотришь свои убеждения, переменишь взгляды? Такому умному молодому человеку верить в Бога в наше время невыгодно. Мы уже как-то говорили с тобой на эту тему, но тогда ты был помоложе. Сейчас же ты вправе сам выбирать путь жизни. Родители пусть верят, у них жизнь почти прошла. А у тебя она только начинается,— директор выжидающе посмотрел на Диму.
«Господи, хочу быть верным Тебе!» — мысленно помолился Дима, а вслух сказал:
— Да, стать архитектором — это моя мечта, но я не могу согласиться на ваши условия! Директор встал. Поднялся и Дима.
— Ты, вероятно, меня не понял, Дмитрий, — миролюбиво произнес директор.— Не торопись, я же не требую прямо сейчас окончательного ответа. Подумай, взвесь все...
— Я вас правильно понял. Это решение не пришло вдруг,— с твердостью в голосе повторил Дима.
— Ты знаешь, что кроется за твоим отказом?
— Знаю.
— Ну что ж, если знаешь — выбирай! Дело твое... «Нет, Господа я не оставлю и жизнь в церкви не променяю на сокровенную мечту»,— твердо решил Дима и вышел из кабинета. И это решение было приятно Богу.
 
*
вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Читаем.. | Sveta_Savyhska - Дневник счастливой бабушки!! | Лента друзей Sveta_Savyhska / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»